Глава 34 «Безумные коэффициенты!»
Услышав объявление Дио, Элисса, прислонившаяся к стене, чуть не лишилась чувств от ужаса.
Судя по недавним манипуляциям этого «человека-обезьяны», он явно пытался подкупить судью.
Но почему итогом взятки стало превращение обычного спортивного поединка в режим гладиаторских боев насмерть?
Да еще и сто сражений подряд!?
В представлении Элиссы даже Небожитель, прибывший из высших миров, не смог бы одержать сотню побед кряду на этой арене.
Такой «финт ушами» просто не поддавался логике!
— И на что я надеялась? — Горько усмехнулась Элисса. — Видно, таков мой рок… Смерти всё равно не миновать…
Она допускала мысль о кончине, но никак не ожидала, что умрет столь нелепым образом.
Никчемная «девочка-кошка» с боевым потенциалом чуть выше нуля при первом же посещении Колизея выбирает режим стоматчевой резни.
Она станет посмешищем, о котором палу будут слагать легенды и передавать их из поколения в поколение.
— Лу Ли… Ты настоящий безумец… — прошептала она.
Однако пока Элисса предавалась отчаянию, мысли Лу Ли были заняты совсем другим.
Он раздумывал, не слишком ли много адамантина отвалил судье – уж очень тот быстро и радостно согласился.
Знай он заранее, потребовал бы все двести боев…
Лу Ли пошел на такой риск вовсе не из-за безрассудства. Это было результатом холодного расчета.
В обычных матчах на арене участники не умирают по-настоящему, вне зависимости от исхода. Даже если тебя убьют прямо на месте, тебя лишь временно выкинет из Узлового колизея.
Через семь дней, если снова использовать билет, можно вернуться и продолжить участие.
Поскольку это не полноценная смерть, навык Лу Ли «Пожирание душ» не принес бы никакой пользы.
В случае победы он получил бы лишь скромную награду от арены и жалкие крохи очков Хаба, что почти не сказалось бы на его силе.
Но режим гладиаторских боев – совсем другое дело.
Здесь игроки гибнут по-настоящему, а награды, предоставляемые Колизеем победителю, куда богаче.
И был еще один критически важный момент.
Те, кто осмеливается участвовать в гладиаторских боях, – это игроки, уверенные в своем превосходстве. Иными словами – сплошные гении!
Только совершая грабеж их талантов, Лу Ли сможет добиться взрывного роста собственной мощи в кратчайшие сроки.
Вопрос безопасности он тоже учел.
Поскольку он участвует впервые, даже если Узловой колизей оценит его потенциал высоко, формально он все еще носит титул «новичка».
А у новичков всегда есть период защиты.
Поэтому даже в гладиаторском режиме система не подберет ему в противники ветеранов с запредельной силой.
В разных зонах Узлового колизея время течет с разной скоростью.
К тому моменту, когда Лу Ли и Элисса вышли из длинного тоннеля, в центре арены уже красовалось множество рекламных щитов.
На четырех огромных экранах по кругу крутили изображения Лу Ли и Элиссы, сопровождая их броскими заголовками:
«Дерзкий претендент из Пылевого мира!»
«Количество боев, которое вы не можете себе вообразить!»
«Эпитафия безрассудному гордецу или крик непризнанного гения?!»
«Беспрецедентные, эпические коэффициенты!»
«Несравненное гладиаторское пиршество! Давайте дождемся этого вместе!!»
Глядя на эти вычурные лозунги, Лу Ли лишь слегка дернул уголком рта.
Что и говорить, Узловой колизей не зря считается центром, соединяющим звездные сектора. Маркетинг у них поставлен мастерски!
Даже он сам начал с предвкушением ждать, какие противники появятся в следующих схватках.
В этот момент на трибунах вокруг арены поднялся гул голосов. В большинстве своем это были насмешки и пренебрежение.
В конце концов, те, кто мог позволить себе место зрителя, обычно уже имели опыт боев. А те немногие новички, что попали сюда, быстро впитывали информацию от ветеранов.
