Глава 372: «Наследники Драконьей Крови рады последователям»
Густой черный дым повалил от его тела, и Рон отчетливо увидел, как на лбу здоровяка вырастает пара иссиня-черных, закрученных спиралью толстых рогов.
На них мерцал заметный невооруженным глазом металлический блеск. И без того смуглая кожа мужчины стала угольно-черной, а на теле проступили магические узоры цвета раскаленной магмы.
— Этот запах от тебя… — пробасил он. — …Кто ты: дракон или человек?
Силач не стал продолжать атаку. Вместо этого он замер, впившись янтарными миндалевидными глазами в грудь Рона.
— Стопроцентно чистокровный человек, приятель, — ответил Рон. — Может, у кого-то из моих предков и была связь с драконьим родом?
Зажатый в его руке Морозный Клыкач сиял ослепительным синим светом: начертанное на клинке заклинание «Морозный разрез» было готово к высвобождению в любой миг.
Рон медленно вытянул из-за пазухи кулон в виде драконьей головы, который подарила ему Лидия. Крепко сжав его в левой руке, он показал безделушку здоровяку по имени Югендлак.
Глаза Югендлака вспыхнули. Он перевел взгляд с Рона на кулон и обратно. Черный дым вокруг него рассеялся, а драконьи рога начали мало-помалу втягиваться обратно.
— Подумать только, неужели в наши дни еще живы Наследники Драконьей Крови?
Кровь драконов обладает безграничным могуществом.
Будь то человек, дварф, эльф, орк или даже полурослик с гномом – любой, кто прошел через ритуал «Кровавой купели» и унаследовал силу древних ящеров, считается Наследником Драконьей Крови.
Однако спустя много лет после окончания Божественной войны само это понятие превратилось в архаизм, известный лишь старым ученым, корпящим над пыльными страницами истории.
— Кулон в твоей руке – это символ, который вы, Наследники Драконьей Крови, передавали из поколения в поколение, — произнес Югендлак.
Он открыл рот и выдохнул небольшое пламя. Какое-то время он игриво перекатывал его в ладони, после чего небрежным щелчком отбросил на землю этот застывший, похожий на сгусток жидкости огненный шар.
— Только не говори мне, что не знаешь истинного значения этой вещицы.
Глаза Рона забегали, в голове закружились десятки мыслей, но лицо его оставалось серьезным. Он убрал кулон обратно в кольцо.
— Я слышал об этом, — сказал он. — Тем не менее, я до сих пор не знаю, к какому клану, родословной или пещере драконов принадлежишь ты.
Рон притворялся спокойным, глядя на великана перед собой, хотя его спина уже взмокла от пота. Даже перед лицом Живодера или демонов неведомого происхождения он не испытывал такого страха.
Ведь он прекрасно знал: сила даже новорожденного дракона почти эквивалентна силе высокоуровневого человека. Хватит одного драконьего выдоха, чтобы от него не осталось и следа – каким бы чудесным ни было его Наследие Вора, он просто превратится в пепел.
Это же дракон!
Существо, способное сражаться с богами!
Югендлак глубоко вдохнул, словно улавливая запах Рона, и после некоторого колебания заговорил:
— Что ж, я могу и ответить. Этот дракон – Дракон Теневого Пламени из клана Огненных Драконов.
Словно в подтверждение своих слов, Югендлак протянул руку.
Вскоре в сплетении черного и красного пламени его кисть, и без того куда крупнее человеческой, начала стремительно увеличиваться.
Выросла острая, подобная лезвиям чешуя, а кончики пальцев превратились в кинжалоподобные когти. Перед Роном предстала иссиня-черная драконья лапа, размером превосходящая его самого и окутанная вязким огнем.
У Рона расширились зрачки.
— Святые небеса, — выдохнул он.
Не успел Рон закрыть рот, как тело за драконьей лапой тоже увеличилось в объеме в несколько раз, объятое пламенем.
Покрытый свирепой, острой чешуей Югендлак, достигший теперь десятков метров в длину, явил свой истинный облик.
