Глава 670. Хого
— Как же меня достало это общество! Зашёл расслабиться в игру, а на меня всю дорогу орут. Нравы совсем упали.
Ли Ан с недовольным видом положил телефон экраном вниз на стол и продолжил стоять АФК.
Они сидели в ресторане хого. В редкий выходной Ли Ан и Ван Цуншань выбрались поужинать. Девушка, ссылаясь на диету, твёрдо настояла на прозрачном бульоне. В качестве компромисса Ли Ан заказал котёл «юаньян», разделённый на две половины: с прозрачным и острым бульоном. Попутно он успел рассказать старосте страшилку о том, что такой котёл на самом деле символизирует мир живых и мёртвых, за что получил от Ван Цуншань осуждающий взгляд.
«На что только не идут эти местные, лишь бы отвадить приезжих от неострого бульона. Какие же злые», — подумала она.
Пока официант не принёс заказ, Ван Цуншань, вытянув руку, указала пальцем на сидевшего напротив Ли Ана и свалилась на стол, изображая полное истощение.
— Что с тобой? Выглядишь так, будто из тебя все соки выжали.
Ли Ан невозмутимо отхлебнул апельсиновый сок.
— Х-х-х… — протяжный стон вырвался из её горла. Ван Цуншань медленно выпрямилась, её взгляд был пуст. — Конец семестра… пробники… первый пробный… второй, третий…
В Экспериментальной средней школе, одной из лучших в городе Инь, учебная нагрузка была колоссальной. Приближался конец учебного года, и будущих выпускников накрыла волна пробных экзаменов. К их и без того плотному расписанию, включавшему ежедневные тренировки для поддержания физической формы, добавилась экзаменационная лихорадка. Они решали тесты до тошноты.
— Тебе никогда не понять… — взгляд Ван Цуншань прояснился, наполнившись завистью и обидой, и устремился на Ли Ана.
Этот парень днём либо спал на уроках, либо прятался за баррикадой из учебников, устраивая битвы ластиков, читая мангу, вырезая что-то перочинным ножом или пуская пузыри из слюны. Но его оценки оставались непоколебимы, как скала. Он никогда не выказывал и тени беспокойства.
«Ненавижу!»
Ван Цуншань со скрежетом зубовным зажала между зубами две палочки и принялась их грызть, напоминая разъярённого кабана.
— Эйс, — донёсся из телефона Ли Ана звук, оповещающий об уничтожении всей вражеской команды. Пятеро противников снесли их кристалл, и матч, начавшийся с ругани в чате ещё на стадии выбора героев, наконец-то завершился.
— А, всё, — Ли Ан взял телефон, на мгновение задумался, а затем, приложив руку ко лбу, с трагизмом в голосе произнёс: — Тот игрок ушёл из киберспорта. На арене больше не увидеть его тени. Моя юность окончена. Какой смысл теперь в этой игре? Пусть всё развеется по ветру. Я — пережиток старой эпохи, и в новой для меня нет корабля.
С этими словами Ли Ан зажал иконку на экране.
«Удалить “Царь Отравы”?»
«Да».
Ван Цуншань, сидевшая напротив, моргнула, не зная, что и сказать.
«Даже игру удалить ровно не может?» — пронеслось у неё в голове. — «Это ведь ты на первом уровне прокачиваешь ульту, а потом с телепортом и скачком летишь под вражескую башню?»
Впрочем, какая разница. У неё всё равно сейчас не было времени на игры. Удалил и удалил.
— Дзинь, ваш заказ доставлен, — к их столику подкатил серебристый робот-официант с подносами, полными ингредиентов для хого. Официант-человек снял с робота тарелки и расставил их на столе.
