Глава 86 «Катастрофа»
— Да твоя порядочность – дерьмо собачье! — Из толпы донеслись омерзительные выкрики. — Можешь ты поручиться за жизни всех, кто в убежище?!
Звон разбитой бутылки прозвучал подобно быстро догорающему фитилю.
Он воспламенил толпу, которая и без того была на взводе.
Конфликт вспыхнул мгновенно!
Под гнетом борьбы за выживание в конце времен в сердцах всех выживших тлела ярость.
А когда кто-то намеренно подливает масла в огонь…
Едва дошло до дела, в ход пошли удары, не оставляющие шансов на жизнь!
Не прошло и полминуты, как появились первые пострадавшие, и пролилась кровь.
Ао Чжань, видя, что ситуация выходит из-под контроля, поспешно активировал свой талант.
[Священное воплощение].
Лишь когда призрачный лик Божества Гигантского Духа издал сотрясающий небеса рев, разъяренную толпу удалось вновь утихомирить.
Но даже при этом многие успели получить ранения.
Проблема требовала немедленного решения.
Ао Чжань нахмурился и перевел взгляд на тётушку Чжан и У Сыюань:
— Где эти трое, которых вы зовете катастрофами? Выведите их, дайте мне взглянуть.
У Сыюань нахмурилась, и в её взгляде, направленном на Ао Чжаня, промелькнуло разочарование:
— Они – мои товарищи, а не катастрофа!
Ао Чжань смутился:
— Да я просто к слову… Пусть люди выйдут.
С тяжелым лицом сестра У взмахнула рукой тем, кто стоял за её спиной.
Толпа расступилась, и в поле зрения появились три знакомых лица.
Лу Ли замер, и на его лице под покровом «невидимости» проступила горькая усмешка.
Тремя «катастрофами» оказались не кто иные, как Сюй Сяо, Ван Чао и Ма Хань.
Таланты Ван Чао и Ма Ханя уже были активированы; сейчас они с лицами, полными негодования, сверлили толпу глазами.
Сюй Сяо же стояла, низко опустив голову, словно ребенок, совершивший проступок.
У Сыюань обняла девушку за плечи и тихо подбодрила:
— Сяо, не бойся. Каким бы ни был исход, я вас ни за что не брошу.
Сюй Сяо печально вздохнула и едва слышно прошептала:
— Спасибо за доброту, сестра У, но это я вас потянула на дно…
Ао Чжань внимательно осмотрел троицу и вскинул густые брови:
— И вот эти трое молодых людей? Да это же старшеклассники, какая из них может быть катастрофа!
Он повернулся к женщине:
— Тётушка, послушайте меня. Если они останутся в убежище, никакой беды это не принесет.
Стоило тётушке Чжан это услышать, как едва наметившаяся торжествующая улыбка исчезла с её лица, и она снова начала голосить:
— Глядите на него! Здоров как бык, а несешь такую безмозглую чушь!
Лицо Ао Чжаня окаменело.
— Вам же объяснили, — отрезал он, — что этих троих просто впутали. Они вовсе не те, кому хотят отомстить.
Тётушка Чжан упрямо отвернулась:
— А мне плевать! Раз они здесь, значит, притянут ту катастрофу по имени Лу Ли, и тогда безопасности убежища конец!
— Погоди… Лу Ли? — Ао Чжань только сейчас пришел в себя. — Ту катастрофу, о которой вы твердите, зовут Лу Ли?
Тётушка Чжан и остальные выжившие из жилого комплекса «Янгуан» дружно закивали:
— Да, именно так зовут эту катастрофу – Лу Ли!
— Брат Ли вовсе не катастрофа! — Громко возразил Ван Чао. — Если бы не он тогда, вы бы все давно сдохли!
— Верно! — Ма Хань тоже вытянул шею и заорал. — Тогда в «Янгуане», если бы Ван Сюянь не привела тех людей, никто бы не оказался в опасности!
— Почему вы не идете наказывать мучителей, а вместо этого решили прижать нас, жертв?
— Думаете, нас втроем легче запугать?!
Но как бы громко ни кричали эти двое, их голоса тонули в общем шуме толпы.
Печаль на лице Сюй Сяо стала еще глубже.
Она потянула У Сыюань за край одежды и тихо сказала:
— Сестра У, забудь. В этом убежище мне не рады, лучше я уйду.
