Глава 64 «Солнце вновь сияет»
Солнечные лучи вновь залили землю.
Те немногие, кто сумел выжить, были вне себя от восторга, решив, что этот кошмар наконец-то закончился.
Но вскоре люди осознали: солнце больше не было таким ярким и теплым, как прежде. Даже стоя под его прямыми лучами, они почти не чувствовали тепла.
Жильцы первых этажей, чьи дома не имели козырьков, защищающих от осадков, быстро обнаружили, что входные двери заблокированы. Непрекращающаяся снежная буря укрыла весь город Шаши слоем снега глубиной более метра.
Тем, у кого были окна, приходилось выбираться через них, чтобы расчистить вход, остальным же оставалось лишь искать выход через вторые этажи.
Однако для Линь Ши это не стало проблемой.
Проектируя Убежище, он учел опыт прошлой жизни и распорядился установить двери, открывающиеся внутрь.
Какой бы толщины ни был слой снега снаружи, дверь всегда можно было открыть. Главное – регулярно расчищать завалы, чтобы не оказаться заживо погребенным.
В этот момент дверь Убежища отворилась.
Линь Ши и Мован вышли наружу.
Раны Мована уже затянулись. Там, где раньше зияли окровавленные порезы, теперь виднелись лишь нежно-розовые шрамы.
Шерсть, которую пришлось сбрить, тоже начала отрастать – всего за несколько дней тело пса покрылось плотным слоем пуха.
Впрочем, для защиты от уличного мороза этого было недостаточно, поэтому на нем красовалась «уродливая одежка», собственноручно переделанная Линь Ши.
Сам Линь Ши был одет в водонепроницаемую морозостойкую штормовку, под которой скрывался комплект термобелья и флисовый джемпер с высоким воротом. На ногах – нескользящие зимние сапоги, на руках – теплые непромокаемые перчатки, на голове – ветрозащитная шапка, а лицо закрывала плотная маска.
В завершение он надел горнолыжные очки, чтобы защитить глаза от слепящих ледяных лучей, отражавшихся от снега.
Можно сказать, он был вооружен до зубов.
Достав из Пространства лыжное снаряжение, Линь Ши встал на лыжи и, закончив приготовления, обратился к сгорающему от нетерпения Мовану:
— В путь! Не беги слишком быстро и осторожней на поворотах!
Услышав команду, Мован тут же рванул вперед, подобно сорвавшемуся с привязи дикому мустангу, стремительно несясь по сугробам.
Линь Ши с усмешкой пустился вдогонку.
Человек и пес быстро спустились с горы.
Оказавшись внизу, Линь Ши убрал лыжи и вместе с Мованом, проваливаясь в глубокий снег, направился к городу.
На дорогах уже виднелись люди – неуклюжие, раздувшиеся от обилия одежды фигуры, покинувшие свои дома. Было ясно: они нацепили на себя все, что только нашлось в шкафах.
По сравнению с ними Линь Ши казался одетым слишком легко.
Но чья одежда грела лучше, можно было понять по их посиневшим губам и пунцовым от холода лицам и рукам.
Один молодой человек, заметив экипировку Линь Ши, с нескрываемой завистью окликнул его:
— Эй, брат, тот, что с собакой!
Видя, что Линь Ши не реагирует, юноша припустил следом. Он споткнулся и по уши зарылся в сугроб, но тут же вскочил и снова побежал за ним.
Лишь когда его нагнали, Линь Ши остановился и обернулся, холодно глядя на раскрасневшегося от мороза парня.
— Меня зовут Цянь Лянлян, а как ваше имя, брат? — Цянь Лянлян отряхнул снег, заискивающе глядя на Линь Ши.
— Говори прямо, — отрезал Линь Ши.
Цянь Лянлян окинул его снаряжение взглядом, полным неприкрытой зависти:
— Просто хотел спросить, где вы это купили? Я тоже хочу такую куртку.
— В торговом центре, в центре города, — лаконично бросил Линь Ши и собрался уходить.
— Э-эй! Брат, постой, не уходи! — Цянь Лянлян зашагал следом. — А за сколько такой комплект можно взять? Брат, может, у тебя дома есть лишний? Не мог бы ты одолжить мне один?
Линь Ши нахмурился и наградил Цянь Лянляна ледяным взглядом:
— Купи сам. И не смей за мной тащиться, иначе я буду не вежлив!
