Глава 114. Кровавые хлеба
Лэ Уцай, три очка.
Цао Цзыхуа, два очка.
Дуань Чжэнчжэн, одно очко.
…
Чжао Сымин заметил, что рядом с именами судимых душ стояли отметки в виде звёздочек.
Вспомнив о только что полученном Негасимом Пламени Души, он предположил, что это означало, сколько очков принесёт каждая душа после суда.
«Попробую-ка того, что на 10 очков».
Чжао Сымин провёл пальцем по строке.
В зале появилась новая душа.
Имя:
Сюй Нань.
Пол:
Мужской.
Причина смерти:
Убит в драке. Умер в 29 лет.
Биография:
#@
￥
%.
Как и в предыдущем случае, биография была набором символов.
Чжао Сымин слегка откинулся назад, сделал вид, что внимательно изучает запись, а затем громовым голосом произнёс:
— Душа, представшая предо мной, поведай свою историю. Я вынесу приговор, приняв всё во внимание.
— Да, господин судья, — Сюй Нань почтительно поклонился, незаметно оглядывая обстановку, и начал свой рассказ.
— Меня зовут Сюй Нань, я из города Чанлэ…
Сюй Нань начал рассказывать о своей жизни с самого детства.
Он тоже был из обеспеченной семьи. Его родители были торговцами в городе Чанлэ. «Город» в названии скорее означал «рынок». Благодаря развитой речной системе и удобному транспортному сообщению, это место процветало за счёт торговли.
Хотя родители Сюй Наня были торговцами, с детства его готовили к пути заклинателя.
Несмотря на то, что это был мир сянься, тех, кто мог встать на этот путь, было очень и очень мало. Подавляющее большинство составляли обычные люди.
Отправить ребёнка по пути заклинателя означало потратить огромное количество ресурсов. Закладка основ десятого ранга, наследие техник, наставник, личные усилия, поддержка ресурсами — всё это было необходимо.
И дело было не только в наличии. Например, техники были обычные, хорошие и превосходные. Главное, чтобы у тебя хватило денег.
Так что путь заклинателя был настоящей бездонной бочкой для денег.
Но в случае успеха и отдача была огромной.
Благодаря тому, что родители не жалели на него денег, да и сам он был довольно трудолюбив, Сюй Нань шаг за шагом уверенно продвигался по этому пути.
В двадцать лет он успешно поступил в известную секту неподалёку и стал подающим надежды молодым заклинателем.
Два года спустя бизнес его родителей обанкротился, и они влезли в огромные долги. Тем не менее, они всё ещё могли обеспечивать его ежедневные нужды для практики.
Так продолжалось до двадцати девяти лет, когда он погиб в драке.
Чжао Сымин слегка нахмурился.
На первый взгляд, жизнь этого Сюй Наня была довольно заурядной, даже немного несчастной, ведь он умер в 29 лет, да ещё и насильственной смертью.
Однако Сюй Нань о многом умолчал.
Как только Сюй Нань произнёс первое слово, Чжао Сымин активировал «Сознание Асуры» и начал слушать его мысли.
Способность «Слышать всё сущее» и раньше давала ему дополнительную информацию, а после эволюции в «Сознание Асуры» она стала ещё сильнее. Услышать, что Сюй Нань что-то скрывает, было проще простого.
— Как обанкротились твои родители? — спросил Чжао Сымин.
— Точно не знаю. В бизнесе всегда есть риски, — прямо ответил Сюй Нань.
[Мать и отец занимались грабежом, эксплуатировали рабочих, обманывали клиентов. На них жаловались все кому не лень. Когда вмешались власти города Чанлэ, их бизнес прикрыли.]
— донеслось до сознания Чжао Сымина.
Лицо его помрачнело.
— Ты действительно ничего не знал о делах своих родителей?!
На этот раз он вложил в свой громовой голос всю мощь, и его слова прозвучали как приговор небес, как гнев бога грома.
Сюй Нань задрожал и лишь спустя долгое время пришёл в себя.
— Господин, я… это не имеет ко мне никакого отношения! Я никогда не участвовал в делах родителей! То, что они делали, не должно ложиться на меня!
— Я сам разберусь. Ты просто расскажи всё, что знаешь, — фыркнул Чжао Сымин.
