Глава 105: «Ее отчаяние»
С момента последней битвы с Деснайтом, прихвостнем Эгоистика из его Альянса Злодеев, прошла уже немало времени.
Стардаст, она же Синхару, жила вполне себе спокойной и размеренной жизнью.
— Мое имя – Паприкана! И я превращу тебя в паприку-у-у-у-у!! — Вопил очередной безумец в обтягивающем трико.
С такими Синхару расправлялась одним ударом.
— Меня зовут Селестиан, — заявлял другой. — Стардаст, я пришел сразить тебя. Ха-ха, сегодня я сломлю твою волю!
…
— …Хнык, простите меня. Пожалуйста, пощадите… А-а-а! Не бейте! Это превышение полномочий!
Злодеи со странными способностями лезли один за другим, но все они, без исключения, отправлялись в нокаут после первой же встречи с ее кулаком.
Синхару жила как заведенный механизм, устраняя угрозу за угрозой, не встречая достойного сопротивления.
— Ха-а…
И в этой череде однообразных дней она начала чувствовать, как ее чувства притупляются.
— …С тех пор как злодей A-ранга Эгоистик и его Альянс Злодеев выставили Деснайта, они снова ушли в тень, — раздался голос из телевизора. — Среди экспертов уже стало прописной истиной, что «Эгострим» устраивает теракт раз в квартал. Чхольгю-си, как вы считаете, совершит ли Эгоистик нападение до конца этого года?
— О, это невозможно предсказать наверняка, — ответил приглашенный эксперт. — На самом деле, слухи о терактах каждый квартал – лишь домыслы пользователей сети. Если взглянуть на действия Эгоистика, они кажутся хаотичными. Однако, изучив периодичность его появлений, можно заметить определенную закономерность.
— И какую же?
— Стоит ему надолго пропасть с радаров СМИ, как в тот момент, когда о нем начинают забывать, он – ба-бах! — И появляется снова. И этот период затишья, по его мнению, длится примерно три-четыре месяца. То есть мы не знаем, когда именно он придет. Но если его не было около четырех месяцев, значит, он скоро обязательно объявится.
— Ага. То есть теракты могут случаться хоть каждую неделю, но перерыв между ними точно не превышает четырех месяцев?
— Именно. И стоит отметить: это не обязательно должен быть теракт. Это может быть самопрезентация или перехват чужого преступления – он найдет способ заявить о себе.
— И когда же нам ждать появления Эгоистика?
— В конце этого года или в начале следующего. Если он не появится раньше, то в этот период – стопроцентно.
Пик…
Синхару выключила телевизор. Опять разговоры об Эгоистике.
Как только речь заходила о нем, Хару молча переключала канал. Ну, если быть честной, она сначала дослушивала всё до конца, а уже потом переключала, но это не важно.
Последнее время она, разбираясь с мелкими злодеями, намеренно старалась не думать об Эгоистике. В подтверждение своей решимости она даже перестала заглядывать в фан-кафе Эгоистика.
Хотя привычка брала свое: пальцы сами порой кликали по закладке в браузере. В такие моменты она лишь быстро пробегала глазами по заголовкам популярных постов и тут же закрывала страницу.
«Хару-я, ты не слишком ли зациклена на Эгоистике?»
Слова ее подруги, Ли Сольа, заставили ее задуматься. Действительно, до сих пор все ее мысли занимал только он. Настолько, что это начало мешать ее повседневной жизни.
В конце концов, он просто еще один злодей. В мире их тысячи, и тратить время на раздумья о том, чем занят преступник, который сейчас даже не совершает терактов, – пустая трата времени.
Так она пыталась вытеснить Эгоистика из своей головы.
Мысли о том, что он делает в свободное время.
Какое его настоящее имя и как он живет.
Зачем он вообще устраивает эти теракты.
Почему с самого начала он выбрал целью именно ее.
Почему он, будучи злодеем, поддерживает Синхару и даже готов рискнуть собой ради нее.
Всё, абсолютно всё.
Она старалась запереть эти мысли в самых темных уголках души и больше к ним не возвращаться. Сейчас он затих. Способов поймать его, пока он не высунется сам, всё равно нет, так что лучше сосредоточиться на других делах.