— Хорошо, многоуважаемый господин Дракон Теневого Пламени, — начал Рон. — Вы еще помните того белого тигра, которого отправили в полет?
Проявив завидное отсутствие верности, Рон во всех подробностях изложил историю происхождения Белого Тигра.
На морде Югендлака отразилось сложное чувство. Он долго хмурился, не говоря ни слова.
— Белый тигр? Не припоминаю, — Югендлак нетерпеливо махнул лапой. — Каждый день какие-нибудь безрассудные магические звери пытаются вынюхать что-то у моей пещеры. Как я могу помнить их всех?
— А, ну это… — замялся Рон.
Дракон, словно найдя в его лице благодарного слушателя, принялся разглагольствовать о всякой всячине.
Его громоподобный голос заставлял уши Рона звенеть – казалось, мозги сейчас превратятся в кашу.
Тем не менее, из этой бессвязной тирады Рону удалось выудить кое-какую полезную информацию.
Югендлак, самец, сто четырнадцать лет, холост.
Раньше он жил со своим кланом в глубине некоего горного хребта под защитой магического барьера. Даже такие могущественные силы, как Святая Церковь, не подозревали об их существовании.
В отличие от Белого Тигра, который также явился из потаенных мест, Югендлак был нетипичным драконом. Его совершенно не заботили красота и богатство, которыми обычно грезили как старые, так и молодые особи его вида.
С самого рождения Югендлак не ладил с другими сородичами.
Будучи воплощением разрушения и тьмы, он больше тяготел к исследованиям и путешествиям, чем к грабежам.
Можно сказать, что «славные традиции» клана Драконов Теневого Пламени, почитавших уничтожение и сожжение всего сущего дотла, в нем совершенно не проявились.
Руководствуясь девизом «мир огромен, и в нем есть чем заняться», Югендлак покинул прародину драконов темной ненастной ночью.
В одиночку, приняв человеческий облик, он сел на корабль и отправился на Западный континент ловить удачу.
И этот корабль по воле случая зашел по речному каналу в Виконтство Белого Волка.
Тогда Югендлак выбрал Горы Арнос в качестве своей «стартовой площадки».
Но вскоре выяснилось, что Югендлак, который не мог и не смел вовсю использовать свое драконье величие, столкнулся с проблемой: на его тщательно обустроенное логово то и дело зарились наглые магические звери.
Из-за этого Югендлак, который в свои сто лет по драконьим меркам считался подростком лет шестнадцати-семнадцати, пребывал в великом унынии.
К тому времени, как Югендлак закончил свой рассказ, солнце уже скрылось за горизонтом.
На небе проступили первые редкие звезды, а находившиеся без сознания Мия и Таня начали медленно приходить в себя.
Рон взмахнул рукой, прерывая поток жалоб:
— Уже поздно. Как насчет того… чтобы поговорить в следующий раз?
Но Югендлак бесцеремонно схватил Рона за шиворот.
— О нет, ты послушай! — Воскликнул он. — Раз этот… как его там, белый тигр, может жить в городе, то и дракон заслуживает того же, верно?
— А? — Рон озадаченно почесал затылок.
С самого начала у него и в мыслях не было приручать это строптивое создание.
В лучшем случае он надеялся договориться, чтобы дракон не трогал жителей Деревни Лавы – этого было бы вполне достаточно.
Кто бы мог подумать, что тот сам с таким рвением бросится навязываться в компанию?
— Смотри: ты – Наследник Драконьей Крови, а я – чистокровный дракон. Грубо говоря, мы же практически братья, пусть и от разных родителей! — Горячился Югендлак. — Драконье величие я спрячу, обещаю не превращаться и не привлекать внимания тех фанатиков. Ну как, по рукам?
Отказать такому энтузиазму было трудно.
Вскоре Рон и Югендлак пришли к взаимовыгодному соглашению.
Как сюзерен, Рон получал Югендлака в качестве телохранителя, и дракон обязался защищать Рона и его окружение в случае любой опасности.
Взамен Рон гарантировал Югендлаку полную свободу действий.