Испуганный до смерти, Сюй Нань на этот раз не посмел ничего скрывать и сдал своих родителей с потрохами.
Взятки и обман властей, эксплуатация и пустые обещания подчинённым, и ни одного клиента, которого бы они не обманули.
Один из их бизнесов был связан со строительством кораблей. Все построенные ими суда были с дефектами, сделаны из дешёвых материалов. В лучшем случае они начинали течь посреди пути, в худшем — разваливались на части.
Просто уму непостижимо.
Короче говоря, родители Сюй Наня не сделали ни одного доброго дела.
Хотя нет, это было не совсем так. Только для своего единственного сына, Сюй Наня, они были готовы на всё.
Слушая это, Чжао Сымин всё больше хмурился.
— После того как бизнес твоих родителей прикрыли, они, несмотря на огромные долги, всё ещё могли обеспечивать твою практику. Тебе нечего сказать по этому поводу? — его голос был тяжёлым.
Почувствовав гнев судьи, Сюй Нань осторожно сказал:
— Господин судья, прошу вас разобраться. Деяния той пары не имеют ко мне никакого отношения. Они нарушили закон, и власти города Чанлэ уже наказали их. После смерти они тоже предстанут перед судом.
— Но я всю жизнь с детства занимался лишь практикой, а потом вступил в секту. Я никогда не делал ничего плохого. О преступлениях той пары я узнал лишь позже.
— Я… я стыжусь их! — выпалил Сюй Нань, отчаянно пытаясь обелить себя и разорвать все связи.
Всё равно они уже мертвы, какая разница, какие там родственные узы.
Переродится — и в следующей жизни, может, он станет их отцом.
Наверху…
Чжао Сымин с судейской кистью в руке долго молчал.
Хоть этот Сюй Нань и вызывал у него отвращение, но формально вина была не на нём. Он даже не солгал, сказав, что узнал обо всём позже.
Если уж на то пошло, виноваты были его родители, а не он.
Однако…
Просто так отпустить парня, который вырос на кровавых хлебах?
Если он его отпустит, то на душе останется неприятный осадок.
Чжао Сымин принял решение и поставил галочку в графе [Зло].
Почувствовав результат, Сюй Нань опешил.
— Господин судья, в чём я виноват?! Я всю жизнь соблюдал законы! В той драке умер я, я — жертва! За что мне страдать от наказания?!
— За непочтительность к родителям, — ответил Чжао Сымин и вписал это в приговор.
Едва кисть коснулась бумаги, как сила правил Зала превратилась в цепи, сковавшие Сюй Наня. Он согнулся под их тяжестью и закричал:
— Я не согласен! Не согласен! Ты продажный чиновник, продажный!
Сюй Нань хотел разорвать кармическую связь со своими родителями, но тем самым дал Чжао Сымину повод.
Если бы Сюй Нань, узнав, что деньги его родителей добыты кровью, решительно порвал бы с ними и перестал принимать их помощь, это тоже было бы непочтительностью, но Чжао Сымин закрыл бы на это глаза и не стал бы его судить.
Если бы Сюй Нань вызвался бы выплатить долги отца и возместить ущерб жертвам, Чжао Сымин даже наградил бы его.
Но жрать кровавые хлеба, а потом притворяться глухим и открещиваться от всего… кого наказывать, как не тебя?
— Оскорбление судьи — отягчающее обстоятельство.
Чжао Сымин встал, похрустел шеей.
Тень от него накрыла Сюй Наня. Тот задрожал, но, вспомнив легенды о наказаниях — горы из ножей, котлы с кипящим маслом, вырывание языка, — пришёл в ещё большую ярость.
— Я не согласен! Не согласен! Умри, продажный чиновник!
С этими словами он бросился на него.
— Насилие в отношении представителя власти — не выход, Сюй Нань. В следующей жизни запомни это.
Одной рукой он схватил Сюй Наня за голову, а другой ногой ударил его в живот, отшвырнув назад.
Затем последовала серия «воспитательных ударов», после которой тот превратился в побитую собаку.
Чжао Сымин отряхнул руки.
Готово. Следующий.
Контракт с Шанксом
Кто сказал?
Всевидящее Око
Я бог