Глава 523. Шпион
Сун Цзе без умолку расхваливал Гунъян Ханю свои изобретения, заботливо предлагая для каждого из них запоминающиеся и легко распространяемые рекламные слоганы. Вскоре в голове молодого господина Культа Белого Лотоса не осталось ничего, кроме навязчивых мелодий: «Покупай новую машину, па-па! На Маодоу, па-па! Три тысячи юаней, три тысячи юаней!», «Прямая продажа подержанных арбузов, никаких посредников, продавец продаёт дешевле, покупатель платит больше», «Хэнъюаньсян, овцы, овцы, овцы, овцы, овцы, овцы».
Эти слоганы обладали какой-то гипнотической силой — услышав их раз, забыть было уже невозможно. Молодому господину невольно вспомнилась тайная техника Культа Белого Лотоса — «Демоническое семя в сердце Дао».
Внезапно из глубины туннеля донёсся оглушительный грохот.
Отдыхавшие кто сидя, кто лёжа, последователи Культа Белого Лотоса мгновенно вскочили на ноги, бесшумно сжимая оружие и настороженно всматриваясь в темноту. Этот звук разительно отличался от слышанного ранее свиста ветра. Он был глухим и далёким, словно где-то впереди обрушилась часть туннеля.
Секунда… две…
Люди из Культа Белого Лотоса напряжённо стояли, их руки так сильно сжимали оружие, что костяшки пальцев побелели. Песок и земля под ногами мелко задрожали, запрыгали. Скрывавшиеся в земле крошечные насекомые в панике бросились врассыпную.
Фух!
Из глубины туннеля повеяло лёгким ветерком, принеся с собой пыль и капли грязной воды, которые оседали на одежде и коже.
А затем, без всякого предупреждения, ветерок превратился в ураган. Яростный порыв ветра хлынул из туннеля, песок, словно железная стружка, сёк кожу. Ледяная грязь била в лицо, как горизонтальный ливень стрел, заставляя зажмуриться от боли.
Факелы мгновенно погасли. В ушах стоял лишь рёв ветра. Погрузившись во мрак, люди не успели даже крикнуть, чтобы предупредить друг друга. Каждый вцепился в стену туннеля, стараясь прижаться как можно ниже и уменьшить площадь соприкосновения с ветром, изо всех сил сопротивляясь его натиску.
Вскоре ураган начал стихать и постепенно угас. Пыль медленно оседала, и в туннеле снова стало слышно лишь капанье воды. Только тогда последователи Культа Белого Лотоса с облегчением разжали пальцы, вцепившиеся в стены.
Снова зажглись факелы. Люди переглянулись. Ураган был неистовым, но, к счастью, никого не унёс — все присутствующие были элитой культа, владели основами внутренней силы и могли, сконцентрировав ци в даньтяне, устоять на месте.
— Молодой господин, вы в порядке? — весь в грязи, белобровый старик прикрыл рот рукой и кашлянул, обеспокоенно осматривая Гунъян Ханя. Убедившись, что тот невредим, он с облегчением выдохнул и мрачно спросил: — Что это сейчас было?
— Не знаю, — Сун Цзе отряхнулся от пыли и тихо произнёс: — Возможно, туннель обрушился от старости. А может, это Стража Удэ или кто-то ещё, застряв где-то, взорвали проход порохом.
Он сделал паузу и медленно добавил:
— Есть ещё вероятность, что в этих подземельях обитает какое-то огромное чудовище, и то, что мы слышали, — это у него несварение желудка, и он просто рыгнул. Но этот вариант маловероятен. В ветре не было никакого неприятного запаха.
Последователи Культа Белого Лотоса посмотрели на Сун Цзе со странным выражением. Тот поспешно замахал руками:
— На самом деле, из-за моей любви к вонючему тофу, ферментированному соевому творогу и лимонам, у меня хроническое вздутие живота. За долгое время я стал в этом разбираться. Поговорив с человеком, я с первого же слова могу определить, страдает ли он гастритом. Если у кого-то из вас проблемы с кишечником, вздутие, тяжесть в желудке, нет аппетита, можете зайти в мою лавку за лекарством. После него гарантирую — будете чувствовать себя прекрасно, аппетит вернётся. Даже мимо туалета проходя, будете губы облизывать и в зубах ковыряться.
Последователи Культа Белого Лотоса дружно отказались от такого лечения.
Топ-топ-топ.
Послышались беспорядочные шаги, и из темноты выбежали три фигуры. Это были те самые трое последователей культа, которых отправили назад на разведку. Все трое были доверенными людьми Гунъян Ханя — умные, способные, сильные и преданные.
Но сейчас их вид внушал ужас. Тела были покрыты мелкими ранами, одежда пропиталась кровью. От былой надменности не осталось и следа. На их лицах застыл страх, они выглядели измученными и жалкими.
Один из них, спотыкаясь, подбежал и, не дойдя до Гунъян Ханя, в панике закричал:
— Молодой господин, молодой господин, беда!
— Бесполезный кусок дерьма, — белобровый старик шагнул вперёд, заслоняя Гунъян Ханя, и с силой ударил подбежавшего ногой в живот. Тот отлетел назад. Старик тихо прорычал: — Что случилось, говори быстро!
Отлетевший последователь культа прокатился по земле. Его товарищ сглотнул и, торопливо поклонившись, заговорил:
— Мы возвращались по оставленным вами меткам и, не дойдя до первого туннеля, услышали голоса. Прислушавшись, мы поняли, что это несколько отрядов всадников Стражи Удэ. Они шли по вашему следу и тоже спустились под землю.
— Всадники? — нахмурился белобровый старик. — Сколько их? Какое у них снаряжение? Есть ли подкрепление? Что происходит на поверхности?
— Этого я не знаю, — честно ответил последователь. — Из-за того, что туннель хорошо проводит звук, мы с товарищами не смели шуметь и могли лишь прижиматься ухом к стене, чтобы слушать. Спустя какое-то время мы поняли, что один из говоривших — нынешний тысячник карательного отряда Западной Розыскной Службы, Юй Цинцю.
— Юй Цинцю? — нахмурился старик. — Он же должен был оставаться в поместье князя и ждать, пока кто-нибудь попадётся в ловушку. Как он оказался здесь?
— Это… — последователь культа запнулся, бросил взгляд на невозмутимого Сун Цзе и тихо сказал: — Из того, что я расслышал, Юй Цинцю объяснял всадникам Стражи Удэ, что спустился под землю в погоне за Бай Юнъянем, который похитил аннамское Предзнаменование. И сам Бай Юнъянь, скорее всего, предал Культ Белого Лотоса.
— Это невозможно! — Сун Цзе широко раскрыл глаза и, поклонившись Гунъян Ханю, произнёс: — Молодой господин, клянусь небом, брат Бай Юнъянь ни за что бы не предал наш культ. Я знаю его с четырнадцати лет, а нам уже по сорок. Я его слишком хорошо знаю. Культ Белого Лотоса дал ему новую жизнь, он предан ему до глубины души. Каждый день, просыпаясь и ложась спать, он читает наши священные тексты. На его ступнях вытатуированы иероглифы «Белый Лотос». Даже в бордель он берёт с собой десятки портретов наших прошлых лидеров и развешивает их в комнате для почитания. Как такой человек мог предать?
С этими словами Сун Цзе нахмурился и, прищурившись, посмотрел на доносчика:
— Мне кажется, ты всё выдумываешь. Ты плетёшь интриги, строишь козни, фантазируешь. Говори, ты не шпион ли Стражи Удэ, засланный в наш святой культ, чтобы очернить моего доброго брата Бай Юнъяня?