Глава 14. Подарок ко Дню защиты детей
Закончив с обустройством, она наконец смогла спокойно заняться прокачкой профессий. Она остановилась, лишь когда шкала опыта алхимии и инженерии была заполнена до отказа.
Лежанку она поставила во дворе перед домом. Каждый день она клала рядом с ней порцию нежирного, почти несолёного мяса. С этого дня она начала «налаживать отношения» с лежанкой.
В начале апреля помолвку Су Итун и Юй Сюньхуаня официально утвердили. Семьи собрались на ужин. Юй Сюньгэ, как сестра жениха, конечно же, присутствовала и весь вечер сохраняла вежливую улыбку.
Воспитание семьи Су нельзя было назвать ни хорошим, ни плохим. Базовая вежливость присутствовала, а вот уважения не было.
И в самом деле, какой-то примак. Говоря прямо, Су Итун интересовали лишь гены Юй Сюньхуаня. Её дети могли быть глупыми, но не уродливыми. Они подпишут всевозможные брачные контракты. Семья Су была огромным кланом, и даже если бы все трое детей старой четы Су внезапно умерли, Юй Сюньхуань, будучи примаком, никогда бы не получил контроль над семьёй.
В прошлой жизни Юй Сюньгэ тоже была на этом ужине. Тогда холодное отношение семьи Су к брату её расстроило. Сейчас же она просто ела, улыбалась и ни о чём не думала. После ужина семья Су уехала, осталась лишь Су Итун. Юй Сюньгэ тоже собиралась уходить, но Юй Сюньхуань её остановил.
Он с беспокойством посмотрел на сестру и осторожно спросил:
— Сестрёнка, ты ведь не рада моей свадьбе?
Краем глаза заметив, как изменилось выражение лица Су Итун, Юй Сюньгэ захотелось спросить у брата, не держит ли он на неё зла. Или он думает, что женская ревность придаст ему шарма? Хочет заставить Су Итун почувствовать угрозу? Какая мелочность!
Она с удивлением посмотрела на этого ублюдка:
— С чего ты взял? Конечно, я рада.
— Не притворяйся, — настаивал он. — Почему ты в последнее время…
— Я правда рада за тебя и Итун, — горько усмехнулась Юй Сюньгэ. — Просто у меня проблемы в компании, боюсь, скоро останусь без работы.
Юй Сюньхуань всё ещё не верил, но Юй Сюньгэ открыла банковское приложение и показала ему свой счёт — тридцать миллионов.
— Ну что, видишь эту цифру? И как тут не волноваться?
Улыбка Юй Сюньхуаня слегка дрогнула. Он хотел было сказать, что она говорит это со зла, но её лицо было слишком искренним.
А вот Су Итун поверила сразу. Для неё эти деньги были месячными карманными расходами. Если осталось так мало, то действительно стоило беспокоиться. Зародившееся в её душе подозрение тут же рассеялось.
Юй Сюньхуань заметил её реакцию и понял, что сегодня вызвать у неё жалость не получится. Ладно, шанс ещё представится. Он с улыбкой достал телефон, чтобы перевести сестре денег.
— Сестрёнка, не переживай, я тебя обеспечу.
Юй Сюньгэ уже собиралась улыбнуться в ответ, но в этот момент Су Итун остановила его руку. Она достала свой телефон, спросила у Юй Сюньгэ номер счёта и перевела ей двадцать миллионов.
— Это тебе на карманные расходы от нас с Сюньхуанем.
Улыбка, предназначенная брату, тут же исчезла с лица Юй Сюньгэ. Она повернулась к Су Итун и просияла.
— У меня есть все детские фотографии Сюньхуаня. Я тебе их все перешлю. И не волнуйся, у себя я их удалю. После этого они будут только у тебя!
Улыбка Су Итун стала ещё искреннее.
Чувство собственничества, да? Женская ревность, да? Я — часть вашей ролевой игры, да?
Наблюдая, как каменеет лицо Юй Сюньхуаня, Юй Сюньгэ попрощалась с родителями и, в прекрасном настроении, ушла.
Прокачав самые важные профессии до максимума, Юй Сюньгэ снова взялась за дело.
О семье Лян она ничего не слышала. Они были из разных миров. Даже если семья Су что-то знала, они бы не стали делиться этим с семьёй Юй.
Ждать она больше не собиралась. Сегодняшняя выходка Юй Сюньхуаня окончательно вывела её из себя.
