Глава 339: «Сожаление»
Пустой дом.
Стардаст смахнула одинокую слезу и попыталась унять дрожь в груди, подставив лицо ночному ветру.
Разум все еще отказывался принимать это.
Тот факт, что Эгоистик ушел.
… Когда она впервые услышала, что он собирается покинуть их, то лишь отмахнулась. «Этого не может быть… он бы так не поступил», – твердила она, цепляясь за отрицание. Но когда в новостях объявили, что злодей закрыл свой сайт и удалил все аккаунты, реальность начала медленно просачиваться в ее сознание.
На самом деле она знала.
В тот миг, когда они виделись в последний раз.
Там, на крыше, глядя в его глаза и слушая его голос, она интуитивно почувствовала: это не ложь. Эгоистик действительно уходит.
Он пришел, считая этот день последним для них обоих.
Он больше не собирался возвращаться.
Именно поэтому она отбросила свою обычную маску и попыталась удержать его, но…
— Берегите себя… Стардаст.
С этими словами он исчез.
И наступила пустота.
Она смутно помнила, что было дальше. В памяти осталось лишь то, как она добрела до дома.
Прислонившись к стене у окна в пустой комнате, Стардаст закрыла лицо рукой и погрузилась в тишину своих мыслей.
… Что ж, так даже лучше.
Злодей S-ранга, угрожавший всей Южной Корее, объявил об отставке – разве это не повод для радости? Да. Вспомнить только, сколько терактов он устроил. Все к лучшему. Ха-ха…
— …
Она отчаянно пыталась сохранить рассудок, цепляясь за эти доводы, как вдруг в голове вспыхнул вопрос.
Жизнь без Эгоистика.
«… Какая она?»
Если задуматься, он был рядом с самого начала ее пути.
Тогда она была еще неопытной героиней A-ранга, только привыкающей к своей роли.
Их первая встреча: он угрожал взорвать бомбу у нее в животе.
Сперва она приняла его за сумасшедшего.
… Тем более что в те дни ей было психологически тяжело. Она только стала героиней, ее никто не знал, поддержки не было, и она жила одним днем, опираясь лишь на голыю волю.
Эгоистик, который включал свои трансляции и издевался над людьми, казался ей просто очередным раздражающим злодеем… ни больше ни меньше.
Но когда же это случилось?
Когда он успел занять так много места в ее сердце?
Да.
Все началось с того теракта в самолете.
Она только дебютировала как герой A-ранга и осознала, что мир не вертится вокруг ее желаний. Мир был полон злодеев, а ее сил на всех не хватало. В тот момент она была близка к тому, чтобы сдаться.
Когда Эгоистик подстроил крушение самолета, ее уверенность окончательно рухнула.
Она решила, что это конец. Что она не сможет его остановить. Она заранее признала поражение.
И именно тогда, когда она опустила руки, Эгоистик тихо сказал ей:
[Нет, вы справитесь.]
[Вы сможете. Остановите падение самолета.]
Нелепый человек: сам устроил катастрофу, а потом потребовал, чтобы она ее предотвратила.
Однако.
В его словах тогда чувствовалась искренность.
Его голос звучал так серьезно, будто он ни на секунду не сомневался в ее силе.
… Никто до этого не верил в нее так сильно, и эти слова отозвались в ее душе глубокой болью и надеждой.
В тот день Стардаст сумела удержать падающий с небес самолет.
И, должно быть, именно с того момента люди по-настоящему признали в ней героя.
… И именно тогда образ Эгоистика начал прорастать в ее сердце.
Темная ночь за окном продолжала сгущаться, а мысли Стардаст уносились все дальше в прошлое. Воспоминания нахлынули на нее, словно прилив.
Наверное, именно после того случая он стал ей интересен.
В душе зародилось сомнение: может, он не такой плохой, каким хочет казаться?
И это сомнение только крепло.
