Глава 386 - Скрытые козыри трех кланов, призыв далеких предков!
— Что это за магическое сокровище — тот кусок разбитого парчатого золота? Оно же силой пленило и запечатало саму божественную душу Золотого Дракона Государственной Удачи!
— Эдик Успокоения Богов, Владыка Духов и Повелитель Демонов… Если меня не подводит память, это же… легендарный обломок Списка создания богов!
— Верно! Обладать мощью силой принудительно пленить божественную душу Золотого Дракона способна лишь крошечная, истрепанная временем частица того самого Списка создания богов!
— Что? Обломок Списка создания богов?!
— То самое высшее божественное орудие Девяти Небес из древних легенд! Хотя в мире и оставались редкие осколки, они давно канули в Лету в реке времени, и уже целое тысячелетие на свет не появлялся ни один новый фрагмент.
— Откуда эта мразь заполучила его?!
…
Наблюдая за тем, как Шэнь Цин являет миру обломок Списка создания богов и насильственно заключает в темницу божественную душу Золотого Дракона, бесчисленные воины на поле брани вмиг переменились в лице.
Многие из них, распознав происхождение артефакта, не смогли сдержать испуганного вопля, а их сердца взволновались, словно от удара чудовищной волны.
Стоило лишь божественной душе Золотого Дракона оказаться внутри обломка, как в разуме Шэнь Цина отчетливо прозвучал незримый ментальный отклик.
Теперь он мог, используя мощь этого артефакта, по своему усмотрению карать или подчинять мятежный дух.
Вплоть до того, чтобы полностью уничтожить его, стерев с лица земли и предав забвению.
Так, чтобы не осталось даже малейшего шанса на перерождение в круговороте сансары!
Осознав это, Шэнь Цин сверкнул пронзительным, холодным взглядом.
Он вскинул руку, выплетая сложную печать, и метнул ее прямо в парящий в небе обломок, призывая наружу только что плененную сущность.
— Рррм! — разнесся по округе оглушительный, сотрясший саму твердь драконий рев, и залитый ослепительным сиянием золотой дух вырвался из темницы артефакта.
В мгновение ока он раскинул исполинское тело на десятки тысяч чжанов.
Подобно грандиозному золотому хребту, пропитанному первозданной мощью, оно извивалось и застыло в поднебесье.
Хотя плоть была утрачена и осталась лишь чистая духовная оболочка, Список создания богов не зря звался божественным орудием Девяти Небес и предельным артефактом. Всё дело было в сокрытых внутри него законах мироздания.
Он способен наделять плененных духов особой силой, даруя им мощь, ничуть не уступающую той, что была при жизни.
Потому вызванный из небытия драконий дух обрел невероятно плотную, осязаемую телесность.
Каждая чешуйка сияла так ярко, будто была выкована из чистого металла.
Под лучами солнца они переливались золотом, не оставляя и тени иллюзорности.
Извиваясь над головой Шэнь Цина, чудовище излучало непревзойденную, давящую ауру!
От этого зрелища бесчисленные воины на поле боя отчетливо ощутили невыносимую, тяжелую поступь смерти!
Паря на мече в вышине, Шэнь Цин с зажатым в руке обломком окинул ледяным взором все поле боя.
Наконец его взгляд устремился на Цзи Ушана и дряхлых патриархов кланов Юй и Цзян. Тяжело и безжизненно чеканя слова, он пророкотал:
— Небесное предзнаменование династии Хэло исчерпано. Три великих древних клана стояли превыше всего живого, но эпоха, когда вы вершили судьбы девяти провинций, безвозвратно ушла в прошлое!
— Нынче ваш исход предрешен, стоит ли упорствовать в слепом сопротивлении и напрасно проливать кровь?!
— Помня о том, сколь велики были заслуги ваших далеких предков перед всем человеческим родом в былые времена, я готов проявить милосердие.
— Падите на колени и подчинитесь, станьте моими слугами, и тогда я позволю родам вашим процветать в веках, продолжая вкушать бесконечные почести и богатства!
— Но если вы проявите ослиное упрямство, не вините мой меч в безжалостности — я устрою здесь кровавую бойню!
Усиленный запредельной силой голос Шэнь Цина прокатился раскатами грома, громогласно и величественно разлетевшись по всей округе.
Бесчисленные бойцы, сошедшиеся в яростной схватке, разом замерли, чувствуя, как у них уходит земля из-под ног.
Они уставились на старейшин древних родов, ожидая их ответа.
