Глава 88 «Самостоятельный взлом»
Линь Ши стоял посреди гостиной в одних шортах и футболке, затаив дыхание. Он прислушивался к едва уловимой Силе Истока внутри себя.
После семи дней изнурительных тренировок Линь Ши почувствовал, что в его теле зародилась новая энергия. Она текла по жилам вместе с кровью – пока еще очень слабая, но дарящая ощущение невероятного комфорта.
Линь Ши догадывался: это и есть субстанция Истока, поглощенная через практику и преобразованная в Силу Истока. Последние пару дней он пытался подчинить её себе, и сегодня его ждало ошеломляющее открытие.
— Откройся!! — Негромко скомандовал он.
Волевым усилием он заставил Внутреннюю Силу Истока растечься по телу. Энергия хлынула в каждую клетку, и в глубине сознания словно прошел разряд тока. Ему почудился отчетливый щелчок – будто в организме провернулся ключ.
В тот же миг он вошел в состояние взломанного генетического замка.
— Снова получилось! — Линь Ши ликовал про себя. Он резко подался вперед, пытаясь схватить Мована, забившегося в угол гостиной.
Пес отчаянно вжался в стену, и его морда выражала целую гамму чувств. Пасть приоткрылась, глаза округлились, а весь вид говорил: «Опять?! Снова начинается! Не подходи ко мне!!»
Линь Ши подхватил Мована, вихрем распахнул бронированную дверь Убежища и вышвырнул пса на снег.
Снаружи было минус тридцать, но Линь Ши в своей легкой одежде даже не вздрогнул от холода. Напротив, по его конечностям разливалось приятное тепло.
— Мован, разомнемся! — Крикнул он и бросился на пса, который как раз пытался отряхнуться от снега.
Мован использовал прием «собачий кувырок», которому Линь Ши учил его в эти дни, увернулся от удара и прыгнул в ответ. Но не тут-то было: Линь Ши лишь имитировал атаку. Он мгновенно отдернул руку, сделал два быстрых шага в сторону, куда уклонялся пес, и присел, выполняя подсечку.
Прыжок Мована сорвался в самом начале. Пес с глухим звуком шмякнулся в сугроб, наевшись снега.
— Я же говорил тебе: человеческие приемы коварны. Смотри на движения, реагируй по ситуации. Даже со мной дерись всерьез. Давай, вставай, теперь ты нападаешь первым, — наставлял его Линь Ши.
Мован обреченно поднялся, бросив на хозяина полный обиды взгляд. Было видно, что такая «добровольно-принудительная» служба за последние дни ему порядком осточертела.
Линь Ши продолжал спарринг, попутно корректируя атаки своего питомца.
… Спустя десять секунд действие генетического замка прекратилось.
За последние два дня это был уже шестой раз, когда Линь Ши осознанно входил в это состояние. Как только он нащупал поток энергии внутри, метод активации стал вопросом техники. Правда, успех сопутствовал ему не в каждой попытке.
То ли из-за частоты тренировок, то ли из-за накопления Силы Истока, время действия замка постепенно увеличивалось. Да и дикой слабости, приковывавшей его к месту раньше, больше не было.
Линь Ши верил: дайте ему еще немного времени, и он полностью подчинит себе эту мощь.
Заметив, что аура хозяина внезапно ослабла, глаза Мована азартно блеснули. Пес осклабился в подобии улыбки и снова пошел в атаку.
Линь Ши, ожидавший «мести», кувырком ушел в сторону.
— На сегодня всё, идем домой обедать!
Теперь он мог двигаться сразу после выхода из транса, хотя мышцы всё еще казались ватными. Он быстрой трусцой забежал в дом. Оставшийся на снегу Мован разразился возмущенным воем, больше похожим на волчий:
— Ау-у-у-у!
— «Это не по правилам!», — казалось, кричал он.
… Линь Ши пришлось задобрить обиженного пса порцией жареного мяса. С тех пор как три дня назад Мован впервые попробовал шашлык, он потерял покой. Сырое мясо больше не вызывало восторга; пес целыми днями околачивался у духовки, всем видом показывая Линь Ши свои гастрономические предпочтения.
