Глава 362. Первый плач!
Первый плач!
— Они-чан! Почему папа ушёл?
— Не называй меня братцем, отныне зови меня сэнсэем, — сурово сказал Аоба.
— Хорошо, они-чан сэнсэй~
У Аоба внезапно разболелась голова. Он вспомнил, что Ханаби выглядела мягкой, но на самом деле имела сильное чувство собственного достоинства и не хотела проигрывать. Просто сейчас ей было чуть больше двух лет, поэтому она казалась глупой и очаровательной.
Что касается названия, они несколько минут вели битву умов, и, наконец, Ханаби согласилась называть его учителем.
Что ж, голос у неё мягкий и приятный.
Значит, и крик должен звучать неплохо...
В конце концов, я не дьявол.
— Прежде чем мы начнем урок, позволь мне проверить твою силу и узнать, чему ты уже научилась.
Ханаби серьёзно кивнула, а затем заняла стойку, и на самом деле всё было в порядке, её талант и ум были на высоте, неудивительно, что даже с разницей в возрасте она смогла победить Хинату, и сбежать из дома.
— Ха!
Издав внушительный звук, Ханаби, которая даже не могла дотянуться до бедра Аобы, бросилась вперёд на своих коротких ногах, а затем подпрыгнула и «безжалостно» ударила Аобу по колену.
Затем кадр словно застыл и вибрация прошла от кулака по всему её телу...
Аоба, получивший удар по колену, почесал голову и проклял себя за то, что действительно слишком многого добился!
Издеваться над маленькой девочкой? Не проблема! Он даже [Хаки Вооружения] использовал.
Да, некий дьявол, который хотел воспользоваться этой возможностью и заставить маленькую девочку плакать, спокойно использовал [Хаки]...
Каково это, когда кулак ударяется о стальную плиту?
В этот момент маленький кулачок Ханаби покраснел, а из глаз покатились слёзы, и она не знала, от боли это, или от злости.
Благодаря тому, что Ханаби была ещё очень мала, она не получила никаких травм, иначе, если бы обычный человек нанес удар в полную силу, возможно, костяшки пальцев были бы сломаны.
Но стоит отметить, что Ханаби действительно очень сильна, от боли она засопела, но не произносила ни слова, просто терпела, похоже, не желая, чтобы Аоба смотрел на неё свысока.
Таким упрямством она очень напоминала Хинату.
Система просто издевается!
— Ещё раз! Покажи мне, что ты хочешь стать сильнее.
Ханаби шмыгнула носом, затем перестала прыгать и ударила Аобу по икре.
Общую картину можно себе представить, как будто Канна-тян с уверенностью бьёт маленьким кулачком... кто из ценителей выложит картинку?
*Примечание: не картинка, но гифка Канны.
А потом...
Маленькое личико Ханаби сморщилось, и глаза наполнились слезами.
— Больно?
Ханаби поджала губы и кивнула.
— Хочешь поплакать?
Она тут же покачала головой, упрямясь.
Аоба беспомощно вздохнул, опустился на корточки и взял в свою руку немного покрасневшую и распухшую ручку Ханаби.
В этот момент девочка подумала, что он собирается подуть на неё или утешить.
Аоба с любопытством дважды провел по тыльной стороне её руки и пробормотал про себя: «Этого не должно быть...»
Плотину прорвало!
Ханаби заревела.
Даже сам Аоба не знал, что так хорош в издевательствах над маленькими детьми. Высокомерный Саске и вовсе получил впечатлений на всю жизнь, и толи ещё будет, не говоря уже о маленькой девочке, которой было всего больше года.
Может, он холодный, как сталь?..
Аоба, который надеялся, что девочка быстро заплачет, теперь не знал, что делать. Хотя у него также есть некоторый опыт в воспитании детей, Наруто не доставлял неприятностей. Его просто корми, пой и играй. По сути, какие бы обиды он ни терпел, мальчик не плакал.
И плач Ханаби вызвал чувство вины, которое он подавил.
Довольно, довольно, довольно!
Это дерьмовое задание действительно невозможно выполнить.
Если он ещё дважды заставит Ханаби плакать, Хиаши наверняка ополчится против него!
Помянешь дьявола...
Пока Аоба утешал маленькую девочку, Хиаши, услышав шум, поспешил к ним.
— Что случилось?
— Это из-за меня...
Аоба кратко объяснил произошедшее, не уклоняясь от ответственности. Хиаши тоже заметил красные и опухшие тыльные стороны рук дочери и почувствовал себя беспомощным.
Может быть, Аоба немного и виноват, но, как уже говорилось раньше, он не против суровых нравоучений, и травмы были нормальным явлением.
Поэтому он сделал строгое лицо и посмотрел на Ханаби: — Если ты не можешь вытерпеть даже эту небольшую боль, разве ты моя дочь? Неужели ты так же бесполезна, как и твоя сестра?
Ханаби не смела больше плакать и сдерживала слёзы, дрожа.
Услышав это, Аоба немного расстроился.
Хотя они с кланом Хьюга вполне счастливо ладили, он был согласен не со всеми их методами.
Только из-за своего статуса он не имел права даже упоминать об этом.
Но теперь, когда Хиаши так принижал собственную дочь, ему было что сказать: — Глава семьи, если я правильно помню, на этот месяц Ханаби доверена мне, верно?
— Конечно...
— Тогда чего вы на неё кричите? Вы получили моё разрешение?
Хиаши в замешательстве застыл!
Есть ли в этом доме кто-то, на кого он не может кричать?
И только что его, титулованного главу семьи Хьюга, отчитывали?
Или он пытался заступиться за его дочь?
Что это за чертовщина? Что за отношение?!
В тот момент, когда в сердце Хиаши поднялся гнев, Аоба подхватил Ханаби и посадил её себе на плечо: — Пойдём, учитель отведет тебя к доктору.
В это время голова Ханаби закружилась: сначала появился Они-чан, потом Они-чан необъяснимым образом стал сэнсэем, потом сэнсэй довел её до слез, отец пришёл отчитать её, а сэнсэй вступился за неё вызвав гнев отца...
Теперь она совсем запуталась и не может понять, хорошо к ней относится Аоба или нет.
К тому времени, как Аоба вернулся, отправив Ханаби к доктору, Хиаши всё ещё стоял на том же месте с мрачным видом, готовый требовать объяснений.
В этот момент Аоба также не хотел ссориться с семьей Хьюга, поэтому упреждающе сказал: — Благодаря сотрудничеству с главой семьи Хьюга, Ханаби прониклась ко мне доверием. Кроме того, у Ханаби очень хороший талант, и в будущем она точно сможет стать отличным ниндзя.
Хиаши, у которого вот-вот случился бы припадок, снова был ошеломлён: неужели все это было сделано специально?
Глядя на искреннее выражение лица Аобы, Хиаши хоть и был немного в замешательстве, но начал в это верить.
Ведь сейчас у обеих сторон «медовый месяц», юноша не так давно оказал им большую услугу, и не стал бы ссориться из-за такого пустяка.
Поскольку Аоба чуть отступил, Хиаши тоже не захотел углубляться в происшествие, поэтому
толкнул лодку по течению*
сказал: — Я уж испугался, а оказалось, что просто неправильно истолковал твои намерения. Ты всё продумал? Потрясающе!
*Примечание:
обр. в знач.: торопиться делать что-либо, пока есть возможность; действовать сообразно обстановке.
— Глава клана льстит мне, надеюсь, что в этом месяце мы будем хорошо сотрудничать, — серьёзно сказал Аоба.