Глава 58
День 146-й. Луис буквально затащил меня в пустую переговорную на нашем этаже, плотно закрыв жалюзи.
— Закрой дверь, — резко бросил он.
Я молча повиновался, защелкнув замок. Старший партнер выглядел по-настоящему обеспокоенным, его привычная уверенность дала трещину.
— Харви начал открыто отпускать ядовитые комментарии по поводу твоей так называемой «проблемы с независимостью» при других партнерах. Он прямым текстом хочет, чтобы тебя жестко приструнили и указали твое место.
— Он хочет, чтобы я стал удобным и покорным, Луис. А это совершенно разные вещи.
Литт нервно прошелся от стола до панорамного окна и обратно.
— Харви — влиятельный старший партнер. Я — старший партнер. Своим упрямством ты прямо сейчас заставляешь меня выбирать сторону в открытом конфликте.
У меня болезненно сжало грудь. Ставки росли слишком быстро.
— Я совершенно не прошу вас выбирать сторону в личных войнах. Я прошу вас оценивать меня исключительно объективно: я хорошо делаю свою работу для ваших клиентов?
— Исключительно хорошо. Ты приносишь прибыль.
— Тогда защищайте этот неоспоримый факт. Если у Харви есть ко мне конкретные профессиональные претензии — пусть озвучит их профессионально на собрании. Но не приносите качество моей работы в жертву только потому, что королю этого офиса некомфортно оттого, что кто-то отказывается слепо вписываться в его эгоцентричную модель.
Луис перестал мерить шагами комнату, остановился напротив меня и посмотрел мне прямо в глаза.
— Я с тобой, Скотт. Я тебя не сдам.
Меня окатило горячей волной физического облегчения.
— Но послушай меня внимательно, — его голос стал предельно серьезным. — Будь предельно осторожен. Харви Спектер органически не умеет достойно проигрывать. Если он окончательно решает, что кто-то стал для него политической проблемой, он делает из этого человека проблему до тех пор, пока тот не сломается и не уволится сам.
— Я это обязательно учту.
Луис вышел первым, проверяя коридор, а я просидел в пустой переговорной еще минут пять, переваривая новую реальность.
Харви собирается целенаправленно осложнить мне жизнь. Луис меня прикрывает, но сам находится на пределе нервного напряжения. Джессика молча наблюдает за нами сверху. Вся эта тщательно выстроенная архитектура моей карьеры может пойти прахом очень и очень быстро.
День 148-й, поздний вечер. Пустая юридическая библиотека.
Я сидел за дальним столом, зарывшись в прецеденты, когда рядом бесшумно появился Майк Росс.
— Мы можем поговорить без свидетелей?
Я молча убрал папки и жестом указал на пустой стул напротив.
Он сел, нервно теребя край пиджака, и выглядел крайне неловко.
— Харви сегодня прямым текстом велел мне держаться от тебя подальше. Сказал, что ты токсичен и очень плохо на меня влияешь.
Кто бы сомневался в методах Спектера. Изоляция противника.
— И ты сейчас говоришь мне это, потому что?
— Потому что это звучит до абсурда странно, Скотт. Мы с тобой совершенно не друзья, мы жестко конкурировали с первого дня, но ты всегда вел себя со мной исключительно профессионально и честно. Я обошел тебя в борьбе за теплое место личного протеже Харви, а ты меня искренне поздравил. Ты всухую выиграл у меня тот учебный судебный процесс и вел себя абсолютно достойно, без издевок. — Майк сделал тяжелую паузу, подбирая слова. — Харви сейчас относится к тебе так, будто ты занимаешься подлым корпоративным саботажем. А ты просто молча пашешь как проклятый и добиваешься реальных результатов для фирмы. У меня этот пазл в голове вообще не сходится.
Я искренне оценил его прямоту. Для парня с его секретом это был смелый шаг.
— Спасибо, Майк. Спасибо, что не принимаешь параноидальные суждения Харви как истину в последней инстанции.
— У меня есть своя собственная голова на плечах. Даже если Харви иногда об этом напрочь забывает в своем желании всё контролировать.
Это был наш первый по-настоящему искренний разговор за все эти месяцы. Взаимное, негласное признание того, что нас обоих критически недооценивают в этой башне.
— Как бы там ни было дальше, — твердо продолжил Майк, поднимаясь, — я считаю, что ты крут в том, что делаешь. Твой подход кардинально отличается от шоу Харви, но это реально работает. И это круто.
— Ярлык «другое» далеко не всегда означает «плохое», Майк.
— Нет. Совершенно не всегда.
