Глава 211: «Злодей, которым одержима героиня»
— Госпожа Катана. Не хотите ли устроить теракт вместе со мной?
Благодаря моему совету она подмяла под себя половину Японии. И когда она сказала, что исполнит любую мою просьбу, я ответил именно так.
Там, на самом краю Катедрала, после тех самых слов…
— Добрый вечер, Эгоистик-сан.
— Э-э… Всем привет. Добрый вечер.
И вот теперь я в Японии.
М-да… Как же всё к этому пришло?
***
Приняв приветствия рядовых бойцов Санхёппы, я прошел внутрь.
— Присаживайтесь, где вам будет удобно.
Санхёппа – крупнейшая злодейская организация Японии. Сейчас, когда местная Ассоциация фактически утратила дееспособность, именно они стали реальной властью в стране.
И вот я в рабочем кабинете Катаны, лидера этой самой Санхёппы.
Комната была опрятной и чистой, отделанной деревом. С одной стороны настенный книжный шкаф был плотно забит какими-то военными трактатами, с другой – на стене висела старинная карта Японии. Во всём чувствовался благородный антикварный вид.
— Угощайтесь.
— А, благодарю.
Катана налила мне чаю в изящную пиалу и села напротив, за невысокий столик.
Раз уж мне предложили горячий напиток, я сделал глоток.
Вкус оказался глубоким, но при этом освежающим, без всякого неприятного послевкусия.
Поставив чайную чашку, я с улыбкой обратился к Катане:
— Чудесный чай. У него такой насыщенный аромат… Вы сами его заваривали?
— Да. Рада, что вам понравилось.
Она ответила с привычным бесстрастным лицом.
Однако мне почему-то показалось, что она немного довольна. В чертах лица ничего не изменилось, но сама атмосфера стала иной.
Так или иначе, мы немного поговорили о чае.
Когда обстановка окончательно разрядилась, Катана перешла к делу.
— …Вы хотите, чтобы я поучаствовала в теракте вместе с вами? В Корее?
Услышав её голос, я перестал любоваться чаем и поднял голову.
Катана упомянула тот самый теракт, о котором я заикнулся раньше.
Собственно, именно так я и оказался в Японии. Я-то планировал просто предложить сотрудничество после Катедрала и поехать домой, но меня буквально утащили за собой.
Она заявила, что разговор не на пять минут и лучше обсудить всё в приватной обстановке; что неизвестно, когда мы увидимся в следующий раз; что она хочет отплатить за благородство… В общем, под таким напором я и сам не заметил, как согласился.
Стоило нам с Катаной взяться за руки и разорвать письмо, как я открыл глаза уже здесь.
Так или иначе, я подтвердил свои слова кивком:
— Да, всё верно. Я бы хотел, чтобы вы провели теракт в Корее вместе со мной. Это и есть моя просьба.
— Хм…
Она на мгновение задумалась, сохраняя на лице маску безразличия.
На первый взгляд она кажется холодной, но это лишь внешнее – на деле всё совсем не так. Просто она почти не выражает эмоций мимикой.
Вспомнить хотя бы Катедрал: когда она держала меня за руку и объясняла, почему мне нужно поехать в Японию, её лицо было неподвижным, но в глазах читалась явная поспешность. В оригинале тоже упоминалось, что у неё такой характер – скупой на выражение эмоций.
Но сейчас нужно сосредоточиться на деле.
Собранные в хвост черные волосы, добок… Она размышляла над моим предложением. Над моей просьбой – приехать в Корею и встать со мной плечом к плечу во время теракта.
Закончив недолгие раздумья, она вновь подняла взгляд и, посмотрев мне прямо в глаза, произнесла:
— Думаю, это не пойдет.
— А?
Этого я не ожидал.
Моя улыбка на мгновение застыла, а в голове уже закрутились шестеренки, просчитывая варианты.
Заметив мою реакцию и, видимо, превратно её истолковав, она поспешно добавила:
— Нет, я не имею в виду, что отказываюсь от участия в теракте.
— …Правда?
— Я лишь хотела сказать…
Она слегка кашлянула и, едва заметно улыбнувшись, продолжила:
— Разве вы не сказали, что отныне мы друзья?
— Ну, да.
— Тогда это просто мелкая услуга, которую друзья оказывают друг другу. Она не тянет на ту самую единственную просьбу, которую я обещала исполнить.
Катана говорила это с предельно серьезным видом, хоть и с тенью улыбки.
… Друзья в свободное время ездят в другие страны, чтобы устраивать там совместные теракты? Хотя, если подумать, у злодеев это, может, и в порядке вещей.
Пока я переваривал услышанное, она твердо отрезала, закрывая тему:
— Считайте, что теракт мы проведем просто по дружбе. А просьба… да, право на одно желание, назовем это так. Сохраните его до тех пор, пока оно вам действительно не понадобится. Тогда я его и исполню.
Катана говорила так, что не оставляла пространства для возражений.
Если вкратце: она обещала исполнить любое желание, но мое предложение о сотрудничестве считает «дружеской взаимовыручкой», которая не считается. Мол, оставь настоящее желание на потом.
Судя по настрою, если я попрошу что-то еще, она снова скажет: «Ну, это же по дружбе», и так до бесконечности. Прямо какое-то щедрое дерево…
В общем, мне оставалось только поблагодарить её. В ответ на это на её бесстрастном лице вновь промелькнуло подобие улыбки.