Рационально она всё понимала, но…
Без Эгоистика жизнь текла спокойно. Слишком спокойно – до невыносимой скуки. Ее силы настолько возросли, что любой злодей казался ей просто боксерской грушей. Только Эгоистик заставлял ее выкладываться на полную. И, осознав это, она поймала себя на том, что… невольно ждет наступления Нового года.
«… Может быть, в следующем году он придет».
Так прошел год.
***
В итоге год завершился в полном спокойствии – Эгоистик так и не появился. Начался новый год.
— Итак. Это письмо. В нем говорится, что в Сеуле произойдет теракт в день, когда выпадет первый снег. Честно говоря, скорее всего, это просто чья-то злая шутка. Но на всякий случай мы должны быть готовы, — такие слова прозвучали на очередном собрании Ассоциации Героев.
И действительно, всё случилось именно так, как было сказано в доносе.
Тихий вечер в Сеуле, пошел первый снег.
Грохот!
В самом центре города прогремел взрыв.
Как только Синхару услышала об этом, она тут же подумала: неужели это Эгоистик? Но раз трансляция не началась, значит, это не он.
В момент, когда она почувствовала легкое разочарование, Ассоциация сообщила, что на место уже отправился Теневой Ходок, так что беспокоиться не о чем. Кто-то даже усмехнулся, мол, давно не было смельчаков, решивших устроить теракт ночью.
Теневой Ходок еще никогда не подводил в темное время суток, поэтому Синхару, надевая костюм, думала, что к ее прибытию всё уже закончится.
Однако на месте происшествия всё оказалось иначе.
Толпы перепуганных граждан с криками бежали прочь. Здания рушились одно за другим.
— А-а-а-а-а! Почему моя сила?! Почему она не работает?! — Завывал ветер.
Ночное небо над городом заволокло странным розовым свечением и яростным ураганом.
Прямо перед этим хаосом Теневой Ходок, потеряв самообладание, рвал на себе волосы и кричал от бессилия. Синхару, глядя на это зловещее розовое зарево, наконец осознала: что-то пошло не так.
Мирный город, наслаждавшийся первым снегом, превратился в руины за считанные минуты.
Всё началось с того, что на оживленную улицу вышла женщина в белоснежном добоке. И внезапно вокруг нее закружился розовый вихрь.
Мгновение спустя он превратился в гигантский, стремительно вращающийся розовый торнадо.
Раздался оглушительный рокот.
При виде розового смерча, заметного издалека, привыкшие к терактам жители бросились врассыпную. Крики и сирены наполнили ночной город, а огромный вихрь становился всё больше, окрашивая темноту в сюрреалистичные тона.
Словно в призрачном кино, посреди серых кварталов вырос розовый смерч, готовый поглотить всё на своем пути. В воздухе начали один за другим вспыхивать фиолетовые пятиконечные звезды.
Ветер стал настолько сильным, что сбивал людей с ног. Фиолетовые звезды, обретя физическую мощь, начали летать кругами, хаотично круша всё вокруг.
Грохот. Взрыв.
Город в одно мгновение превратился в ад. Но люди всё еще не теряли надежды. Это же ночной теракт. Теневой Ходок, практически непобедимый после заката, должен был со всем разобраться.
И в это самое время Теневой Ходок…
— А-а-а-а!
… беспомощно метался перед розовым ураганом, хватаясь за голову.
— То есть вы хотите сказать, что при приближении к этому розовому вихрю силы слабеют?
— Да! — Подтвердил Теневой Ходок. — Даже мой главный козырь, «Теневое перемещение», не работает!
Центр Сеула утопал в розовом свете. Благодаря предупреждению, Ассоциация заранее распределила агентов и героев низших рангов по всему району, поэтому гражданских успели эвакуировать. Теперь же герои, собравшись на пустой улице, вели напряженное обсуждение.
Айсикл недоуменно посмотрела на разгоряченного Теневого Ходока.
— Неужели всё настолько серьезно?
— Говорю тебе! Чем ближе к центру этого урагана, тем быстрее уходят силы, а способности просто отключаются. А если попадешь под одну из этих фиолетовых сфер в форме звезд – тебя просто отшвырнет как пушинку.
— …Дело плохо.
