Глава 130 «Искать смерти»
Цзинь Тао закончил свою речь с видом крайнего самодовольства, явно гордясь тем, какую блестящую идею он подкинул.
Цинь Шуан терпеть не могла, когда кто-то нарушал ее личное пространство.
Нахмурившись, она выслушала его, и в ее глазах отразилось еще большее отвращение. Она ответила холодно и громко, не таясь:
— Заруби себе на носу: ты теперь солдат. И забудь свои замашки мелкого пакостника!
Ее голос разнесся по лесу. Остальные члены отряда одарили Цзинь Тао удивленными и двусмысленными взглядами.
Лицо парня мгновенно залило краской.
До того как попасть в отряд, он действительно промышлял грабежами, убийствами и насилием над женщинами.
Но однажды он случайно столкнулся со зверем Истока. Все его подельники погибли, а он по счастливой случайности сумел взломать генетический замок и после этого прибился к войскам.
Прошло меньше десяти дней.
Слова Цинь Шуан ударили по самому больному, заставив его почувствовать себя так, будто его выставили голышом перед всей толпой.
В глубине его глаз на мгновение вспыхнула тщательно скрываемая ядовитая злоба.
Тем временем подал голос Линь Ши:
— Я могу идти?
Цинь Шуан, сделав вид, что они не знакомы, сухо кивнула:
— Да. Проходи.
Линь Ши ответил легким кивком. Ему не улыбалось вступать в конфликт с войсками – в конце концов, он планировал прожить в городе Шаши еще долго.
Он двинулся в сторону, противоположную маршруту отряда.
Цинь Шуан скомандовала своим:
— Выдвигаемся.
Бойцы еще долго оборачивались на Линь Ши и гиббона, который неотступно следовал за ним, прежде чем продолжить путь.
В отряде Цинь Шуан было десять человек: четверо женщин и шестеро мужчин. Девушка по имени Чэнь Сяосяо – та самая, у которой вначале дрожали руки, – теперь вместо страха светилась восторгом:
— Тот парень с двумя такими огромными инозверями… Это же просто невероятно круто!
Другой боец с досадой пробормотал:
— Почему мы не спросили, где он их взял? Как приручил? Уйти вот так – просто преступная расточительность.
— Вот-вот, — подхватил третий. — Если бы удалось завести такого боевого питомца, можно было бы не только воинское звание повысить, но и кучу очков вклада заграбастать!
Цинь Шуан резко оборвала их пересуды:
— Приручить зверя – это личное достижение и талант. Командование ясно дало понять: не все инозвери лишены разума. Интеллект многих из них не уступает человеческому.
— Наша задача, — продолжала она, — находить разумных зверей. Их нужно подчинять силой, а затем завоевывать их доверие. Только так можно добиться успеха.
Многие лишь недовольно поджали губы.
— Легко сказать, — прошептал кто-то. — Мы уже два дня бродим, а видели только хвост дохлой крысы.
Во время прошлого нашествия зверей почти все эволюционировавшие погибли, в живых кроме Цинь Шуан осталось лишь трое. Линь Тяньжуй был вне себя от ярости.
Если бы Лу Пэн не погиб тогда, ему бы сейчас несдобровать.
Поэтому расследовать его смерть никто особо и не стал.
Большинство членов нынешнего отряда присоединились к нему в последние две недели.
Они еще не видели Цинь Шуан в деле и втайне были недовольны тем, что ими командует какая-то девчонка едва двадцати лет.
Особенно остро это недовольство всплывало в моменты разногласий.
Так уж вышло, что отряд прочесывал те места, где Линь Ши уже успел навести порядок, поэтому зверей там и в помине не было.
В какой-то момент Цзинь Тао внезапно схватился за живот и поднял руку:
— Ох… Капитан, живот прихватило. Можно мне отлучиться по нужде?
— Фу-у… — протянула одна из девушек. — Цзинь Тао, вечно тебе приспичит в самый неподходящий момент!
Тот лишь виновато развел руками:
— Природа зовет, тут уж ничего не попишешь.
Цинь Шуан поморщилась:
— Не уходи далеко. Одна нога здесь, другая там.
— Слушаюсь!
С этими словами Цзинь Тао поспешно скрылся в зарослях, побежав назад по их следам.
Цинь Шуан объявила короткий привал.
В ее мыслях всё еще стоял образ Линь Ши.
Сам Линь Ши успел отойти от отряда лишь на несколько минут, как вдруг гиббон замер.
Примат начал усиленно обнюхивать снег, словно пытаясь что-то подтвердить.
— Что там такое? — Поинтересовался Линь Ши.
Гиббон, видимо, окончательно во всем удостоверившись, глянул на хозяина и указал на обнюханное место.
Затем он без лишних слов принялся яростно копать.
Снег летел во все стороны, и вскоре за спиной гиббона выросли две внушительные кучи, а сам он скрылся в яме глубиной метра два.
Примат продолжал рыть землю, когда Линь Ши внезапно почувствовал опасность. Он резко сместился в сторону.
— Пх! — Глухо хлопнул выстрел из пистолета с глушителем.
Пуля вонзилась в то самое место, где только что стоял Линь Ши.
В нескольких десятках метров стоял Цзинь Тао, с искаженным от злобы лицом сжимая оружие.
Отлучка «по нужде» была лишь предлогом. Цзинь Тао, всё взвесив, решил, что нельзя упускать такой шанс и идти на поводу у Цинь Шуан.
Он во что бы то ни стало решил заполучить инозверей, выслужиться перед начальством и раздавить эту девку-капитана!
Он снова нажал на спуск, выкрикивая:
— Слышь, пацан! Твои зверюшки теперь мои! А ты – сдохни!
Увидев нападение на хозяина, дымчатый леопард взревел и стрелой метнулся к Цзинь Тао.
Тот поспешно перевел дуло на зверя:
— Тварь! Искать смерти вздумала?!
В его планах было убить одного, чтобы припугнуть и подчинить второго.
Однако сколько бы раз он ни стрелял, пули лишь слегка задевали шкуру леопарда.
— Что за?! Неужели… — «вторая ступень?»
Он не успел закончить мысль – леопард вцепился ему в плечо. Лес огласил истошный вопль:
— А-а-а-а!!
Зверь одним рывком вырвал кусок плеча и принялся жевать.
Линь Ши с брезгливостью посмотрел на питомца:
— Не тяни в рот всякую гадость.
Леопард тут же выплюнул мясо, а его морда приняла виноватое, почти кошачье выражение.
— Сделай так, чтобы он замолчал. В следующий раз целься сразу в голову, — поморщился Линь Ши.
Цзинь Тао, лишившись половины плеча, был еще жив и продолжал истошно орать.
К счастью, горы здесь были невысокими, а склоны пологими, иначе такой крик мог бы спровоцировать лавину.
Леопард, поняв приказ, одним движением челюстей перекусил горло Цзинь Тао, оборвав его мучения.
Тем временем Цинь Шуан и остальные, заждавшись товарища, начали проявлять нетерпение. Кто-то из бойцов съязвил:
— Цзинь Тао там что, в собственном дерьме утонул?