Глава 184: «Наглая ложь»
174. Игра «Национальная судьба» Кажется, я стал NPC
— Что значит «не помрешь»? Эта дрянь… боже мой… — Аарон брезгливо разглядывал жижу в своей миске.
Он во все глаза смотрел на желтовато-зеленую бурду и никак не мог решиться сделать второй глоток.
Но голод давал о себе знать — после изнурительного перетаскивания тяжестей желудок требовал еды. Зажав нос одной рукой, Аарон зажмурился, другой рукой поднес миску к губам и принялся заливать варево в рот.
— Уэ-э-э!
Словно глотая горькое лекарство, Аарон с огромным трудом заставил себя проглотить эту смесь, после чего его тут же скрутил судорожный позыв к рвоте.
Кое-как справившись с тошнотой, он с несчастным видом принялся жаловаться:
— Когда я таскал грузы, то видел кучу штук, похожих на проросший мелкий картофель. Я-то думал, что в худшем случае нас накормят этим картофелем, но никак не ожидал, что нашей едой окажется вот это варево.
Сун Уцзе одним махом осушил половину миски, вытащил изо рта длинную щепку, с брезгливым вздохом отбросил её в сторону и ответил столь же унылым тоном:
— Чтобы ты знал, те штуки называются «земными сокровищами». Только «Тигры» могут питаться ими как основным блюдом. А нам, «Волкам», положено использовать их лишь как добавку к рациону, смешивая со всякой дрянью.
Говард, который до этого сидел, опустив голову и погрузившись в свои мысли, поднял глаза и с недоумением спросил:
— Почему они не хотят оставаться людьми? Зачем им разделять себя на эти дурацкие животные касты?
Сун Уцзе пожал плечами, презрительно усмехнулся и принялся объяснять:
— Из того, что мне удалось выведать у кухонных работников, в Городе Пылающего Солнца общество делится на касты: Ястребы, Тигры, Волки, Жирные крысы и отбросы.
— …Сам же Лорд города возвышается над всей этой иерархией. Его называют Пылающим Солнцем.
Сун Уцзе ненадолго замолчал, давая товарищам осмыслить услышанное, а затем продолжил:
— Ястребы стоят выше Тигров, Тигры — выше Волков, и так далее по цепочке. Получается, что у каждого сословия, кроме отбросов, есть те, кого они могут безнаказанно притеснять.
— …К тому же Лорд города наделил немалой властью самых бездарных представителей каждой касты. В итоге эти ничтожества изо всех сил продвигают таких же бездарей и сообща гнобят способных людей, чтобы удержаться на своих местах.
— …Благодаря этому низы постоянно заняты грызней друг с другом. У них просто нет ни сил, ни времени думать о бунте. Более того, подавляющее большинство местных жителей горой стоят за эту кастовую систему, ведь она дает им редкую возможность почувствовать власть и превосходство над кем-то ещё.
— …Вот мы, к примеру, можем безнаказанно пинать Жирных крыс и отбросов.
После этих слов Сун Уцзе оба его спутника прекрасно поняли, к чему он клонит.
Но Аарон все ещё не мог до конца поверить в такую дикость и озвучил свои сомнения:
— Но как же отбросы? Неужели они совсем не пытаются бунтовать?
Сун Уцзе покачал головой:
— Горстка пытается, но это бесполезно. К тому же, как вы уже слышали, Лорд города время от времени переводит особо отличившихся в более высокую касту. Поэтому эти «отбросы» из кожи вон лезут, чтобы выслужиться и перебраться хотя бы в касту Жирных крыс. Ради этого они готовы пойти на все…
— …Например, донести на других «отбросов», которые замышляют бунт.
Сун Уцзе произнёс это совершенно спокойным, обыденным тоном, но Аарона почему-то пробрало до костей. Его охватил липкий, выползающий из самой глубины души ужас.
