Глава 646 - Поручить дело такому ничтожеству...
— Атаковать... кого? Нет, вы это мне? Я должна пойти?
Даже если рассудок Чжунли Жуй пребывал в помутнении, сейчас она мгновенно протрезвела, словно очнувшись от затянувшегося кошмара. Будь перед ней зеркало, она бы увидела, как исказилось её лицо в гримасе чистого, незамутненного ужаса.
Она всегда была фанатично преданной сторонницей системы, одной из тех, кому успешно промыли мозги. Она искренне верила, что Боги первого уровня — это единственная истина в этом мире, и когда на неё вышла сама Похоть, Чжунли Жуй сочла это высшим благословением, знаком божественной милости.
До этого самого момента.
Но теперь, услышав приказ вступить в прямой бой с «Грехом», она дрогнула. В её душе зародилось ядовитое сомнение: а реально ли то существо, что вещает в её голове? Не обманули ли её? Не плод ли это безумных галлюцинаций?
— Ты... — голос Чжунли Жуй сорвался. В этой короткой фразе она даже не удосужилась использовать вежливое «Вы», что само по себе было весьма красноречиво.
Посланник Похоти был в шоке. Он отчетливо чувствовал, как уровень покорности у этой марионетки, которую он так долго обрабатывал, стремительно катится к нулю. Как и говорила Се Аньтун, он недооценил Лу Цэ во всех смыслах — не только его силу, но и само влияние имени «Грех».
Божество не понимало: люди могут жаловаться, могут ненавидеть, многие могут считать «Грех» воплощением всего худшего в человечестве, но всё это — лишь из-за страха. Страха, пропитавшего их до самого костного мозга!
И сейчас Чжунли Жуй стремительно ускользала из-под его контроля.
[Не бойся. Я же сказал, это всего лишь испытание. Я защищу тебя и наделю своей силой.]
[Твоей жизни ничто не угрожает, это прописано в правилах игры.]
[Но, использовав Карту способностей, ты сможешь на короткое время игнорировать эти правила. Ты СМОЖЕШЬ атаковать Его!]
[Если удача улыбнется тебе, ты, возможно, даже сумеешь... сразить его наповал!]
Пытаясь пробудить в Чжунли Жуй алчность и азарт, Посланник Похоти намеренно использовал самые радикальные эпитеты, чтобы подстегнуть её нервы. Но кто бы мог подумать, что от этих слов девушка подскочит, как кошка, которой наступили на хвост, и истошно завопит:
— Что?! Ты хоть понимаешь, что несешь? Сразить кого?!
Она металась по пустому магазину, срываясь на визг:
— Ты хоть знаешь, кто он такой? Ты понимаешь, КТО ОН?! Сразить... Если бы его было так легко убить, почему ты сам этого не сделал? Почему столько божественных посланников не смогли с ним совладать! Кто ты вообще такой?! Ты точно не Похоть, ты лжец! Нет, всё не так, всё неправильно!
Психика Чжунли Жуй начала давать серьезные сбои. В своем безумии она стала подозрительно напоминать самого «Греха», что выглядело по-настоящему жутко.
Посланник Похоти замер в недоумении. Он был просто ошарашен. Как его вообще посмели подвергнуть сомнению? И кто?! Какая-то девчонка смеет говорить с ним в таком тоне! Ладно еще унижения от «Греха» или пренебрежение Пустоты, но она!..
[Я сказал, что дам тебе силу. Силу, которую ты даже не можешь себе вообразить!] — Посланник Похоти старался сохранять терпение, уговаривая свою подопечную.
— Не верю! Давай её сейчас! Я хочу видеть её немедленно! Всё кончено... всё пропало... Наверное, действие того зелья Пустоты закончилось, и у меня начались глюки! — Чжунли Жуй орала так, что в пустом придорожном магазинчике всё ходило ходуном.
Сцена напоминала базарную перебранку. Се Аньтун, наблюдавшая за всем этим через несколько Всевидящих очей, даже опешила. Зависнув в пустоте высоко над землей, она вдруг не выдержала и прыснула со смеху. В такой напряженной обстановке её смех прозвучал неуместно и тут же привлек внимание окружающих.
— Чего смешного? — с любопытством осведомился Похоть (Гакупо).
— Да так, вспомнила кое-что забавное, — уклонилась от ответа Се Аньтун.
— Хм, — Похоть (Гакупо) пожал плечами и снова перевел взгляд вниз. Он вскинул руку и выпустил лазерный луч, который угодил в одного из «Нарциссов».
Он развлекался, словно в тире. К этому моменту «Красные любовники» и «Синие любовники» были практически истреблены — все, в кого попадал Похоть (Гакупо), выбывали из игры и возносились в небо. Сейчас, оглядываясь назад, обещание «дать шанс всем обычным людям», данное перед началом, казалось какой-то извращенной, зловещей иронией.
— Мне плевать, какие у вас там еще остались козыри, но советую поторопиться, — лениво произнес Похоть (Гакупо), глядя на людей, покоренных его невероятным обаянием. — Оставшиеся «Нарциссы» начинают мне надоедать.
Он замер в вальяжной позе, излучая скуку.
— Так что... примерно раз в минуту я буду убирать по одному «Нарциссу». Ты будешь последней, — он ткнул пальцем в сторону Се Аньтун. — Если к тому времени ничего не придумаете, моя лавочка закроется для всех.
Слушая этот игривый, но полный скрытой угрозы голос и глядя на пугающий изгиб губ на его маске, Се Аньтун не удержалась:
— Что ж, тогда предвкушай. Тот, кто в твоей голове никак не может тебя забыть, приготовил для тебя целых две бутыли яда.
Посланник Похоти про себя выругался: «Твою мать, зачем ты выложила всё вот так сразу?!»
Реакция Похоти (Гакупо) была еще более непредсказуемой. Он не проявил ни капли интереса, лишь бросил с безразличием:
— О, тогда надеюсь, вы подадите их поскорее, я с удовольствием сниму пробу.
...
Глядя на его расслабленность, Посланник Похоти едва не задыхался от ярости. Но времени оставалось в обрез. Впервые в истории человек ставил богу дедлайн — мир определенно перевернулся с ног на голову.
Его основная сущность сейчас находилась внутри тела Похоти (Гакупо), и без носителя ему было опасно проявляться. А та часть силы, которую он выделил заранее, оказалась связана с абсолютно бестолковой напарницей — Чжунли Жуй!
Подавив желание разразиться проклятиями, он был вынужден временно «уступить».
[Открой свое сознание! Я даю тебе силу!]
Безумный блеск в глазах Чжунли Жуй мгновенно исчез, сменившись глубоким, завораживающим розовым сиянием. С её уровнем сил частичный захват тела для Посланника Похоти был проще простого. После «адской сложности», которую ему устроил Лу Цэ, это казалось почти отдыхом.
— Это... это и есть моя сила?! — Чжунли Жуй с нескрываемым восторгом и неверием разглядывала свои руки.
[Я же говорил, ты — избранная. Я слежу за тобой!]
[Действуй! Времени почти не осталось!]
...
Спустя несколько секунд здание магазина внизу содрогнулось от мощного взрыва. Фигура, объятая розовым пламенем, стремительно рванулась ввысь.
— О? — Похоть (Гакупо) лениво приподнял взгляд в ту сторону, а затем презрительно хмыкнул. — И что это за недоразумение? Поручить дело такому ничтожеству... Похоже, Отражение и само не воспринимает это всерьез.