Линь Ши нанизал на огромные железные шпажки куски говядины, баранины, свиной грудинки и мяса того самого дикого кабана. В духовке всё это зашипело, брызгая жиром и источая сводящий с ума аромат.
Для Мована он приготовил партию без специй. Сняв готовое мясо со шпажек, он выложил его на блюдо. Сам же достал свежий листовой салат и стал заворачивать в него обжигающие кусочки баранины. Хрустящая прохлада зелени в сочетании с истекающим жиром мясом – каждый укус приносил истинное блаженство.
Когда жирное мясо приелось, Линь Ши вытащил из Пространства арбуз. Он вынес его на улицу, прикопал в снегу на несколько секунд, и вуаля – ледяной десерт готов. Если бы не жуткий мороз, Линь Ши с удовольствием устроил бы гриль на углях – вкус мяса с дымком ни с чем не сравним.
После сытного обеда Мован довольно облизнулся, подошел к хозяину и боднул его головой в ногу, преданно заглядывая в глаза.
— Снова в Пространство хочешь?
Мован утвердительно ткнул носом.
Линь Ши усмехнулся. Он прекрасно знал: каждый раз, когда Мован проигрывал ему здесь, он шел отыгрываться на бедном гиббоне. Но разве мог он отказать своему напарнику? К тому же за последнюю неделю гиббон стал беспрекословно слушаться пса.
Убрав Мована в Пространство, Линь Ши немного отдохнул и начал одеваться. Он решил сегодня наведаться поглубже в лес за горой – вдруг повезет встретить одинокого зверя Истока и заполучить новый трофей.
… Комплекс Синхай.
— Мерзавцы! Как вы могли их не найти?! Как это вообще возможно?!
Разъяренный Лу Пэн схватил со стола стакан с водой и швырнул его об пол прямо перед носом докладывающего солдата.
Его голос дрожал от сдерживаемой ярости:
— Немедленно начинайте прочесывать весь Шаши! Проверьте каждый подвал, каждую щель! Переверните город вверх дном, но найдите их!
— Есть, штабной офицер Лу!
Когда солдат ушел, Лу Пэн в изнеможении рухнул в кресло. Его грудь тяжело вздымалась. С каждым часом неизвестность давила всё сильнее, а дурное предчувствие превращалось в уверенность. Он не смыкал глаз со вчерашнего вечера.
Сотни солдат семь дней кряду обыскивали город, и отсутствие малейших следов уже само по себе было ответом. В глубине души Лу Пэн понимал: скорее всего, его дочери больше нет в живых.
Вчера большинство поисковых групп отозвали и вернули на посты, что окончательно убило надежду. В глазах Лу Пэна вспыхнула ненависть. Сейчас он всем сердцем проклинал генерал-майора Линь Тяньжуя.
— «Я спас жизнь этому неблагодарному волку, а он даже не может приложить усилий, чтобы найти мою девочку! Какая черная неблагодарность! Какое предательство!», — думал он.
Но пока оставалась хоть тень надежды, Лу Пэн не собирался сдаваться. Если дочь мертва, он найдет того, кто это сделал. Он разорвет его на куски.
Ослепленный горем и злобой, Лу Пэн не желал думать о том, насколько загружены сейчас войска. Сбор и распределение припасов, патрулирование, ремонт оборудования… Солдаты даже работали на стройке вместе с выжившими, возводя новые убежища. Каждый потерянный день означал смерти сотен людей. Даже в самом гарнизоне уже погибло больше десятка человек.
Всё это было ему безразлично. В его голове была только дочь. И если он её не найдет, то заставит весь мир оплакивать её вместе с собой.
Взгляд Лу Пэна стал диким. Он поднялся, вытащил из ящика стола кинжал, спрятал его за пояс и вышел из кабинета.
Часовой у двери отдал честь. Лу Пэн произнес ледяным тоном:
— Где те преступники, которых схватили на днях? Веди меня к ним.