Он невольно вздрогнул, нахмурился и опустил голову, не желая больше продолжать этот разговор.
…
После обеда всех троих отправили сортировать и упаковывать припасы для завтрашнего утреннего похода.
Попутно Говарду наконец-то позволили обтереться влажным полотенцем и смыть с себя кровь.
Погрузка ящиков шла монотонно и скучно, говорить было особо не о чём.
Неприятности начались уже вечером.
На ужин каждому выдали по бурому бруску размером с кулачок младенца.
Сун Уцзе пощупал выданный паек — тот оказался твёрдым как камень. Не веря своим ощущениям, он с размаху стукнул бруском о стену.
На пайке не осталось ни царапины.
— Вы уверены, что это вообще съедобно? — Сун Уцзе удивленно вскинул брови, понятия не имея, с какого боку к нему подступиться.
Лишь когда он увидел, как другие местные обитатели инстанса размачивают эту окаменелость в холодной воде, до него дошел правильный способ употребления.
Стоило ему с грехом пополам проглотить ужин, как до ушей донесся визгливый, режущий слух голос той самой старухи, которую они встретили при входе в инстанс. Она явилась не одна: позади неё ленивой походкой шёл закованный в железные доспехи мужчина, на которого томно опиралась густо накрашенная молодая девица.
Кто бы мог подумать, что эта карга окажется настолько злопамятной.
Зрители трансляции при виде этой сцены тут же принялись строчить комментарии:
— Плохи дела! Язык мой — враг мой, что теперь делать Сун Уцзе?! — IP: Полярная страна
— Похоже, те двое за спиной старухи — это и есть капитан Сидней и третья госпожа, о которых она кудахтала? — IP: Страна Звезд и Полос
— Вообще не парюсь. У него же все ещё осталась возможность избежать наказания. Ирония, да и только. — IP: страна Цзючжоу
— Завидую чёрной завистью, хоть плачь! — IP: Британия
Старуха посмотрела на Сун Уцзе с неприкрытой злобой и высокомерием, но стоило ей обернуться к облаченному в железо мужчине, как её лицо так и расплылось в угодливой, приторной улыбке:
— Господин капитан, это тот самый паршивец!
В ответ на её визг закованный в доспехи мужчина лишь лениво поковырял пальцем в ухе, будто ему не было до этого абсолютно никакого дела.
Сун Уцзе, заметив его безразличие, слегка приободрился и мысленно вздохнул с облегчением: судя по всему, воину было лень ввязываться в эту глупость, а значит, договориться ещё можно.
Офицер зевнул, скользнул взглядом по напрягшемуся Сун Уцзе и неторопливо спросил:
— А-а, так это он… И что же он натворил?
Старуха поспешно запричитала:
— Этот негодяй мало того что меня оскорбил, так он ещё и на вашу честь покусился! Ладно бы меня, убогую, но ваше-то доброе имя, господин капитан, нельзя давать в обиду!
Сун Уцзе от такой наглости аж воздухом поперхнулся. Он и представить не мог, что эта карга способна так безбожно врать — он ведь с ней тогда и парой слов перекинуться не успел, не то что как-то задеть капитана.
Но Сун Уцзе был не дурак. Он не бросился с пеной у рта спорить со старухой, понимая, что в такой ситуации оправдания сделают только хуже, а последнее слово все равно останется за капитаном, который будет судить исключительно по собственному настроению.
Поэтому он взял себя в руки, сохраняя на лице абсолютное спокойствие, и посмотрел на старуху как на жалкого клоуна.
К счастью, расчет Сун Уцзе оказался верным. Капитан, заметив его невозмутимый вид, проявил легкое любопытство. Он мягко отстранил льнущую к нему девицу, бесцеремонно отпихнул в сторону преградившую дорогу старуху и подошел вплотную к Сун Уцзе.
— И откуда у тебя столько смелости? — Спросил он, в упор разглядывая Сун Уцзе.