Глава 62.1 - Может, поцелуемся
В эту ночь Линь Юэци долго металась в кровати.
Малышка, разлегшаяся между ней и Лу Тином, довольно сопела. Линь Юэци и Лу Тин лежали под одним одеялом спиной друг к другу. Они не спали, но и не разговаривали.
Линь Юэци подняла руку и прикоснулась ею к собственным губам. Ей казалось, она до сих пор могла почувствовать тепло его губ на своей коже. Она осторожно вспоминала испытанные ею ощущения. Было похоже на то, как будто ты ешь желе, но гораздо интереснее.
Лу Тин довольно быстро отстранился от нее после поцелуя.
Как она и ожидала, мужчина брезговал из-за ее слюны.
От таких мыслей Линь Юэци легонько стукнула себя по голове.
О чем она только думала? Разве это здесь самое главное?
Ну, конечно же, нет!
Суть в том, что папа Лу по-настоящему поцеловал ее. Пускай Лу Тин лишь быстро чмокнул, но главное, что он сам проявил инициативу.
Так что значит этот поцелуй от папы Лу? Он пытался выразить свои чувства к ней? Это был знак внимания? Или он просто поцеловал ее, пока та не начала строить из себя недотрогу?
Эти три интерпретации поцелуя витали в голове Линь Юэци. От этих мыслей у нее закружилась голова, но сна по-прежнему не было ни в одном глазу.
Укутанная в одеяло, она повернулась и протянула руку над пухленькой малышкой, чтобы позвать Лу Тина.
Лу Тин обернулся и, как ему показалось, встретился с ней глазами. Но едва ли они могли разглядеть лица друг друга в темноте.
Линь Юэци боялась разбудить Туаньтуань, поэтому она спросила шепотом:
— Лу Тин, я тебе нравлюсь?
Лу Тин: «…»
Он чуть не поперхнулся.
«Я делаю недостаточно очевидные намеки?»
После минутного молчания он издал тихий утвердительный звук, напоминавший «угу».
Получив ответ на интересующий ее вопрос, Линь Юэци подумала: «Вот черт».
Ее подростковое сердце готово было выпрыгнуть из груди. Сделав глубокий выдох, девушка схватилась за грудь в попытках успокоить сердцебиение.
— Ладно, теперь спи.
Если бы в комнате горел хотя бы тусклый свет, Лу Тин определенно заметил бы ее пылающие красные щеки.
После такого ответа Линь Юэци довольно быстро уснула, но Лу Тин стал еще больше ворочаться и метаться.
«Что же значило это ее «ладно»? Надо понимать это, как «да» или «нет»?»
Одному богу известно, как долго Лу Тин лежал в кровати, но он так и не смог заснуть. Он зажег лампу над кроватью, намереваясь пойти в другую комнату и немного поработать.
Как только мужчина встал, он заметил, как Линь Юэци и Туаньтуань синхронно перекатились на спину, обнажая животы: одна — маленькая копия другой. Они обе сбросили одеяло к подножию кровати.
Вздохнув, Лу Тин наклонился над спящими девочками и поправил им пижамы, а затем накрыл их одеялом.
Умилительный вид мирно спящих матери и дочери, тихо дышащих с приоткрытыми ртами, растопил сердце Лу Тина. В конце концов, Лу Тин не смог удержаться и, наклонившись, поцеловал Линь Юэци в губы, а Туаньтуань — в лоб.
Линь Юэци, не подозревавшей, что ее тайно поцеловали, снился особенный сон. На удивление, он был про Лу Тина во времена студенческой жизни.
В это время Лу Тин просматривал в своем кабинете новостные статьи о Линь Юэци. Он вспомнил былые дни, когда однажды ему встретилась статья под названием: «Линь Юэци погрузилась в воду в минус 10 ради съемок».
Изначально его воспоминания были довольно размытыми, но внезапно они стали гораздо четче. Из отдаленного уголка его сознания вырывались эпизоды из прошлого.
В одном из воспоминаний Линь Юэци сидела на первом ряду лекционной аудитории.
Занятия вел старый и строгий преподаватель, который любил вызывать студентов к доске, поэтому первые два ряда практически пустовали. Для всего потока это был факультативный предмет.
Линь Юэци решила, что ее скамья, как обычно, будет пустовать. Никто, кроме нее, не осмелился бы сесть прямо в центр первого ряда. Но, неожиданно для всех, за несколько минут до начала занятий в аудиторию вошел Лу Тин, одетый в спортивный костюм.
Судя по всему, он только закончил играть в баскетбол. На его лбу также красовалась красная повязка, органично завершавшая его образ пышущего тестостероном молодого красавчика.
В одной руке он держал две книги, а другую засунул в карман. С первых же секунд, как он вошел в аудиторию, в сердце каждой девушки, сидящей на задних рядах, закипела страсть.
Стоя у дверей, Лу Тин осмотрел кабинет на наличие свободных мест и, наконец, подошел к Линь Юэци и спросил:
— Можно присесть?
Линь Юэци, отвечавшая на сообщения в WeChat, тут же отодвинула свои учебники в сторону, кивнула и ответила:
— Конечно.
На протяжении всей лекции взгляд девушки не останавливался на нем дольше, чем на три секунды.
Когда Лу Тин раскрыл учебник, он услышал, как девушка, сидевшая по соседству, начала разговаривать по телефону.