Глава 1145 - Прошлое Черных Волков
Сектор Моганда.
Пространство, некогда поделенное между кланами Черных Волков и Черных Тигров.
Здесь располагалась их общая столица — планета-мир, бывшее сердце волчьих владений.
Теперь она выглядела совершенно иначе. Благодаря выгодному положению рядом с крупным космопортом...
Местный рост превзошел все ожидания!
На самой планете Черных Волков 60% населения по-прежнему составляли сородичи, а остальные места занимали прочие полуорки и межзвездные торговцы.
— Слыхали новость?!
На аукцион выставили пушку!
Тяжелый звездный линкор класса «Снежный мастиф» Т2 со сроком службы всего в пять лет!
Чистокровная продукция Сяолун!
Из тех, что патрулировали секторы их легионов.
Начальная цена — тридцать миллионов кредитов!
— Чего, слюнки потекли?
Решил поучаствовать?
— А кто откажется?
Заполучить звездолет Сяолун — это не просто престиж, это инвестиция. Перепродать потом можно в два счета!
— Воевать не с кем, на кой ляд тебе боевой корабль?
— Эх, ничего-то ты не смыслишь.
Эпоха Империи Сяолун наступила, открыто спорить с ними никто не смеет.
Но пираты-то никуда не делись!
Торговые караваны нанимают охрану исключительно из кораблей Сяолун.
На всякий хлам даже не смотрят!
Я вот дурак поспешил, купил средний эсминец «Гиена» Т2, так за год цена упала на тридцать процентов!
Знай я раньше, взял бы средний эсминец «Тибетский мастиф» Т2 от корпорации «Бэйянь»!
Его сейчас с руками отрывают дороже на десятку.
Так что я теперь беру только линейку Сяолун, на остальное плевать!
— Как ни крути, а карманы у вас мелкие.
«Мастифа» еще потянете.
А линкор Т2?
Думаете, с трех миллионов торги начнутся?
Слух прошел, некий толстосум уже выкатил сорок миллионов за право выкупить его вне очереди!
В таверне не смолкал гомон.
Но все разговоры так или иначе крутились вокруг Сяолун.
В нынешнее время, если ты не мог поддержать беседу про имперские технологии, тебя считали дремучим деревенщиной.
Одинокая фигура стояла посреди людной площади.
Широкополая шляпа скрывала лицо, но по сухой кошачьей грации и темной шкуре угадывалась волчица.
Она задумчиво смотрела на монумент.
Древняя статуя изображала великого воина из клана Черных Волков.
— Ты чего здесь расхаживаешь? — раздался за спиной встревоженный шепот.
— Тетушка Венди.
Волчица обернулась на женщину, укутавшуюся в плащ еще сильнее ее самой, и едва не рассмеялась.
— Да как ты неосторожна!
Забыла, кто ты?
В таком людном месте... а если узнают?!
Венди схватила ее за руку, силясь утащить в переулок.
— Тетушка Венди, мне нравится тут.
Сама знаешь, я выросла на этой площади.
В детстве я вечно пыталась забраться на памятник прапрадеду, за что отец вечно гонял меня по всему двору, — в голосе проскользнула нотка ностальгии.
— Эх... безумная девчонка... — Венди с тревогой огляделась по сторонам. — Скажи... тебе совсем не страшно?
— Честно?
Я бегаю уже три года.
Устала бояться.
Но стоя здесь, я вдруг поняла, что больше бежать не хочу.
Просто постоять у статуи, послушать морской призов... Побудь со мной, тетушка.
Волчица смотрела туда, куда был обращен каменный взгляд — на открытое море.
Венди тяжело вздохнула.
Не в силах отказать любимице, она уселась рядом на парковую скамью.
Мимо то и дело шли прохожие.
Никто из них и не подозревал, что рядом сидит исчезнувшая годы назад принцесса падшего клана!
— Принцесса...
— Тетушка, нет больше никаких принцесс.
Зови меня просто Синтия, — улыбнулась та.
Венди открыла рот, но так и не смогла выговорить запретное слово.
В волчьих традициях иерархия и титулы впечатаны в саму кровь.
— Тетушка Венди...
Почему этот памятник уцелел?
Его не снесли? — Синтия кивнула на статую своего предка.
Памятник изображал основателя их рода.
Она была уверена, что после разгрома клана всю память о них выжгут каленым железом.
Венди помрачнела: — Сама удивлялась.
Но поговаривают, заступилась сама маршал Белых Волков.
Мол, генерал Черных Волков сражался за весь волчий народ, а грехи потомков — это дела семейные.
Памятник велели оставить и беречь.
— Герой Черных Волков? — Синтия горько усмехнулась.
Она никак не ожидала, что та женщина назовет ее предка героем.
Хотя формально все так и было.
Тогда их кланы еще не раскололи междоусобицы.
— Ладно, бог с ним.
Тетушка, как ты жила эти годы?
Тебя... не обижали? — мягко спросила Синтия.
Венди покачала головой, грустно улыбнувшись: — Обижать — нет.
После нашего... поражения... часть клана сложила оружие.
Сяолун не стал устраивать резню.
Судили лишь командиров, лично водивших войска против имперской армии, да тех, кто отличался особой жестокостью.
Самым суровым приговором стала смерть для пары мясников, убивавших пленных.
Остальным дали по нескольку десятков лет.
Семейное имущество, правда, конфисковали.
Но те дома, что не участвовали в войне, сумели пережить чистку.
Наш род потерял все богатства, но помнишь семью Сари, которым мы когда-то помогали?
Они вовремя переметнулись к Сяолун, поднялись и теперь держат целый сектор.
Они прикрывают нас, устраивают на работу.
Пусть не прежняя роскошь, но с голоду не мрем.