Пока что эти роботы служили скорее для создания футуристической атмосферы, чем для реальной замены персонала. Однако, по слухам, в Европе и Америке роботы уже начали массово вытеснять людей в разных сферах: доставка еды в ресторанах и на дом, такси, дальнобойные перевозки, бухгалтерия, страхование, банковское дело, сельское хозяйство, строительство…
По прогнозам некоторых американских аналитических центров, более пятидесяти процентов всех рабочих мест в мире могли бы быть полностью заменены роботами, а на шестидесяти процентах должностей роботы могли бы выполнять до тридцати процентов работы. Устающие и уходящие на пенсию люди и так не могли конкурировать с машинами, но даже в самых творческих и требующих человеческого участия профессиях, таких как художник или медсестра, ощущалось серьёзное давление.
Этот болезненный переходный период должен был занять от десяти до тридцати лет, но Игра-бойня ускорила процесс. Корпорациям нужно было сокращать издержки, заводам — расширять и модернизировать производственные линии. Целые отрасли требовали трансформации и повышения производительности.
Компания «Лаборатория Прометея» вновь сыграла особую роль, наладив массовое производство роботов и роботизированных линий. Это вызвало широкое недовольство в Европе и Америке. Люди считали, что «Прометей» крадёт их рабочие места, и даже пытались громить заводы — точь-в-точь как луддиты в Англии двести лет назад, ломавшие ткацкие станки.
Однако «Лаборатория Прометея» выступила с заявлением, что волна роботизации направлена не на захват всех рабочих мест, а наоборот, на стимулирование перехода рабочей силы в третичный сектор и создание новых профессий. И, похоже, они не лгали. В США и некоторых европейских странах началась новая волна инфраструктурных проектов. Строились не только гигантские мега-здания, способные вместить население целых городов, но и новые железные и автомобильные дороги, промышленные и жилые комплексы. Модернизировались линии по производству автомобилей и кораблей.
Гражданские суда спускались на воду одно за другим. Военные верфи спешно расширяли цеха и нанимали рабочих. Подрядчики по всей Америке получали заказы от военных баз, а ключевые лаборатории ежедневно публиковали массу новых исследований.
Они готовились к войне. Масштабной войне, которая могла разразиться в любой момент, но чей противник пока оставался неизвестен.
Бульон в котле тихо кипел, распространяя аромат еды. Посетители ресторана лениво переговаривались о надоевшей работе, несносных начальниках и жизненных трудностях, создавая гулкий и оживлённый фон.
За окном по-прежнему кипела жизнь на улицах. Косой луч заходящего солнца пробивался сквозь щели в стальных джунглях, окрашивая оконное стекло в тёплый и ленивый оранжевый цвет.
— Кладите уже, что застыли? — Ван Цуншань взяла тарелку и начала высыпать ингредиенты в бульон. В её соуснике были только уксус, соевый соус и кинза — по её словам, «классическое сочетание, идеальная гармония».
В этом их вкусы сходились.
— Ах, да, — Ли Ан почесал голову, достал из рюкзака маленькую синюю керамическую чашечку и, поставив на стол, подвинул её к Ван Цуншань.
— Это что? Подарить мне чашку — намёк на трагедию?
Староста взяла чашку. Внутри была земля с камушками, из которой рос крошечный зелёный суккулент, похожий на седум «Радужный».
— Это…
— Это тебе, будешь растить, — серьёзно сказал Ли Ан. — Я тут по телевизору видел, как эксперты утверждали, что экраны компьютеров и телефонов излучают вредные электромагнитные волны, а сигналы от вышек 5G вообще могут вызывать рак. Хотя один мой русский друг говорит: «Заграничные вышки 5G — плохо! Иньские вышки 5G — хорошо!», но лучше всё-таки принять меры предосторожности.
— Ты случайно не британские телеканалы смотришь? — сощурившись, съязвила Ван Цуншань. Она повертела горшочек с суккулентом, поцокала языком и, пробормотав себе под нос: «Лучше бы цветы подарил», — тем не менее аккуратно достала рюкзак, завернула растение в салфетку и бережно убрала в боковой карман.
Раз уж Ли Ан подарил ей что-то, пусть и скрепя сердце, но она примет.
Хмф.
Она не заметила, как на дне горшочка, в земле, тонкие корешки суккулента медленно зашевелились, расправляясь.
...