— Исключено, — упрямо стояла на своем У Сыюань. — Вы втроем уже стали частью моей команды, а я сказала, что своих не бросаю!
Её люди тут же отозвались эхом:
— Всё верно, Сяо, тут нет твоей вины!
— Если ты уйдешь, наслушавшись их бредней, то и впрямь станешь катастрофой!
— Сяо, останься! Сестра У, я так скажу: надо им просто всыпать!
— Да! Вмазать так, чтоб пасти позатыкали!
Атмосфера накалилась до предела, казалось, новый взрыв неизбежен.
Но в этот миг чей-то голос внезапно разрезал напряженную тишину.
— Ха-ха, слыхал, дружище? Эта орава говорит, что ты – катастрофа…
— А? Ой, твою ж… Куда мой кореш делся?!
Ао Чжань завертел головой, словно кого-то разыскивая.
Тётушка Чжан прищурилась, глядя на него как на умалишенного:
— Ты с самого начала один пришел, какой еще «кореш»?
— Да нет же, — Ао Чжань указал пальцем в пустоту рядом с собой, а потом на себя. — Со мной же только что стоял человек, неужели никто не видел…
Тётушка Чжан закатила глаза и перестала обращать на него внимание.
Она повернулась к толпе и закричала:
— А ну, все вместе, вышвырнем этих трех катастроф вон!
— Гнать их! Гнать!
— Проваливайте! Вам тут не рады!
Несколько самых нетерпеливых уже шагнули вперед и, схватив Сюй Сяо за одежду, поволокли к выходу.
Начался полный хаос.
Ао Чжань порывался вмешаться.
Но сейчас его уже никто не желал слушать.
А применять способности он опасался. В конце концов, «Священное воплощение» обладало слишком сокрушительной мощью; если он случайно ранит невиновных, ему будет трудно оправдаться перед начальством.
Ван Чао и Ма Хань могли бы дать отпор.
Но Сюй Сяо без конца умоляла их не пускать в ход кулаки.
Им оставалось только пассивно защищаться, что выглядело весьма жалко.
Ван Чао в ярости прорычал:
— Будь здесь Лу Ли, посмели бы вы так наглеть? Вы просто пользуетесь тем, что нас легко обидеть!
Тётушка Чжан с издевкой усмехнулась:
— Ну так позови своего Лу Ли! Пусть придет, и тогда мы, так и быть, побоимся тебя трогать!
Едва она договорила, как прямо ей в ухо ворвался низкий голос:
— Да я уже здесь.
Эффект «невидимости» растаял, и Лу Ли с многозначительной усмешкой окинул взглядом остолбеневшую толпу.
Старое лицо тётушки Чжан побелело от ужаса, она заикалась, не в силах вымолвить ни слова.
— Ты… Ты…
— Именно, я – Лу Ли, — он кивнул.
Словно желая, чтобы тётушка Чжан разглядела его получше, он нарочно наклонился к самому её лицу.
А затем раздельно, слово за словом, произнес:
— Я и есть та самая, как ты выразилась, катастрофа.
Тётушка Чжан отшатнулась и едва не рухнула.
Лишь благодаря тому, что сзади её подхватили, она удержалась на ногах.
Почувствовав поддержку сторонников за спиной, она вновь обрела уверенность.
Глаза её забегали, и, приняв свой обычный стервозный вид, она выпалила:
— Раз уж сам знаешь, что у тебя полно врагов и ты приносишь несчастья, чего же не забираешь свою девчонку и не проваливаешь поскорее?
— Нас тут столько народу, все – мирные люди!
— Если из-за тебя они пострадают, разве это не будет на твоей совести?
— На совести? — Лу Ли рассмеялся так, будто услышал отличную шутку. — А ваша «теория виновности жертвы» – она, значит, на совести не пятном лежит?
— Скажу один раз, чтобы было ясно: Сюй Сяо и остальные со мной не связаны, и мои враги это убежище не найдут.
На самом деле Лу Ли хотел добавить, что силы семьи Чжао в Юнчэне им уже почти зачищены.
Но, вспомнив, что часть руководства убежища всё еще может быть связана с Чжао Эрву, не стал вдаваться в подробности.
Однако стоило ему замолчать, как тётушка Чжан и её компания не только не оставили Сюй Сяо в покое, но и стали еще наглее.
— Раз они с тобой не связаны, то и не лезь не в свое дело!
— Изгнать их – это внутреннее решение нашего убежища, и тебя, чужака, оно не касается!
…