Глава 894 - Это поражение научит вас смирению!
— Вспомните, как вы выглядите. Вспомните, как позорно вы проигрывали мне раньше. Собрались драться со мной один на один? Вы?! Да разве вы того стоите?
Лу Цэ стоял на зубцах Великой стены, небрежно опираясь на топор, и смотрел на них сверху вниз. С началом боя он окончательно преобразился. Сейчас перед ними стоял не человек, а земной бог.
Лица божественных избранников исказились от ярости. Впитав божественную силу, они переняли и божественную спесь. Никто из них не мог стерпеть столь откровенного презрения. Но, как и прежде, само присутствие Греха действовало на них как ледяной душ, заставляя сохранять остатки самообладания.
Этот человек... нет, это существо! Насколько же он стал сильнее?
— И что ты предлагаешь? — Чиё Нэонэ выглядела спокойнее остальных. Возможно, частица силы Смерти одарила её ледяной рассудительностью.
— Неужели непонятно? — Лу Цэ окинул их ледяным взглядом. — Хватит тянуть время, я не намерен торчать здесь вечно. Нападайте все вместе!
У Чиё Нэонэ дернулся глаз. «Ну конечно», — пронеслось у неё в голове. Его высокомерие всегда было безграничным, словно его непобедимость была истиной, не требующей доказательств. Её кулаки невольно сжались, а с пальцев, подобно вязкой смоле, начали срываться капли черной воды.
Слова Греха привели остальных избранников в бешенство. Одно дело — опасаться его в одиночку, но теперь все они обладали божественной силой! И этот наглец заявляет, что разделается со всеми разом, потому что он, видите ли, «торопится»? Он что, за людей их не считает?!
— Сильнейший игрок... не слишком ли много ты на себя берешь? — не выдержал кто-то из толпы.
— У всех нас теперь есть божественная сила, — подал голос Спиритуалист-Белый. — Да, ты в этом деле ветеран, но не стоит так заноситься.
— В битве с Солнцем ты, помнится, победил не так уж легко... — добавил Спиритуалист-Черный. Братья редко были так единодушны.
Слыша это и чувствуя, как вокруг него закипает возмущение, Лу Цэ вдруг ощутил, как его золотая маска наливается ядовито-зеленым светом. Он расхохотался — зло и неистово.
— Ха-ха-ха! Глядите-ка, как мы заговорили. Получили кроху силы и уже возомнили себя властелинами мира? Раздулись от важности так, что язык начал заплетаться от дерзости!
«И это говорит НАМ самый заносчивый человек на свете?» — у собравшихся едва голова не пошла кругом от такой иронии. Кто из них здесь по-настоящему дерзок?!
***
— Великий старейшина!.. — в комнату управления в другом мире ворвался запыхавшийся сотрудник Группы Дракона.
Не Цзютянь, не открывая глаз, резко вскинул руку, приказывая замолчать. Он не хотел отвлекаться. Он слушал. На этот раз он прислушивался не к богам, а к тому, что происходит вокруг Греха.
Сотрудник замер, не зная, как сообщить новость. С того момента, как Грех обнаружил себя, все китайские спутники на орбите были перенастроены. Сейчас они транслировали картинку с максимальной четкостью. И то, что они видели, не предвещало ничего хорошего.
Сошествие богов стало свершившимся фактом. Единственной силой, способной стать щитом человечества, были эти божественные избранники. И что же они делают? Устраивают междоусобицу в самый ответственный момент! Это же чистое самоубийство! К тому же, сильнейший из них ополчился против всех остальных. Будущее человечества, и без того мрачное, стало казаться совсем беспросветным.
— Я знаю, о чем ты думаешь. Оставь их, — не открывая глаз, негромко произнес Не Цзютянь, пытаясь успокоить подчиненного. — Им необходимо сразиться.
Старейшина прекрасно понимал природу божественной силы и то, какой удар она наносит по психике. Он втайне надеялся, что Грех — это несокрушимое существо — нанесет им всем сокрушительное поражение. Им нужно было осознать, что в мире всё еще есть вершины, которые им не покорить. Только так они смогут сохранить хоть каплю скромности и осторожности в этот период, когда их разум наиболее уязвим.
Но то, что Грех решил выйти один против всех... этого старейшина не ожидал. Если он проиграет, последствия будут катастрофическими. Это фактически ускорит гибель человечества.
«Неужели никто из них по отдельности не способен заставить тебя страдать?..» — подумал Не Цзютянь.
***
На Великой стене аура Лу Цэ в одиночку подавляла всех присутствующих, наглядно демонстрируя, кто здесь истинный владыка.
— Почувствовали силу и решили, что стали всемогущими? Спесивые, неуправляемые, самовлюбленные... и до смешного слабые! Считайте это моим благословением. Это поражение научит вас смирению!
Он сжал кулаки, поудобнее перехватил Боевой топор Предела, и его божественная энергия детонировала. Не дожидаясь согласия, он просто втянул их всех в свой боевой вихрь. Так началась битва сильнейшего среди избранников против всех остальных.
Лу Цэ пришел сюда встретить рассвет, но после череды стычек время уже перевалило за полдень. Солнце стояло в зените, раскаляя землю, и именно в этот час началась величайшая репетиция божественной войны, затянувшаяся до самых сумерек.
На стене было слишком тесно для такого размаха. Чтобы развернуться в полную силу, Лу Цэ, орудуя топором, начал теснить противников прочь, уводя бой в сторону гор. Великая стена должна была уцелеть, чего нельзя было сказать об окрестных хребтах.
Полдня скалы содрогались от ударов. Камнепады не прекращались ни на минуту, целые вершины срезало подчистую, словно кто-то готовил материал для птицы Цзинвэй, решившей засыпать море.
Эта битва уже потрясла весь мир, но никто не знал подробностей. Спутники не могли пробиться сквозь сияние божественной энергии — на экранах были лишь вспышки света, а из динамиков доносился рев драконов и тигров. Что же касается реальности, то ни один человек не осмелился подойти достаточно близко — это было равносильно самоубийству.
И вот, когда наступил вечер, бушующее пламя божественной мощи начало медленно угасать. Спутник Группы Дракона зафиксировал финальный кадр. Среди руин, напоминавших последствия десятибалльного землетрясения, стоял лишь один человек.