Юй Сюньхуань не был безработным. Если бы он совсем ничего не делал, Су Итун на него и не посмотрела бы. Он был игровым стримером. Красивое лицо, хорошие навыки — у него было много поклонников. Одни только донаты приносили ему сотни тысяч в месяц.
У него даже была отдельная квартира-студия.
Разбираться с ним лично она не собиралась. В прошлой жизни, будучи в бегах, она познакомилась со многими такими же беглецами. Следуя совету одного из них, она, использовав маскировку, нашла тёмную сторону этого города. Двадцать пять килограммов золота за то, чтобы прострелить одному человеку его мужское достоинство, не лишая жизни, — крайне выгодная сделка.
Золото было из того самого тайника Юй Циншаня. Деньгами отца лишить его же потомства — гениально.
Опасаясь, что нанятый ею человек не справится с аурой главного героя, Юй Сюньгэ, заплатив, договорилась о времени нападения — утром 5 апреля, как только Юй Сюньхуань выйдет из дома. Желательно, чтобы было поменьше свидетелей. Она всё-таки рассчитывала, что он женится на Су Итун.
Ночью 4 апреля Юй Сюньгэ встала в шесть утра и съездила к родителям, чтобы забрать три свои дизайнерские сумки. Она выпила Слабое зелье невидимости и Слабое зелье бесплотности, прошла сквозь стену в комнату Юй Сюньхуаня и, применив на спящего брата «Шестерню судьбы», понизила его удачу до 1.
Почти никто в доме не знал, что она приезжала. Но если бы кто-то дотошный проверил записи с камер в подъезде или лифте, то увидел бы, как она в шесть утра вошла, а меньше чем через полчаса вышла с тремя сумками.
В восемь утра, как только она продала сумки в комиссионку неподалёку, с соседней улицы донеслись семь выстрелов. Рука Юй Сюньгэ дрогнула. Неужели, даже с удачей на единице, он не попал?
Через некоторое время ей пришло сообщение о провале задания.
«Чёрт, что за хрень! Семь выстрелов! Ни одного попадания! Он просто бегал как сумасшедший и уворачивался. Что это, кино снимают? Я Король Стволов, ты понимаешь, что это значит?!»
Может, заказ был слишком жестоким, и даже с удачей на единице аура главного героя защитила его? Ведь он мог выжить в смертельной схватке, получить тяжёлые ранения, пройти через любые испытания, но стать евнухом…
«Попробуй ножом, — написала Юй Сюньгэ в ответ. — Не до конца. Только половину».
«?»
«Не волнуйся, цена та же».
«Чем он вам так насолил?» — почтительно спросил Король Стволов.
«Быстрее! Иначе не получишь остаток. И не забудь забрать с собой то, что отрежешь, и уничтожить».
Через полчаса Юй Сюньгэ позвонила И Цюго. Женщина в истерике кричала, чтобы она немедленно ехала в больницу, с её братом случилось несчастье.
Лицо Юй Сюньгэ под маской оставалось непроницаемым, но голос дрожал от беспокойства и ужаса:
— Что?! Что случилось? Мам?
Трубку взял Юй Циншань. Его голос был полон смертельной усталости. Он назвал адрес.
Вот тут Юй Сюньгэ по-настоящему удивилась. Это же была подпольная клиника одного из её товарищей по несчастью из прошлой жизни!
Когда она приехала, Юй Сюньхуань уже давно был после операции.
В тусклой, тесной палате Юй Циншань сидел у кровати и курил. И Цюго всё ещё плакала. Увидев вошедшую Юй Сюньгэ, она хотела было наброситься на неё с упрёками, но, как ни старалась, не могла придумать, как обвинить её в том, что её сыну отрезали половину члена.
Она лишь смогла выдавить из себя:
— Почему ты так долго?!
И снова рухнула на кровать, рыдая.
На лице Юй Сюньгэ отражалась вся палитра эмоций: тяжесть, скорбь, недоверие и даже растерянность от нежелания верить в реальность. Она задействовала весь свой актёрский талант.
— Этого не может быть! Он кому-то перешёл дорогу?
Мысли Юй Циншаня были далеко. Огонёк сигареты уже почти добрался до его пальцев.
— Он такой послушный, кому он мог навредить! — всхлипывая, ответила И Цюго.
— Это можно пришить обратно?! — спросила Юй Сюньгэ.
— У того человека был пистолет, — запричитала И Цюго. — Какая же это ненависть! Сначала не попал, а потом ещё семь раз выстрелил! А потом ещё и нож! Что за изверги! Животные…
Прекрасно! — подумала Юй Сюньгэ. — Двадцать пять килограммов золота были потрачены не зря!!!