Когда выяснилось, что таинственный человек в маске, обезвредивший террористов в отеле, подозрительно похож на Эгоистика.
Когда оказалось, что разрушенный им мост на самом деле помог сдержать атаку чудовища.
Все накапливалось, пока не достигло предела.
«На этот раз… кха… вы мне… задолжали». — Пронеслось в памяти.
Подземная лаборатория группы Ханын. Тот день стал переломным. Когда чудовище напало на нее со спины, Эгоистик пожертвовал собой, подставившись под удар вместо нее. Тогда ее восприятие этого человека изменилось окончательно.
Судьба продолжала сталкивать их снова и снова.
Вторжение в Ханын, инцидент с Культом Лунного Света, нападение Повелителя демонов.
И каждый раз.
В самые жуткие моменты, когда ситуация казалась безнадежной.
Когда ей казалось, что пора сдаться.
Он всегда появлялся из ниоткуда.
С той самой особенной ухмылкой, глядя прямо на нее.
— Госпожа Стардаст…
Он всегда приходил. Всегда.
Тук. Кап-кап.
— …Дождь пошел?
Услышав звук падающих капель, она едва слышно прошептала эти слова.
В любой ситуации он был рядом.
Как бы жестоко она с ним ни обходилась, какой бы критической ни была ситуация, даже когда надежда гасла и никто не протягивал руку помощи.
Только он неизменно оказывался подле нее.
Улыбался, словно говоря: «Я здесь». Уверенно обещал помочь.
Почему же она не понимала этого раньше?
Что единственным, кто всегда был на ее стороне, был Эгоистик.
— Ах…
Стоило этой мысли оформиться, как из глаз Стардаст хлынули слезы.
Быть героем было невыносимо тяжело.
Злодеи могли напасть в любую секунду, их атаки становились все яростнее, а рядом не было ни души, способной по-настоящему понять ее боль.
Она стояла в полном одиночестве против бесконечных полчищ врагов.
Но она держалась.
Потому что знала – он придет.
Знала – он единственный, кто ее понимает.
Она не могла представить жизни без него.
В моменты тишины его лицо всплывало перед глазами, а иногда ей до боли хотелось услышать его голос. Она жила от теракта до теракта, просто чтобы увидеть его. Ей хотелось этого не раз и не два.
И теперь его…
… больше нет?
— …Не хочу.
Не хочу.
Слышишь, не хочу!
Она ненавидела мысль о жизни без него. Это было немыслимо.
Ведь он всегда был рядом.
Она и помыслить не могла, что наступит день, когда он уйдет навсегда.
Поздней ночью, прислонившись к окну, в котором отражалось пустое звездное небо, Стардаст зарыдала.
Слезы лились нескончаемым потоком, будто кто-то сорвал кран.
— Хнык…
Вытирая лицо руками, она пыталась осознать причину этой муки.
Почему в груди так больно?
Это ведь просто злодей, который решил завязать.
Так почему сердце разрывается на части? Почему эта боль вырывается наружу потоком слез?
Отчего в легких не хватает воздуха?
— Эгоистик…
Произнеся его имя влажным, дрожащим голосом.
Только тогда.
Только в этот миг Стардаст осознала правду.
Ох.
«Я ведь люблю его. Люблю Эгоистика».
— Хнык… Эгоистик… кха… хнык. А-а-а-а…
Она любила его так сильно, что готова была сломаться от одной мысли, что больше никогда его не увидит.
В холодном свете луны величайшая героиня сидела на полу своего пустого дома.
Ее глаза покраснели, а слезы все не утихали.
Почему она поняла это только сейчас?
Почему не сделала шаг навстречу раньше?
Почему боялась признаться себе в своих чувствах?
Зачем была так холодна с ним в ту последнюю встречу?
Ведь она не может без него жить.
Она больше не видит смысла в будущем, где его нет.