… Мы ведь всего второй раз видимся, а она уже так благосклонна ко мне. Не знай я из оригинала её истинный характер, точно заподозрил бы какой-то подвох.
Конечно, один мой совет позволил погибающей Санхёппе в мгновение ока перевернуть ход войны и захватить власть в Японии… но даже с учетом этого её поведение было необычным. Или всё-таки это равноценный обмен? Всё равно, зная Катану, вряд ли она стала бы так сближаться из-за одной лишь благодарности.
Пока я предавался размышлениям, Катана, на мгновение засмотревшись в окно, заговорила:
— …Знаете, господин Даин. Я навела о вас справки.
— Обо мне?
— Да. О ваших поступках, о вашем пути.
Сказав это, она коснулась своей пиалы и снова чуть заметно улыбнулась:
— И тогда я поняла. Вы такой же, как и я.
… Того же поля ягода?
— Такой же?
— Именно.
Она отвернулась к окну, устремив взгляд в небо.
— Господин Даин. Вы ведь… тоже совершаете теракты, чтобы защитить свою страну? Свою Корею? Даже если для этого приходится быть злодеем.
— Что, простите?
— …Можете не отрицать. Я чувствую наше сходство, поэтому в какой-то мере понимаю вас. Вы тоже решили, что должны подняться, даже если придется стать злодеем, ради блага своей родины?
Теперь она смотрела мне прямо в глаза, и взгляд её был предельно серьезным.
Следом она начала перечислять «доказательства»: отсутствие жертв, народная любовь, неоднократное спасение страны…
М-да. Кажется, она всё в корне неверно поняла. Я-то просто старался предотвратить превращение жизни Стардаст в мрачную историю, а не становился злодеем ради свержения прогнившего режима.
… Хотя, если по факту, страну я и правда спасал несколько раз. Может, в её словах и есть доля истины? Нет, вряд ли.
Всё это было странно.
Но как бы там ни было, ответ напрашивался сам собой.
— …Да, вы правы. И злодейства, и теракты – всё это я делал, чтобы защитить свою родину, свой отчий край. Кх-х… Не ожидал, что встречу того, кто поймет мои истинные мотивы.
— …Я так и знала.
Её лицо, обычно такое суровое, заметно смягчилось.
Даже не знаю, правильно ли я поступил, но терять её расположение было бы глупо, так что я решил идти до конца.
Если разобраться, в какой-то степени я и правда спасал страну.
Конечно, между мной и Катаной, которая с самого начала поднялась на борьбу именно ради спасения гибнущей Японии, была огромная пропасть, но я не стал разрушать её иллюзии. Пусть думает, что хочет, так даже лучше. Отныне я – патриот-мученик Патриот-Стик.
После этого наш разговор потек сам собой.
Она всё так же казалась невозмутимой, но, видимо, от осознания того, что встретила единомышленника, её взгляд обрел блеск. В речи появилось больше воодушевления, а манера общения стала менее формальной.
Я внимательно слушал Катану, реагировал и иногда рассказывал что-то о себе.
И вот мы, наконец, вернулись к теме теракта.
— Что конкретно и когда мне нужно будет сделать?
— Хм… Я бы хотел попросить вас сразиться с одной героиней. Это будет нормально?
— Вы про Стардаст? Я поняла. В любом случае, я всегда рада поединку с достойным противником.
Она кивнула в знак согласия.
… Постойте, я же не называл имени Стардаст. Как она догадалась?
В итоге, договорившись о визите Катаны в Южную Корею и обсудив примерный план действий, мы распрощались.
Разумеется, за это время я успел получить сообщение от Соын-и с вопросом «где я пропадаю», поужинать по приглашению Катаны и в ходе беседы выяснить, что за внешней суровостью скрывается очень добрый человек, просто не умеющий выражать чувства.
И вот наступил вечер.
Я стоял на холме неподалеку от японской базы Санхёппы, где-то рядом с синтоистским святилищем, и готовился к возвращению домой. Стоит разорвать эту бумагу для возвращения из Катедрала, и я снова окажусь в своей постели. Должно быть, это тоже часть особой способности Селестии.
— Что ж… Всё прошло удачно.
Подставив лицо ветру, я довольно улыбнулся.
Наш следующий теракт станет громкой коллаборацией с Катаной.
На самом деле, у меня была веская причина пригласить именно её, а не кого-то из участников Эгострима.
«… Не считая того случая с драконом и гибелью мира, память о которой стерлась, я не видел Стардаст с самого Нового года».
Всё бы ничего, но меня не покидало дурное предчувствие.
Казалось… казалось, если я в этот раз заявлюсь к Стардаст в компании другой девушки из моей команды, случится что-то непоправимое.
— …
Да. Мой инстинкт выживания буквально кричал: не смей появляться перед Стардаст с другой участницей Эгострима. Интуиция подсказывала, что запахнет жареным.
Вот я и решил:
«Точно! Пойду-ка я с Катаной!»
Катана не состоит в Эгостриме, она из японской Санхёппы. Проблема решена! Можно сказать, я вовремя прислушался к голосу разума.
«К тому же она невероятно сильна… Это станет отличным стимулом для роста Стардаст».
Я мысленно похвалил себя за блестящую идею.
Идеально.