Глава 59 «Первое явление инозверя»
Терпение старосты лопнуло, лицо его исказилось от ярости:
— Раз ты так жаждешь смерти, я тебе помогу!
Ван Лян и его напарник переглянулись и, замахнувшись тяжелыми молотами, одновременно бросились на Линь Ши с двух сторон!
От такого удара не всегда умирают сразу, но переломы и разрывы внутренних органов гарантированы. В нынешних условиях тяжелое ранение было куда страшнее мгновенной гибели.
Тётушка Ли перестала брыкаться. В ее глазах засияло предвкушение расправы.
Однако улыбка не успела коснуться ее губ – ситуация изменилась в одно мгновение.
Едва нападавшие дернулись, Линь Ши уже был в движении.
Он сработал на опережение: перехватил рукоять молота Ван Ляна и рванул того на себя вместе с инструментом. Пока Ван Лян хлопал глазами от изумления, Линь Ши направил его молот прямо навстречу удару второго крестьянина.
Раздался лязг металла о металл. У второго нападавшего лопнула кожа на ладони, а в следующую секунду Линь Ши точным ударом ноги отправил его в полет. Молот выскользнул из рук бедолаги и угодил в голову другому селянину.
Тот рухнул как подкошенный, не подавая признаков жизни.
Женщины в толпе зашлись в крике.
Староста, почуяв неладное, поспешил укрыться за спинами людей, выкрикивая команды:
— Впятером на него! Живо! Зарубите его!
Пятеро крепких мужиков, вооружившись тесаками, двинулись в атаку.
Они набросились на Линь Ши одновременно, вкладывая в удары всю свою злобу.
Оттолкнув Ван Ляна, Линь Ши выхватил армейский нож, висевший у него за спиной. Взгляд его стал острым, как бритва. Он шагнул навстречу врагам.
Уходя от замаха, он гибко скользнул в просвет между нападавшими и одним точным движением полоснул по горлу ближайшего к нему человека.
Уклонившись от брызнувшей крови, он уже оказался за спинами оставшейся четверки. Резкий выпад – и лезвие вошло в спину, прямо в область сердца еще одного селянина.
Двое убиты в одно мгновение.
Обычные люди, полагающиеся лишь на грубую силу и злость, не имели ни навыков, ни боевого опыта. Для Линь Ши они были не опаснее дворовых псов.
Если бы ему пришлось использовать огнестрел или арбалет против простых людей, не закаленных постапокалипсисом, значит, он зря провел те восемь лет в прошлом.
Трое оставшихся застыли, глядя на мертвых товарищей. Руки с тесаками опустились.
В этом и крылась слабость неопытных бойцов: инстинкт самосохранения брал верх. Вид кровавой расправы порождал в душе трусость и желание бежать.
Но Линь Ши знал правило: какой бы страшной ни была бойня вокруг, пока ты можешь двигаться и пока враг не истреблен – останавливаться нельзя.
Либо бей, либо беги.
Остановка – это смерть.
Линь Ши без труда вогнал нож в шею третьему, а четвертому перерезал горло. Последний из пятерки наконец опомнился и припустил прочь, выкрикивая на бегу:
— Староста, у него нож! Он их убил!
Не успел он сделать и нескольких шагов, как из его груди показалось острие клинка.
Линь Ши выдернул нож и обвел тяжелым взглядом онемевших от ужаса жителей.
Староста, понимая, что дело принимает скверный оборот, взревел:
— Ну и что, что он умеет драться?! Толпой и мастера завалить можно! У него всего две руки и один нож! Все вместе – на него!
Селяне переглядывались, переводя взгляд со старосты на Линь Ши и его окровавленный клинок.
Они были обычными людьми, не привыкшими к крови. Первобытный страх перед этой машиной для убийства оказался сильнее страха перед старостой.
— Мамочки! Убивают! — Взвизгнул кто-то.