— Эго… хнык… Эгоистик… Прости меня… кха… прости…
Сквозь рыдания она шептала извинения, которые он никогда не услышит.
Прости. Она сама не знала за что, но готова была просить прощения за всё, лишь бы это помогло.
Пожалуйста. Хнык, умоляю…
Где она совершила ошибку? Почему все закончилось именно так?
Почему он ушел?
Он сделал для нее так много. А она… она даже не нашла в себе сил просто сказать «спасибо».
Почему она постоянно огрызалась на него, оправдываясь тем, что он злодей?
Отчего не призналась в любви раньше?
Ей было плевать, что он злодей. Плевать, что он преступник.
Ей просто нужно было, чтобы он был рядом.
Погруженная в запоздалое, бессмысленное раскаяние, Стардаст проплакала всю ночь – горче, чем когда-либо в жизни.
День, когда она впервые осознала свою любовь, стал днем, когда эта любовь покинула ее.
Все было слишком поздно.
— Хнык… кха. У-у-у-у…
Люблю тебя. Люблю. Люблю.
Я так тебя люблю. Я была неправа.
Пожалуйста, вернись. Прошу тебя… хнык, пожалуйста…
Но он не вернулся.
Ни в ту ночь, ни в течение следующих шести месяцев. Ни разу.
***
[После заявления Эгоистика о завершении карьеры вся Южная Корея пребывает в состоянии шока.]
— Да ну. С чего бы стране впадать в шок из-за отставки злодея?
В ту ночь, когда я объявил об уходе и в последний раз повидался со Стардаст, я с недоумением ворчал, глядя в телевизор.
Если преступник уходит на покой, новости должны кричать: «Наконец-то этот гад свалил! Жители Сеула, спите спокойно!». А они… эх. СМИ – это сплошная проблема.
Пока я предавался размышлениям в тишине.
Соын-и, сидевшая рядом, воодушевленно планировала наше будущее, лежа на животе.
— На следующей неделе сходим сюда, а потом мы с оппой отправимся вон туда…
— Эй, почему ты планируешь только для вас с Даином? А как же мы?
— А? Госпожа Субин, вы уж как-нибудь сами о себе позаботьтесь.
— …Ах ты, мелкая…
Наблюдая за перепалкой соратниц, я молча поднялся с места.
— Соын-а. Оппа пойдет к себе в комнату, приляжет ненадолго.
— Что? Нет! Оппа, ты тоже должен участвовать…
— Тш-ш. Соын-а, дай ему отдохнуть.
— Ц-ц…
Я благодарно кивнул госпоже Субин, которая утихомирила разбушевавшуюся девчонку.
Вернувшись в свою комнату, я запер дверь и повалился на кровать.
— Ха-а…
Наконец-то со злодейской жизнью покончено.
Пусть я еще мелькаю в инфополе под именем Эгоистика, теракты и прочий хаос остались в прошлом.
… Кто бы знал, как я вымотался, играя роль негодяя в этом комиксе, куда меня занесло по воле случая.
Я лежал на кровати, прикрыв глаза рукой.
— Значит… теперь.
Больше я не увижу Стардаст.
Тишина заполнила комнату.
Стардаст.
Она стала моим смыслом в этом гибнущем мире, когда я потерял все ориентиры и почву под ногами. Благодаря ей я смог подняться. Благодаря ей я зашел так далеко.
И от мысли, что мы больше не встретимся…
— …Как-то.
Сердце щемит.
Я потер глаза, пробормотав это себе под нос.
Настоящие мужчины не плачут.
… Просто в глазах немного помутнело. Это ведь ничего, верно?
В пустой комнате я тяжело вздохнул и прошептал в темноту:
— Стардаст. Я скучаю.
Но это были лишь пустые, ничего не значащие слова.
*
Глубокой ночью.
Двое, разделенные километрами, в одиночестве шептали имена друг друга.
… Совершенно не подозревая о том.
Что чувствует другой.