Глава 80. Не зря я признал Фэн Сяо своим братом!
— Ты... ты посмел ударить меня?! — прохрипел Ван Лян, содрогаясь всем телом. С помощью слуг он, пошатываясь, сумел подняться на ноги.
Он так и не осознал, насколько велик разрыв в их силах, решив, что Фэн Сяо просто подло воспользовался моментом и напал исподтишка.
— И что? Ты не согласен? — Фэн Сяо ответил холодной усмешкой.
Он резко топнул ногой, и тяжелая плита из твердейшего камня под его подошвой разлетелась вдребезги, покрывшись сетью глубоких трещин.
— Кто еще считает, что я не достоин войти внутрь? — Его ледяной голос хлестнул по толпе, заставляя окружающих вздрогнуть.
Люди переглянулись, лица их помрачнели. Какая неслыханная дерзость! Этот сопляк посмел открыто угрожать им всем? Однако желающих выступить вперед не нашлось. Видя, как легко он раздробил гранит, многие поняли: если этот юнец и не достиг Жёлтого ранга, то он находится на самом его пороге. Ссориться с таким противником было бы верхом безрассудства.
Свидетели сцены начали бросать косые взгляды на Ли Сяоцяна. На прошлых выставках-аукционах нефрита он всегда был козлом отпущения, над которым издевались все кому не лынь. Где же он умудрился раздобыть такого грозного защитника?
Ли Сяоцян, чувствуя на себе эти взгляды, едва сдерживал дрожь от восторга. Вся горечь и обида, копившиеся в его душе месяцами, испарились без следа.
«Не зря я признал Фэн Сяо своим старшим братом! Ох, не зря!» — ликовал он про себя.
— Хорошо... Очень хорошо! — Ван Лян трясся от ярости, его жирные щеки ходили ходуном. Смахнув кровь с губ, он обернулся к своим телохранителям и прорычал:
— Чего встали?! Живо проучите этого наглеца! Переломайте ему кости!
Несколько громил в черном, повинуясь приказу, разом бросились на Фэн Сяо. Но исход был предрешен. Не прошло и вдоха, как все они разлетелись в разные стороны от точных и молниеносных ударов.
Для обычного человека эти телохранители были опасными противниками, способными в одиночку раскидать троих, но для Фэн Сяо они были не более чем кучей мусора под ногами.
Только теперь Ван Лян начал осознавать, в какую переделку попал. На самом деле он не был глуп — напротив, его хитрость и расчетливость позволяли ему каждый раз покидать выставку-аукцион нефрита с приличной добычей. Просто в этот раз он фатально недооценил Фэн Сяо.
— Ли Сяоцян, не ожидал, что твой прихвостень на что-то способен, — Ван Лян злобно посмотрел на торжествующего противника. — Но если ты думаешь, что сможешь сесть мне на шею, то ты — наивный дурак!
Закончив фразу, он с надеждой посмотрел на старика, который до сих пор хранил молчание.
— Чжоу Лао, прошу вас, вмешайтесь!
Этого мастера Ван Лян выписал из другой провинции за баснословные деньги. Чжоу Лао был его главным козырем, благодаря которому он планировал заставить всех на этой выставке считаться со своим именем.
Старик едва заметно кивнул и перевел свой мутный взгляд на Фэн Сяо.
— Молодежь нынче пошла резвая, — проскрежетал он, и в его голосе послышались нотки показного сожаления. — Жаль только, что ты не понимаешь простой истины: слишком твердое дерево легко ломается на ветру. Знаешь ли, юноша... мертвецам всё равно, насколько сильными они были при жизни.
Фэн Сяо лишь презрительно скривил губы.
— Откуда вылез этот старый пес? — бросил он, и в его глазах вспыхнул опасный огонек. — Решил поучить меня жизни? С такой ничтожной культивацией в твои-то годы... Ты что, всю жизнь только и делал, что кобелей по подворотням гонял?
Фэн Сяо едва сдерживал смех. Если бы он вернул себе хотя бы крупицу той мощи, что была у него в прошлой жизни, он мог бы одним щелчком пальцев стереть в порошок не только этого старикашку, но и всю эту усадьбу. И этот ничтожный червь смеет разглагольствовать перед ним о жизни и смерти?
— Невежественный наглец, — Чжоу Лао нахмурился, его лицо исказилось от гнева. Оскорбление достигло цели. — Видимо, мне придется преподать тебе урок хороших манер.
Толпа заволновалась. Многие узнали в старике мастера Чжоу — известного в землях Сычуаня эксперта по боевым искусствам. Его репутация была весьма весомой. Фэн Сяо же, хоть и показал силу, оставался темной лошадкой. Столкновение двух мастеров такого уровня было редкостью даже для столь престижного мероприятия, как выставка-аукцион нефрита.