Айсикл, спешно прибывшая из Пусана по просьбе Теневого Ходока, со свирепым выражением лица смотрела на розовый ураган. Если даже ночной Ходок не справляется, то на что может рассчитывать она?
— Кстати. А Стардаст, Хару где?
— Сказала, что попробует прорваться, и ушла внутрь.
Как только Ходок договорил, раздался глухой удар.
Из глубины розового вихря, словно от столкновения с невидимой стеной, вылетела Стардаст и рухнула на землю.
— Хару-я!
Айсикл в ужасе бросилась к подруге, которая уже поднималась, вытирая кровь с губ.
— Ты в порядке? Ты же…
Осматривая Хару, Айсикл невольно отшатнулась, встретившись с ней взглядом. Глаза Стардаст, устремленные на ураган, горели яростью и какой-то отчаянной решимостью.
— Отойди. Я попробую еще раз.
— А… Хорошо…
Ли Сольа попятилась, услышав этот ледяной, едва ли не выплюнутый сквозь зубы голос. Стардаст снова шагнула в сторону вихря, и Айсикл, помедлив мгновение, последовала за ней.
«Опять это чувство».
Синхару стиснула зубы, входя в эпицентр злодейского урагана. Ее длинные волосы бешено развевались на ветру, а порывы были такой силы, что трудно было даже открыть глаза, не то что идти вперед. И, что самое странное, как только она оказывалась внутри, ее силы начинали стремительно таять.
— Кх…
Щурясь, она едва успела отбить кулаком летящую в нее огромную фиолетовую звезду.
Удары посыпались один за другим. Просторные улицы были залиты розовым маревом, в котором кружили неопознанные фиолетовые объекты.
Когда же ей, после нескольких попыток, удавалось пробиться ближе к самому центру…
Раздавался низкий гул, и откуда-то из глубины вырывался фиолетовый луч.
— Гр-р…
Она скрестила руки перед грудью, пытаясь выстоять, но ослабленное тело не выдержало напора. Отдачей ее снова выбросило из вихря.
— А-а-а-а-а!
Рядом раздался крик Сольа. Обе они, тяжело дыша, оказались на земле, едва оправившись от града атак. Теневой Ходок всё еще тщетно пытался найти брешь в защите торнадо.
Синхару до боли сжала челюсти. Да, в последнее время всё было слишком гладко. Почему она забыла? Этот мир полон зла, и враги, превосходящие ее силой, всегда поджидают где-то в тени.
Злодей прямо перед ней, он разрушает город и калечит людей, а она ничего не может сделать. Это чувство бессилия… Может, это наказание за ее самоуверенность, за то, что она привыкла решать все проблемы одним ударом?
Отчаяние и беспомощность накрыли ее – впервые со времен теракта с падающим самолетом. Но сейчас рядом не было Эгоистика, который подбодрил бы ее.
И этот злодей не отступит с усмешкой, как делал Эгоистик.
И Эгоистик, разумеется, не появился.
Она зажмурилась. Это был настоящий бой. И только в такой ситуации она снова поняла одну вещь: Эгоистик до сих пор просто поддавался ей. Все его теракты были не более чем игрой. Настоящий ужас – вот он.
— …Дело дрянь. Что же делать… О? Хару-я, ты что, плачешь?
Слова Сольа заставили ее очнуться.
— …О чем ты?
Хару недоуменно коснулась своего лица. И только тогда почувствовала, что по щеке, сама того не ведая, катится одинокая слеза.
— О боже-е-е!! — Завыл я, вскакивая с места и обливаясь слезами. — Хнык-хнык, Хару-я! Прости меня! Я сейчас приду!
— Оппа, вы с ума сошли?! Успокойтесь! — Мои спутники облепили меня, пытаясь удержать.
— Да что вы творите! Сядьте на место!
— Господин Даин, придите в себя! Вы же сами говорили, что сегодня будете только наблюдать!
Как я могу сидеть сложа руки, когда моя Стардаст плачет?! Ребенок же рыдает от обиды!
— Нет! Стардаст, я иду-у-у-у!!
— Онни! Делать нечего, жахните его током!
— Пустите! Я пойду… А-а-а-а-а-а-а-аргх!!