Один из жителей бросил инструмент и бросился наутек.
Это послужило сигналом: остальные, охваченные паникой, тоже побросали оружие и бросились врассып.
(Примечание: оригинальный и бесплатный перевод читайте на LiNovel.ru)
— Стоять! Куда?! — Кричал староста.
Но обезумевшие от страха люди его не слышали.
В давке они просто сбили старика с ног и затоптали.
— Вы что… ох… не давите! Я же… — Староста скрылся под ногами бегущей толпы.
Когда последний из жителей скрылся из виду, староста остался лежать на земле. Весь в грязных следах, избитый собственными подопечными, он едва дышал.
Линь Ши не стал преследовать сброд. Его внимание было приковано к старосте.
Тот факт, что этот человек умудрялся держать в страхе всю деревню и водить за нос полицию даже в мирное время, говорил о многом.
Дай такому время в эпоху постапокалипсиса – и он станет во главе банды, терроризирующей округу.
Линь Ши подошел и вонзил нож прямо в сердце старика. Тот на мгновение открыл глаза, в которых застыло предсмертное отчаяние, и испустил дух.
Он и подумать не мог, что его погубят те самые люди, которых он сам взрастил.
Линь Ши уже собирался сбросить тела со склона, как вдруг снизу донеслись истошные крики.
— Спасите!
— Назад! Не подходи!
— А-а-а!
Огромный дикий кабан, размером куда больше обычного, выскочил невесть откуда и принялся крушить толпу убегавших селян.
Люди летели в пропасть, других впечатывало в скалы – на дороге уже лежало несколько трупов.
Путь вниз был всего один, и на открытом пространстве человеку не убежать от разъяренного зверя. Острые клыки при каждом выпаде обрывали чью-то жизнь.
Оставив за собой полтора десятка тел, дикий кабан остановился. Он вцепился зубами в шею одного из мертвецов и с чавканьем принялся за трапезу.
Перепуганные жители бежали не оглядываясь, а потому не заметили, насколько этот зверь отличался от привычных лесных обитателей.
Обычные дикие кабаны редко нападают без причины и уж тем более не едят людей. У этого же глаза горели багровым огнем, а когда он рвал человеческую плоть, его веки довольно прищуривались.
Линь Ши, спустившийся ниже, замер. Его зрачки сузились.
Инозверь!
В прошлой жизни великий холод уничтожил почти всю растительность, а вместе с ней – и травоядных животных.
Но многие виды сумели пережить морозы. Голод выгнал их из лесных чащ к людям. Они начали охоту.
Первые три года человечество еще пыталось бороться, организовывая охотничьи отряды. Несмотря на потери, звери служили источником мяса.
Тогда выжившие не видели в них серьезной угрозы, а власти верили в скорое восстановление технологической цивилизации.
Никто не ожидал, что животные, которых раньше приходилось защищать, начнут размножаться с невероятной скоростью и массово атаковать поселения.
На четвертый год постапокалипсиса мир захлестнуло первое нашествие зверей.
Шло время, запасы патронов иссякали. Даже когда производство удалось наладить, пули тратились быстрее, чем их успевали делать.
Оборона человечества трещала по швам.
Хищники же менялись: их мех становился гуще, тела – массивнее, начались странные мутации.
Тогда и появилось слово «инозверь».
Ученые обнаружили в их плоти вещество, которое многократно ускоряло эволюцию.
К шестому году обычные пули перестали пробивать их шкуру и плотные мышцы.
Только тогда люди осознали: без кардинальных перемен человечеству не выстоять против этой новой силы.
…
Линь Ши не ожидал, что в этой жизни инозвери появятся так рано.
Потрясение сменилось предельной сосредоточенностью.
Неужели это и есть тот самый «ускоренный темп эволюции», о котором предупреждала Сокровищница?
Будто почувствовав на себе взгляд, дикий кабан перестал жевать и повернул голову в сторону Линь Ши.