Мован тоже замер, недобро уставившись на навязчивого незнакомца, и издал угрожающее рычание.
Цянь Лянлян с опаской посмотрел на Мована, который размерами превосходил любую собаку, которую он когда-либо видел:
— …Хорошо, хорошо. Счастливого пути, брат.
Когда Линь Ши отошел на приличное расстояние, Цянь Лянлян смачно сплюнул ему в спину:
— Тьфу! Герой за собачьей спиной! Тоже мне, важная птица!
В этот момент мимо него прошел мужчина средних лет в пуховике. Цянь Лянлян тут же подскочил к нему:
— Уважаемый, эта куртка на вас…
— Пошел вон!
…
Несколько дней назад, когда Линь Ши выходил в прошлый раз, некоторые лавки еще работали, несмотря на отсутствие электричества. Сегодня все изменилось.
Пережив несколько дней кошмарных потрясений, люди наконец осознали: если не начать отчаянно добывать еду и припасы, им не выжить.
На улицах толпы крушили магазины всем, что подворачивалось под руку. Где-то целые группы набрасывались на лавки с одеждой и продуктами, грабя всё подчистую. Другие и вовсе не гнушались отнимать припасы прямо из рук прохожих. Кое-где доходило до убийств прямо посреди мостовой. Общественный порядок рухнул окончательно.
Линь Ши вместе с Мованом подошел к дверям ювелирного магазина.
Его целью на сегодня было золото – ресурс, необходимый для улучшения Сокровищницы, которую он не развивал уже долгое время.
Происхождение Сокровищницы было окутано тайной. Она предсказала наступление постапокалипсиса и оперировала понятиями «Сила Истока» и «зверь Истока» – терминами, о которых в прошлой жизни никто и слыхом не слыхивал. Казалось, этот артефакт знает всё на свете. Его возможности – копирование предметов, их хранение – были чем-то невообразимым. А самое невероятное – Сокровищница могла даровать перерождение.
Возможно, когда он повысит уровень Сокровищницы до определенной отметки, его будут ждать удивительные открытия. Линь Ши ни на миг не забывал о необходимости её улучшения.
Жестом приказав Мовану отойти, Линь Ши достал заранее приготовленный молоток и с силой обрушил его на закаленное стекло витрины!
При нынешней силе Линь Ши одного удара хватило, чтобы стекло разлетелось на тысячи мелких крошек. Еще несколько взмахов – и целое полотно с глухим звоном осыпалось на пол. Внутри царила тишина: ни пронзительного сигнала тревоги, ни криков перепуганного персонала.
Оставив Мована охранять вход, Линь Ши вошел в ювелирный магазин. Он методично разбивал прилавки, выгребая золото, серебро, платину, розовое золото и бриллианты. Все, что имело хоть какую-то ценность, отправлялось в рюкзак, а затем большая часть добычи перекочевывала в Пространство.
Весь процесс занял меньше получаса.
Он не стал убирать золото в Пространство напрямую с витрин. Если бы те, кто придет сюда позже, увидели целые прилавки, из которых таинственным образом исчезло содержимое, это могло бы выдать существование Сокровищницы. Лишний риск ему был ни к чему.
Покончив с одним магазином, он повел Мована к следующему.
Линь Ши бывал в этом районе до катастрофы и знал, что ювелирных лавок здесь предостаточно. В итоге он обчистил восемь заведений, три из которых были крупными сетевыми центрами. Собранные драгоценности до апокалипсиса стоили бы сотни миллионов юаней.
В центре города было много магазинов, и мародеров здесь тоже хватало. Некоторые, видя, как Линь Ши вскрывает ювелирные, хотели было поживиться за его счет, но грозный вид Мована, дежурившего у входа, заставлял их быстро передумать.
Другие же, глядя на то, как Линь Ши собирает бесполезные в нынешних условиях побрякушки, которые нельзя ни съесть, ни надеть, лишь втайне посмеивались над его глупостью.
В полдень Линь Ши решил устроить привал в одном из уже разграбленных им магазинов.
Прикрывшись рюкзаком, он достал из Пространства несколько заранее приготовленных мясных лепешек и разделил трапезу с Мованом.
Несмотря на то, что в магазине никого не было, Линь Ши оставался начеку. Опыт прошлой жизни научил его: расслабляться нельзя ни на секунду.
Человек и пес с аппетитом ели, когда со стороны входа донеслись шаги.