Особенно занервничали те сильнейшие мастера, чья база культивации достигла устрашающего сто двадцатого уровня.
В эту суровую эпоху конца Закона, когда Небесное Дао было запечатано, добраться до столь высокого уровня могли лишь поистине одаренные, несравненные гордецы своего поколения!
Многие из них годами прятались в уединении, сберегая последние крупицы увядающей жизни!
И вот теперь, когда духовная энергия мира наконец начала возрождаться, они едва дожили до этого дня.
Если двигаться по пути самосовершенствования шаг за шагом, по мере того как оковы небесных законов слабеют, у них появлялся призрачный шанс постичь Дао, ступить на истинный путь бессмертия и обрести вечную, беззаботную жизнь!
Если бы не тяжелые обязательства перед тремя кланами или иные непреодолимые обстоятельства, кто в здравом уме добровольно ввязался бы в эту смертоубийственную эпопею?
Многие гроссмейстеры считали сегодняшнюю битву неизбежным испытанием на грани жизни и смерти, совпавшим с великим хаосом возрождения природы.
Они горько вздыхали, сетуя на то, что оказались в эпицентре бури, откуда нет выхода.
К тому же, хотя исход еще не был решен до конца, общая картина уже прояснилась.
Если три древних клана не вытащат из рукава карту, способную перевернуть небеса, их поражение предрешено!
Призыв Шэнь Цина, звучавший с высоты их прошлых заслуг перед родом людским, выглядел лучшим выходом из сложившейся ситуации.
Стоило патриархам смиренно преклонить колена, как бессмысленные жертвы прекратились бы.
Да и их собственная угроза гибели рассеялась бы сама собой — о лучшем и мечтать не приходилось!
Однако три великих клана тысячелетиями купались в лучах славы.
Они привыкли смотреть на всех свысока, вершить судьбы смертных и обладать абсолютной властью.
Как могли они, не исчерпав последний шанс, добровольно пасть ниц перед Шэнь ЦИном и превратиться в покорных псов?!
Меч Сюаньюань в руке Цзи Ушана полыхнул ослепительным золотом, а сам он с мрачным перекошенным лицом уставился на врага:
— Мелюзга! Ты бы поспрашивал сведущих людей!
— Наши роды процветали тысячелетиями, их наследие тянется сквозь веки — разве мы когда-нибудь сгибали колени перед кем бы то ни было?!
— У детей знатных семей есть свое достоинство. Требовать, чтобы мы стали рабами? Ты хоть достоин этого?!
— Все члены клана, слушать мой приказ! Пробудите кровь предков, убить мерзавца!
По приказу Цзи Ушана бесчисленные родичи трех кланов в городе Чаогэ одарили друг друга свирепыми взглядами.
Схватившись за острые лезвия, они рассекли собственные запястья, позволяя алым ручьям драгоценной родовой крови хлынуть наружу.
Под управлением тайных техник и под воздействием таинственной силы эта кровь стремительно взмыла в поднебесье.
В считанные мгновения в воздухе сформировались три кроваво-красных шара диаметром в несколько чжанов, источающие жуткое алое сияние.
В лучах этого кровавого зарева медленно проступили три колоссальные фигуры, подобные исполинским горным вершинам, нависшим над землей.
Эти образы не были плотью и кровью — они соткались из чистой мощи закона.
Но исходившая от них аура казалась пугающе реальной и невыносимо тяжелой.
Казалось, будто трое великих небожителей древности преодолели барьер времени и снизошли в мир смертных!
Первая фигура обладала суровым, высеченным из камня лицом. В руке она сжимала тяжелый меч, а ее тело защищали массивные доспехи, источавшие грозную воинскую ауру.
Его пронзительный взгляд сиял подобно звездам, являя собой непреклонное величие императора, которому повинуется весь мир.
Второй старец отличался рыжими волосами и бородой. Между его бровей пылал огненный тотем, окруженный языками пламени.
Стоявшая вокруг него жара была столь невыносимой, что казалось, будто само небо готово обратиться в пепел.
Третий же выглядел утонченным ученым с легкой улыбкой на устах. Облаченный в синие одежды, он стоял на зыбящихся волнах пространства, управляя безбрежной силой океана.
Одежды и стиль этих трех фантомов разнились, как и их темпераменты.
Но было в них общее — грандиозная, бездонная, словно океан, мощь.
Стоило им проявиться в пустоте, как весь театр военных действий содрогнулся в ужасе.
Сердца каждого человека затрепетали, а в жилах застыла кровь, вызывая непреодолимое желание упасть на колени и совершить земной поклон!