— Поверить не могу… Я извел больше сотни синих билетов, но сегодня впервые вижу, чтобы новичок бросал вызов сразу на сотню боев насмерть.
— И не говори! Новички, способные выиграть хотя бы три боя подряд, встречаются редко, как жемчуг в навозе…
— Да вы посмотрите на рекламу! Сказано же: прибыли из «Пылевого мира». Эти игроки из захолустных дыр – просто лягушки на дне колодца, не ведающие о величии неба! Они понятия не имеют, насколько сурова арена, потому и бахвалятся.
— Ха-ха-ха! Смех да и только. Посмотрю я, на что способны эти двое, раз набрались такой храбрости…
— Но послушайте, судьи в Колизее тоже не дураки. С чего бы им открывать стоматчевый марафон для новичка?
— Наверное, ради хайпа, чтобы привлечь внимание. Возможно, у этого парня есть какие-то силенки, но сто боев кряду – это уже перебор…
— Ох, жду не дождусь начала ставок! Колизей принимает пари. Если поставить на проигрыш новичка – это же верные деньги!
— Да забудь ты, коэффициент наверняка будет копеечный. Много не заработаешь.
— Даже крохи – это деньги! К тому же, в таком стопроцентном деле я готов пойти ва-банк!
— Ого, ну ты и замахнулся. Смотри, как бы без штанов не остаться.
— Не мели чепухи! Ты веришь, что новичок может одержать сто побед?!
— Скорее пристраивайся за мной, братец. Я помогу тебе прийти к успеху, так что не забудь сказать «спасибо», когда станем богачами…
Пока атмосфера в Колизее накалялась, судья Дио, стоявший в центре поля в ожидании начала, тайно связался с крупье, принимающим ставки.
— Дорогая, сделай для меня ставочку. Поставь на сто побед Лу Ли и Элиссы. Ставка – семьсот килограммов адамантина.
Спустя мгновение от крупье пришел недоуменный вопрос:
— Судья Дио, позвольте напомнить, что этот стоматчевый марафон привлек внимание самого Верховного Небожителя. Вы уверены, что хотите играть с огнем у него под носом?
— Конечно нет, любовь моя! Я ведь само воплощение абсолютной беспристрастности! А ставка – это лишь крошечный знак моей симпатии к этому новому участнику.
— Кстати, какой там коэффициент на сто побед?
Крупье прислала ответ:
— Пока окончательно не утвержден, но предварительно – один к пятистам тысячам. Если вы поставите семьсот килограммов адамантина, то в случае выигрыша получите триста пятьдесят тысяч тонн.
— Такое колоссальное количество Узловой колизей вряд ли сможет выплатить мгновенно.
— Вы точно уверены?
Дио тряхнул головой:
— Разумеется, дорогая. Мы все знаем, что Колизей никогда не отказывается от долгов! К тому же, выигрыш всегда можно пересчитать в очки Хаба.
Крупье, глядя на сообщение, предприняла последнюю попытку отговорить его:
— Но ведь это семьсот килограммов адамантина. Немалые деньги.
Ответ Дио был прост и дерзок:
— Всё равно это взятка от новичка. Досталось даром – чего бояться!
Крупье судорожно вздохнула. Ей и самой стало не по себе от азарта.
Хотя сто побед подряд казались невыполнимой задачей, коэффициент пятьсот тысяч к одному выглядел слишком безумно, чтобы пройти мимо.
Даже если поставить всего одно очко Хаба, на выходе можно получить полмиллиона.
— А может, и мне поставить чуток? — Прошептала она.
В конце концов, в Узловом колизее расчетами занимался суперкомпьютер, а она, красавица-крупье, в некотором смысле лишь проверяла ставки и вела учет.
Поддавшись порыву, она поставила на победу Лу Ли десять очков Хаба.
И именно в этот миг над ареной раздался оглушительный звон колокола.
Стоматчевая резня началась…