Глава 144. Безумная догадка и личность мистера Цзи
Лю Кай получил ответы на свои вопросы. Спрятав планшет, он откинулся на спинку кресла и уставился в иллюминатор. Вертолет уже пролетел половину пути, и летел он не слишком высоко. Глядя на бесконечные ряды заснеженных крыш и далекие холмы, Лю Кай невольно вспомнил строки из классической поэзии: «Взойдя на пик, окинешь взором дали, и горы прочие ничтожными предстанут».
И именно эта мысль, словно искра, зажгла в его мозгу озарение. Какая-то важная, но ускользающая деталь наконец обрела форму. Лю Кай сосредоточился, пытаясь удержать это мимолетное чувство, и начал едва слышно шептать эти строки. Поскольку связь в шлемофоне была включена, пилот вертолета услышал его бормотание и, хмыкнув, решил поддержать беседу.
— А у вас, консультант Лю, поэтичное настроение. Это точно: чем выше стоишь, тем дальше видишь. Лучше и не скажешь.
— О? Чем выше стоишь, тем дальше видишь... — глаза Лю Кая внезапно блеснули. Он ухватил мысль за хвост.
Ему вспомнился случай из студенческих времен. Один его однокурсник, назовем его Студент А, как-то раз гулял по городу и случайно увидел Студента Б — парня из крайне бедной семьи, получавшего пособие, — обедающим в дорогущем закрытом ресторане. Студент А пришел в ярость. Он тут же побежал к куратору с доносом, требуя лишить «обманщика» всех льгот. Однако куратор под разными предлогами заминал дело и даже просил Студента А держать язык за зубами. Разумеется, слухи поползли. Все возмущались, подозревая куратора в коррупции или кумовстве. Позже правда вскрылась. Всё было и просто, и грустно одновременно: Студент Б подрабатывал в этом ресторане мойщиком посуды. В его день рождения владелец заведения, видя трудолюбие и нужду парня, лично приготовил для него изысканный ужин. Куратор же молчал лишь потому, что хотел сберечь гордость юноши.
Так и здесь. Иногда решения «сверху», которые кажутся нам абсурдными или подозрительными, продиктованы вовсе не злым умыслом. Напротив, возможно, те, кто стоит выше, видят гораздо дальше. Они обладают скрытой, критически важной информацией, на основе которой и принимают решения, непонятные большинству.
Лю Кай почувствовал, как с души свалился камень. Он не сомневался в проницательности Цинь Лофэй, но теперь больше доверял чутью Юй Далуна и своим выводам. Если его догадка верна, то аппетиты официальных властей простираются гораздо дальше, чем просто разгром какой-то там Ассоциации взаимопомощи Фэнхая. Жаль только, что Цинь Лофэй сейчас вне зоны доступа. Даже если у него появятся новые сведения, передать их вовремя не получится.
Подозрения с Чжун Линьюя были временно сняты, но визит к мистеру Цзи все равно оставался в силе. В конце концов, поверить в то, что мистер Цзи ни сном ни духом не ведал о делишках своего заместителя Ма Юнсина? Лю Кай был настроен крайне скептически. Если в твоем дворе кудахчут куры, странно не знать об их существовании.
*
Вертолет высадил Лю Кая в одиннадцать утра. До назначенного времени встречи с мистером Цзи оставалось совсем немного. Лю Кай привычным усилием воли заставил пространственное хранилище поглотить свежедобытое золото. Прогресс был, но незначительный. Впрочем, он и не рассчитывал на мгновенный результат.
Достав из хранилища снегоход, он немного подумал и выпустил Сяо Хэя и Сяо Бай. Хотя время внутри хранилища замерло, для зверей перемещение из бункера на морозную улицу произошло в мгновение ока. Их неуемная энергия тут же дала о себе знать. Сяо Хэй, вывалив язык, уже собрался было погнаться за снежинкой, но Лю Кай вовремя схватил его за загривок.
— А ну стоять! Садись за руль, едем на север.
Пес, поняв команду, прижал хвост и с понурым видом запрыгнул на водительское сиденье. Снегоход со свистом сорвался с места, несясь к северной окраине города. Лю Кай, закинув ногу на ногу на пассажирском месте, вовсе не бездельничал — он лихорадочно листал данные на военном планшете.
Его целью был мистер Цзи. Они были знакомы довольно давно, но Лю Кай знал лишь его фамилию. Больше — ничего. Благодаря Ассоциации взаимопомощи статус мистера Цзи в базе данных значился как «Секретно», но это был низший уровень допуска. Вскоре на экране высветилась полная информация.
[Цзи Цзыхань, уроженец Фэнхая, 2001 года рождения (42 года). Председатель гражданской организации «Ассоциация взаимопомощи». В возрасте 25 лет принял бразды правления семейным холдингом «Пипися-Девелопмент» от своего отца, Сун Вэньци. Обладает выдающимся деловым чутьем и способностями. На пике карьеры его состояние превышало десять миллиардов. В узких кругах известен как мистер Цзи. В 40 лет распродал акции и отошел от дел, посвятив себя экстремальным видам спорта и путешествиям...]
Изучая это подробное жизнеописание, Лю Кай невольно хмыкнул: «Жизнь богачей — штука предсказуемая и скучная». Он машинально кликнул на информацию о родителях. Как и ожидалось, Цзи Цзыхань взял фамилию матери. Оба родителя были мертвы. Мать скончалась за год до того, как он возглавил компанию.
Однако, когда Лю Кай увидел дату смерти его отца, Сун Вэньци, его брови удивленно взлетели вверх.
— Такое совпадение?
2 мая 2043 года! Ровно за три дня до начала ледникового апокалипсиса.
Почему это показалось ему важным? Лю Кай вспомнил одного человека. Океанолога, который спускался с ним на дно озера к затопленной базе и был проглочен гигантским осьминогом. Сун Юймин. Перед самым началом катастрофы Сун Юймин взял отгул из-за смерти отца. Только благодаря этому он не оказался замурованным в подводной лаборатории. Мало того что у него была та же фамилия, что и у отца Цзи Цзыханя, так еще и даты смерти их отцов совпадали день в день.
И самое главное... Лю Кай теперь отчетливо припоминал черты лица Сун Юймина. В них было нечто неуловимо схожее с обликом Цзи Цзыханя. Совпадение? Лю Кай в совпадения не верил.
Он снова застучал по планшету, ища данные Сун Юймина. И тут начались странности. В графе «Отец» у Сун Юймина было пусто! Значилось, что его воспитывала мать-одиночка в крайне стесненных условиях. В то же время в деле Сун Вэньци единственным сыном значился Цзи Цзыхань.
— Странно всё это. Неужели и впрямь случайность? — пробормотал Лю Кай, потирая подбородок.
Однако, перечитывая досье Сун Юймина, он зацепился за одну строчку. Мать Сун Юймина едва сводила концы с концами, поэтому во время учебы в университете и магистратуре парень, помимо стипендии, получал частную помощь. Благотворителем значился фонд «Сердце Креветки».
Лю Кай не ошибся — этот фонд принадлежал холдингу «Пипися-Девелопмент»!
Его азарт разгорелся с новой силой. Снегоход как раз въехал в зону, где работало электричество и был сигнал связи. Лю Кай достал телефон и вбил в поиск: «Смерть председателя Пипися-Девелопмент господина Сун Вэньци». Сеть 3G работала медленно, но верно. Сун Вэньци был фигурой известной в Фэнхае, так что ссылок вывалилось предостаточно.
Просматривая статьи, Лю Кай наконец наткнулся на то, что искал — фотографию с похорон!