Глава 797 - Истинная цель зависти и пришествие Смерти
«Дело дрянь!» — такова была первая мысль Арбитра, когда он услышал голос Греха. Он мгновенно осознал, что сболтнул лишнего.
В каком-то смысле он был двойным агентом. Несмотря на вынужденное сотрудничество с Лу Цэ, их сделка должна была оставаться тайной для остальных богов. Но он также не был до конца предан Греху, и те договоренности, что он вел с Советом Богов, явно не предназначались для ушей смертного.
В пылу схватки с Войной он потерял бдительность, и Грех тут же вцепился в эту оговорку. По опыту Арбитр знал: если этот парень нащупает хоть малейшую слабину, он не успокоится, пока не выжмет из ситуации максимум.
Не успел Арбитр придумать оправдание, как Война, только что осыпавший его градом ударов, внезапно остановился.
[А ты самоуверен. Думаешь, мы всерьез обсуждаем за твоей спиной, как тебя одолеть? Ну и фантазия,] — Война даже издал короткий смешок. В представлении этого бога слова Лу Цэ были настолько нелепыми и дерзкими, что он не смог сдержаться.
Для Арбитра это был, пожалуй, первый раз, когда он видел Войну смеющимся. Но радости это не принесло. Он хотел было заткнуть бога, но было поздно.
[Скорее уж мы обсуждали, как поделить тебя, словно добычу. Впрочем, не волнуйся. Раз уж ты дошел до этого этапа, я лично позабочусь о том, чтобы ты пал от моей руки. Считай это честью, которую ты заслужил.]
Война говорил совершенно серьезно. Он искренне верил, что смерть от его копья — величайшая награда для воина. В конце концов, пасть в битве звучит куда достойнее любой другой кончины.
Но Лу Цэ даже не удостоил его ответом. Скрытый маской Зависти, он даже не стал утруждать себя насмешками. Он просто перевел взгляд на Арбитра.
— Видишь, братец? Он сам во всем признался. Значит, был сговор. Вы заранее планировали, как меня убить, и подстраивали правила игры.
Розовое лицо Греха исказилось в жуткой гримасе, а голос стал пронзительным, режущим слух.
— Как-то это не вяжется с понятием честной игры. И ты, самый беспристрастный Арбитр в мире… я начинаю в тебе сомневаться. Неужели ты действительно справедлив? Ведь я, как твой верный названый брат, даже не просил тебя о помощи.
«Опять… опять он за свое!» — Арбитр готов был взвыть. Грех снова заговорил на том языке намеков, который понимали только они двое. Это был шантаж. Чистой воды угроза! Лу Цэ требовал, чтобы Арбитр, используя этот инцидент как предлог, начал подыгрывать ему в рамках правил.
Но как это сделать в открытую?! Основные правила уже утверждены Советом, их нельзя просто взять и переписать на ходу!
— Я не помогаю ни одной из сторон, я абсолютно беспристрастен… — начал было Арбитр, подбирая слова для отказа, но осекся.
Грех на него даже не смотрел. Его взгляд был устремлен куда-то вдаль, за спину судьи.
— Как же я тебе завидую, Война… — произнес он совершенно невпопад.
Розовое лицо запульсировало, источая волны чистой, концентрированной злобы.
— С легкостью попирать правила, прорываться сквозь любые преграды грубой силой… О, если бы и я обладал такой мощью…
Война замер в недоумении. Он не был глупцом и понимал, что этот смертный не стал бы внезапно рассыпаться в комплиментах. Что за безумие он несет? О чем он думает? Если поставить себя на его место…
Стоп! С какой стати он, бог, должен ставить себя на место какого-то человечишки? Пусть несет что угодно!
Война с некоторым содроганием смотрел на омерзительный розовый лик Греха и вынужден был признать горький факт: на краткий миг слова этого наглеца задели его. Совсем ненадолго, но задели! Как он это сделал? И какой в этом смысл?
Однако Арбитр, не сводивший глаз с Греха, заметил нечто иное. Божественная энергия, бушевавшая вокруг парня, внезапно пошла на спад. Огромный пласт силы просто… исчез.
Он его поглотил? Неужели достаточно просто сказать «я тебе завидую», чтобы усвоить такую мощь? Нет, это невозможно. Это не было похоже на усвоение. Скорее… на то, что энергия была сожжена.
Арбитр нахмурился. Глядя на это измятое, словно грязная тряпка, лицо, он почувствовал неладное. Вспоминая прошлую игру, он задался вопросом: а не начал ли этот безумец свою партию прямо сейчас, еще до официального старта?
— Арбитр, я завидую тебе… — Лу Цэ снова обратился к нему, заставив вздрогнуть всем телом.
Пока он бормотал свои заклинания зависти, Адский рев в его руках снова изрыгнул пламя, целясь в Войну. Черный рыцарь, не тратя времени на раздумья, тут же поддержал хозяина вторым залпом.
Ситуация, которая только-только начала успокаиваться, снова взорвалась по вине Греха — самого слабого существа в этом треугольнике! В пылу этой безумной перестрелки Лу Цэ с невероятной скоростью сплавлял остатки божественных сил со своим естеством.
Война не собирался терпеть подобную дерзость и уже занес копье для ответного удара. Арбитру пришлось вновь вмешаться, становясь невольным телохранителем Греха. И когда он уже не знал, как остановить этот хаос, небеса начали медленно темнеть.
В пространстве разлился далекий, тягучий голос:
[Господа, ну к чему эта суета? К чему драки?]
[Впрочем, чего еще ждать от сильнейшего игрока в мире. Игра еще не началась, а представление уже захватывает дух.]
[Я заждался.]
В вышине проявился черный силуэт. Внешне он чем-то напоминал Отчаяние, но это был не он. Это была Смерть.
Смерть явилась лично! Всем было известно, что среди богов самыми выдающимися умами обладают Жизнь и Смерть. А после гибели Знания Смерть стала еще могущественнее. Теперь её по праву можно было назвать верховным божеством.
Арбитр облегченно выдохнул. С появлением этого игрока ему больше не придется в одиночку разгребать этот кавардак. Сила Смерти накрыла мир, словно тяжелый саван. Ощущение всепоглощающего забвения сдавило сердца присутствующих, заставив троицу прекратить бой.
— Смерть, значит… — хрипло произнес Лу Цэ. — Я завидую…
[Хватит, оставь эти фокусы при себе,] — Смерть мгновенно оборвала его, скрыв свою ауру за непроницаемой дымкой. Она не знала точно, что затеял Грех, но не собиралась давать ему ни единого шанса на успех.
[Ты действительно умеешь удивлять.]
[Входи в игру. В этот раз твоим противником в пари… буду я!]
[Говори свои условия. Чего ты хочешь?]