Глава 692 - Жалкий финал? Кошмарный шепот Уныния!
Уныние вольготно развалился в кресле, закинув голову и глядя на парящую сферу, воплощавшую Арбитра. Под темно-зеленой маской играла ленивая улыбка — пожалуй, с самого начала игры его взгляд еще никогда не был таким ясным.
Фэн Ван смотрела на него, и ей казалось, что перед ней совершенно незнакомый человек.
— Ты… — начала было она, но Арбитр опередил ее.
[О? Наконец-то ты соизволил проснуться.]
[А я уж грешным делом подумал, что ты решил проспать в этой маске до самого конца.]
[Впрочем, я не совсем понял твою фразу. «Заняться вами» — это кем именно?]
— Ха-ха, не понял? Видимо, интеллект Арбитра оставляет желать лучшего, — протянул Уныние. Говорил он всё так же медленно, но в интонациях появилось нечто новое. — Неужели среди богов, наделивших тебя силой, не нашлось ни одного мало-мальски сообразительного, чтобы добавить тебе хоть каплю мозгов?
Уныние говорил непривычно много, и в его голосе прорезались издевательские нотки, заставившие Арбитра на мгновение опешить. Но если остальные лишь почувствовали неладное, то Се Аньтун была по-настоящему потрясена.
Голос Уныния изменился.
Обычно, когда Лу Цэ надевал маску, менялся не только его характер и способности, но и тембр голоса. Именно поэтому до сих пор никто не мог узнать его под личиной. Но сейчас… сейчас в его интонациях проскальзывало нечто знакомое. Это был его собственный голос!
Даже оставаясь в Маске Уныния, он начал звучать как «он сам».
Впрочем, на эту мимолетную перемену никто не обратил внимания. Уныние опустил взгляд на лежащее на полу копье, подцепил его носком сапога и ловко перехватил рукой.
— Эй… — Фэн Ван не выдержала, явно недовольная его поведением.
Уныние проигнорировал её, словно не слыша.
— Хм, отличный материал. Жаль только, что оно так и не вонзилось мне в шею. — Он перевел взгляд на Фэн Ван. — У тебя с головой всё в порядке? Я же тебе сто раз повторил: когда я сплю, я слаб. Почему ты не ударила?
Фэн Ван лишилась дара речи. Она смотрела на этого сонного безумца с полным непониманием.
«Ты больной, что ли?»
Лу Цэ небрежно отбросил копье назад. Фэн Ван инстинктивно поймала его, а парень уже повернулся к Арбитру.
— Эх, ты ведь прекрасно меня знаешь, верно? — вздохнул он. — В гробу я видал вашу паршивую игру, играть в нее нет ни малейшего желания. Я всё это время был занят изучением вот этой штуки. — Он указал на маску на своем лице. — Тц, какая морока… Опять в сон клонит.
Снежная поступь с удивлением заметила, что после пробуждения этого парня никто из присутствующих больше не проронил ни слова. Весь мир словно превратился в театр двух актеров — Уныния и Арбитра, а все остальные стали лишь безмолвными зрителями.
Словно было достигнуто некое негласное соглашение, которому подчинились все без исключения.
И тут Снежная поступь осознала: хотя эти восемь человек, казалось, недолюбливали друг друга, этот парень занимал среди них особое положение. Даже если его ненавидели, это лишь доказывало, насколько он важен для каждого. Вспомнив, как Се Аньтун раз за разом упоминала некоего «его», Снежная поступь почувствовала, как по спине пробежал холодок. Она замерла, вслушиваясь в каждое его слово.
[Если хочешь спать, почему бы не вздремнуть еще немного?]
[Сейчас время дневного этапа. Согласно правилам, я должен огласить условия нового испытания.]
— Да брось ты, «правила», «Семидневный финал»… — отмахнулся Уныние. — Тебе не кажется, что большинство твоих игр — это просто идиотская импровизация на пустом месте? Готов поспорить, ты даже не придумал все семь этапов!
Арбитр промолчал. Его молчание было красноречивее любых слов — он не стал отрицать очевидное.
Лу Цэ снова коснулся маски.
— С этой маской перегрузка — та еще головная боль. Я-то думал, попробую разные способы, а пока буду в полудреме, эта девица проткнет меня копьем. Хотел проверить, есть ли хоть какая-то надежда… Но она, видите ли, не смогла. Теперь я в затруднительном положении.
Герои слушали это как бред сумасшедшего. Термины вроде «режим маски» или «перегрузка» были им неведомы. Но игроки, пристально следившие за режимом «Греха», были поражены тем, как буднично он обсуждает свои проблемы с Арбитром, словно со старым приятелем.
Фэн Ван, отбросив лишние раздумья, вдруг почувствовала подвох.
— Погоди… Что-то здесь не так… — Она прищурилась. — Даже если бы я решила тебя убить, ты бы ведь не умер, верно?!
Уныние не ответил. Он мотнул головой и внезапно, без всякого предупреждения, снова провалился в сон.
Уныние: *Хр-р-ру...*
Фэн Ван: ?
Все присутствующие: ?!!
«Да он издевается! Как можно уснуть в такой момент?!»
Только что он вел себя как таинственный и крутой мастер, бросающий вызов самой игре и Арбитру. И вот, на самом интересном месте — просто взял и захрапел!
Это был самый нелепый и жалкий финал пафосной речи, который только можно вообразить.
[Ха-ха, и что же значит твое «затруднительное положение»? Раз уж ты уснул, мне трудно тебя понять,] — прокомментировал Арбитр и снова обратился к остальным. — [Что ж, раз так, не будем обращать на него внимания. Какими бы ни были ваши мысли, я всё же оглашу правила на сегодня…]
— Так я ведь ясно выразился, разве нет?
В тот момент, когда в головах у всех воцарился хаос, раздался голос, которого никто не ожидал. Он прозвучал словно ледяной ветер, пробирающий до костей.
Все в шоке обернулись к источнику звука. Уныние сидел, опустив голову, без единого движения, погруженный в глубокий сон. Однако этот кошмарный шепот исходил прямо из-под его маски!
— Раз уж я не нашел повода прикончить их, то для этой перегрузки мне придется положиться на тебя и на игру. — Голос звучал глухо, но отчетливо. — Простите, вообще-то я пацифист… но в этот раз, боюсь, всё пойдет наперекор вашим желаниям.