Он ушел к лифтам, а я остался сидеть в оглушительной тишине библиотеки с ясным осознанием одной вещи. Майк Росс — золотой протеже Харви, парень с фальшивым дипломом, мошенник, которого я так и не сдал руководству, — только что проявил куда больше независимости и стержня, чем я вообще мог от него ожидать.
Люди действительно полны сюрпризов.
День 150-й. Джессика Пирсон снова вызвала меня в свой угловой кабинет.
— Харви официально выразил мне серьезные сомнения в ваших способностях к командной работе, мистер Роден.
Я сидел в кожаном кресле напротив нее, сохраняя нарочитое, ледяное спокойствие, несмотря на мгновенно скрутившую желудок тревогу.
— Харви выразил вам недовольство тем фактом, что я отказываюсь слепо следовать его специфической личной модели успеха.
— Объясните мне разницу в вашем понимании.
— Я отлично и продуктивно работаю в команде — Луис Литт может вам это подтвердить в любую минуту. Я стабильно выдаю исключительные финансовые результаты — моя сухая статистика закрытых дел говорит сама за себя. Я успешно выстраиваю долгосрочные отношения с клиентами — корпорация «Meridian» выбрала нашу фирму именно благодаря моей въедливой подготовке, а не благодаря чьим-то старым связям. Проблема Харви заключается вовсе не в моей мнимой неспособности быть командным игроком. Его настоящая проблема заключается в маниакальном страхе потери личного контроля над подчиненными.
Лицо Джессики оставалось идеальной, непроницаемой маской из черного дерева.
— Продолжайте вашу мысль.
— Харви жизненно необходимы младшие юристы, которые перед ним заискивают и смотрят ему в рот. Я же преклоняюсь исключительно перед профессиональной компетентностью, а не перед должностной выслугой лет. Это не проблема командного игрока, Джессика. Это системная проблема вашей структуры власти.
— Это звучит невероятно высокомерно для младшего юриста.
— Это звучит честно для юриста, который приносит вам деньги.
Джессика плавно откинулась на спинку кресла, и в ее темных глазах на долю секунды промелькнуло нечто очень похожее на холодное веселье.
— Я лично разберусь с жалобами Харви. Но запомните одну критически важную вещь, Скотт. Ваша хваленая независимость — это полезный актив ровно до тех пор, пока она не превращается в вашу полную изоляцию от коллектива. Убедитесь, что вы не только эффектно выигрываете дела, но и строите надежные мосты внутри моего здания.
— Я вас понял.
— Свободны.
Я вышел в коридор, прекрасно считывая скрытый подтекст ее слов: пока что Джессика Пирсон меня политически прикрывает, видя мою эффективность, но ее терпение совершенно не безгранично.
У Харви есть колоссальное влияние и статус. У меня есть растущие финансовые результаты. Вопрос лишь в том, что именно окажется для Джессики важнее, когда ситуация накалится и ей придется делать окончательный выбор.
Вечером того же дня у моего стола в пустеющем буллпене бесшумно появилась Донна. Я как раз напряженно просматривал таблицы распределения новых дел на месяц.
— Харви методично усложняет тебе жизнь. Я вижу это по его расписанию.
— Харви усложняет жизнь исключительно сам себе, Донна. Я просто пытаюсь существовать и работать автономно от его эго.
Она грациозно присела на самый край моего заваленного бумагами стола:
— Это очень наивно звучит. Харви — именной старший партнер. Если он действительно захочет, он абсолютно точно, в два счета превратит твою ежедневную жизнь в настоящий юридический ад.
Я отложил ручку и устало посмотрел на нее снизу вверх.
— И что ты предлагаешь мне делать? Сдаться? Извиниться?
— Продолжать быть блестящим, незаменимым юристом. Продолжать выстраивать прочные отношения с клиентами. И твердо верить в то, что в конечном итоге истинный профессионализм всегда побеждает политику.
— А он побеждает в реальном мире?
Взгляд Донны заметно смягчился.
— Да, Скотт. Обязательно побеждает, если у тебя хватит железного терпения это пережить. Харви стал тем Харви Спектером, которого все знают, только потому, что он банально пережил всех своих агрессивных конкурентов, а не просто переработал их в библиотеке. Это долгий марафон на выносливость, а не короткий спринт.
Марафон. Не спринт.
Моя встроенная Система безупречно умеет просчитывать краткосрочные победы: мгновенные оценки вероятностей, быстрые стратегические преимущества на встречах, тактические выигрыши в зале суда.
Но долгосрочное, многолетнее выживание в корпоративной среде? Для этого нужно нечто принципиально иное. Глубокое терпение. Постоянное поддержание шатких альянсов. Тонкое политическое маневрирование, далеко выходящее за рамки сухого математического расчета.