Глава 63 - Сведение счетов
Гром грохнул так, будто сами небеса решили карать грешников. Серебристо-белый свет озарил полнеба.
Когда сполохи утихли, от вершины горы осталась лишь горсть пепла — исполинский удар снес кусок скалы, оставив лишь дымящуюся, обугленную землю, по которой все еще пробегали искорки электричества, словно в чаше с молниями.
Стоявший в отдалении Дамблдор потряшенно перевел дыхание. Если применить такое заклятие в масштабной войне или при штурме крепостей… это же абсолютное оружие! И сколько еще подобного колдовства таится в арсенале Хоула, какова его предельная мощь — оставалось лишь гадать.
Но помимо трепета Дамблдор ощутил глубокое облегчение. Какая удача, что тогда он вовремя вмешался в дуэль Хоула и Снейпа! Если бы эта небесная кара обрушилась на Хогвартс, Дамблдор мог бы смело уходить в отставку — ведь от самой школы не осталось бы и камня на камне.
Слегка усмехнувшись, директор увидел приближающуюся фигуру. У ног Хоула, забавно перебирая лапами, бежал белоснежный песик.
Лондонский ливень прекратился лишь к утру. Едва на востоке занялся рассвет, дождь ослаб, а затем и вовсе сошел на нет.
Хоул и Дамблдор неторопливо шагали по улицам Лондона, вдыхая свежий, умытый ночной бурей воздух.
Дамблдор глубоко вдохнул и, глядя на проходящих мимо маглов, непринужденно заметил:
— К слову… ты ведь оставил кого-нибудь в живых, чтобы было кому донести весточку?
Его сомнения были оправданы: вчерашнее заклятие обладало такой чудовищной силой, что следовало переспросить.
Хоул остановился возле пекарни, вдохнул аромат свежей выпечки и толкнул дверь.
— Разумеется, — отозвался он. — Иначе к чему было устраивать всё это представление? Я ведь даже применил боевую магию.
— Боевую магию? — переспросил Дамблдор, входя следом. Он удивленно изогнул бровь, вспомнил вчерашний апокалипсис и со вздохом признал: — Что ж, весьма точное определение… А как называется это заклятие?
— Название?.. — Хоул ненадолго задумался и произнес первое, что пришло на ум: — «Кара Громовержца».
Едва он произнес это, как из воротника высунулся Люцифер:
— Вообще-то такие чары требуют усилий целой коллегии придворных магов, а вчера ты…
Хоул без церемоний запихнул духа обратно в карман, взял несколько румяных булочек и повернулся к Дамблдору:
— Будете?
Глядя на аппетитные булочки, посыпанные сахарной пудрой, Дамблдор кивнул, но затем развел руками:
— Выглядит восхитительно. Но, увы, у меня нет с собой маглских денег.
Хоул ничего не сказал, подошел к кассе и расплатился. Завернув свежую выпечку в бумагу, он вручил одну Дамблдору и вышел на улицу.
— Не думал, что ты носишь с собой деньги маглов, — заметил директор, разворачивая бумагу и наслаждаясь сладким ароматом.
— Обменял в Гринготтсе, — ответил Хоул и добавил: — Не покупать же дом в мире маглов с помощью магии?
Дамблдор понимающе кивнул. Речь, очевидно, шла о доме на Тисовой улице.
— Нам ведь еще рано возвращаться? — спросил Хоул. В правой руке он держал булочку, а левой слегка встряхнул рукав мантии — тот мгновенно превратился в элегантную трость и шляпу-цилиндр.
Дамблдор улыбнулся:
— Конечно. Но в Министерстве магии тебе всё же придется показаться.
— Без проблем.
Вскоре они уже стояли в кабинете Корнелиуса Фаджа.
Министр сидел с фальшивой улыбкой, а перед ним возвышался Дамблдор с наигранно-гневающимся видом.
— И это вы называете «подозрительными метками Пожирателей Смерти»? — строго произнес директор, не сводя с Фаджа тяжелого взгляда.
— Выходит, нас позвали просто в качестве вышибал, — раздался язвительный голос Люцифера из кармана. — Целое Министерство магии вынуждено просить помощи у двух скромных школьных учителей!
Руфус нервно дернул щекой. Эта реплика задевала и его мракоборцев. Впрочем, возразить ему было нечего — оставалось лишь молча глотать обиду. По силе его люди вполне могли скрутить тех Пожирателей, но Фадж запретил покидать город, приказав охранять Лондон.
— Эти бандиты совершают налет и тут же трансгрессируют! Мракоборцы просто не успевают за ними, — оправдывался Фадж с угодливой ухмылкой.
Пока цели Пожирателей оставались туманными, Фадж панически боялся отослать всех мракоборцев из столицы и остаться без защиты. А вдруг это хитроумный ход, чтобы захватить Министерство? Фадж не желал рисковать ни при каких условиях.
Хоул прищурился, и в его голосе прозвучала откровенная насмешка:
— А теперь вы, стало быть, поверили, что Волан-де-Морт вернулся?
От этого имени Фадж и Руфус синхронно вздрогнули. Фадж нервно огляделся:
— Тот-Кого-Нельзя-Называть… возможно, и не воскресал! Вдруг это лишь жалкие остатки его приспешников устраивают беспорядки?
— Фадж, большинство Пожирателей Смерти после той войны отправились прямо в Азкабан, а остальные предстали перед судом. За пределами тюрьмы никого не оставалось, — сурово напомнил Дамблдор, заставляя министра взглянуть правде в глаза. Те, кто вчера нападал на Лондон, могли быть лишь бывшими Пожирателями, сухими выбравшимися из воды благодаря связям и деньгам.
— Заставить их бросить сытую жизнь и рисковать Азкабаном способен лишь один человек.
Дамблдор не назвал имени, но все в кабинете прекрасно поняли, о ком речь.
Лицо Фаджа окончательно вытянулось. В душе его бушевала тоска: ну почему именно сейчас? Почему именно в его правление?!