Глава 181. Бай Юань
Слова белой птицы открыли ещё более пугающую правду.
Гу Юнь подумал, что скрытый в человеческом обществе закулисный кукловод, который незаметно и медленно превращает людей в рабов своих пороков, гораздо опаснее, чем одно большое бедствие, видимое всем.
Они могли быть кем угодно и стать кем угодно.
Особенно его встревожили слова о «Чревоугодии». Гу Юнь не ожидал, что они уже протянули свои щупальца к повседневной пище людей. От таких уловок было не защититься.
Похоже, придётся отказаться от походов в рестораны.
Если захочется чего-то вкусного, придётся ему, мастеру шашлыка, браться за дело… Вот только он давно не практиковался и не знал, не растерял ли свои навыки.
Гу Юнь откинулся на спинку жёсткого стула. Долгая ночь располагала к размышлениям.
Он думал о Стихиях, о «боге», который был источником всего, затем о богах и их последователях, о своей деревне. Перед тем как он покинул этот мир, бабушка так и не оправилась от пищевого отравления.
Закрыв глаза, он увидел в темноте её добрую улыбку.
Гу Юнь вспоминал рецепты приготовления мяса мамонта и саблезубого тигра. Когда его мысли дошли до секретного рецепта бабушки, на него наконец нахлынула сонливость.
Дыхание выровнялось. После долгого и насыщенного дня он наконец уснул.
...
Когда он проснулся, его шея затекла и болела. Он помотал головой. Снова взошло солнце, и утренний свет заливал комнату, окрашивая всё в белый цвет.
Белые занавески, белое одеяло, белая подушка и белые… ноги.
А?
Что-то было не так.
Гу Юнь протёр глаза и понял, что ему не показалось.
Одеяло на кровати было наполовину сброшено, и на ней лежала незнакомая девушка. Её белые руки и ноги были видны из-под одеяла. Изящное личико было повёрнуто к нему, а на приоткрытых губах застыла ниточка слюны. Светлые волосы выдавали в ней не местную жительницу.
В этот момент дверь в спальню открылась.
— Брат Гу Юнь, филиал нашёл для тебя квартиру… А ну стоять!
Увидев на кровати Гу Юня незнакомую девушку, которая, судя по всему, была обнажена, Шэнь Юэ почувствовала себя так, словно попала на место преступления из «Детектива Конана». В голове даже заиграла та самая тревожная музыка.
Гу Юнь, войдя, потёр затекшую шею, выглядя при этом весьма утомлённым.
«Да это же классическое поведение после содеянного!»
Если бы у Гу Юня сейчас во рту была сигарета, улика была бы неопровержимой!
Она прикинула возраст девушки на кровати. Попадись такое Конану, и Гу Юню светило бы минимум три года строгого режима.
Но тут она заметила белоснежные волосы незнакомки, которые до боли напоминали ей перья того самого голубя.
В её мозгу сверкнула молния. Фраза «истина только одна» чуть не сорвалась с языка.
— Эй! Брат Гу Юнь, как бы тебе ни хотелось, нельзя же нападать на Стихию! Она же голубь, у вас биологическая несовместимость!
— Что?
— Она лежит голая в твоей постели, тут и так всё ясно! — Шэнь Юэ дрожащим пальцем указала на спящую девушку. К счастью, наставница рано ушла на занятия, иначе, застань она эту сцену, безупречный образ старшего брата в глазах Гу Юнь был бы разрушен навсегда.
В современном мире нет оправдания тем, кто зарится на несовершеннолетних!
— Она не захотела делить диван с тобой и попросилась переночевать у меня, — Гу Юнь тоже понял, что девушка на кровати, скорее всего, и есть белая птица, но он отчётливо помнил, что перед сном та была в облике голубя. — Как она стала такой?
— Откуда мне знать?
— Её и спрашивай, при чём тут я?
Гу Юнь подошёл к кровати и, под испуганным взглядом Шэнь Юэ, поднял руку.
Шлёп!
— Ай!
Звонкий шлепок разнёсся по комнате, сопровождаемый болезненным вскриком.
Шэнь Юэ потемнела в лице. Она думала, Гу Юнь собирается сдёрнуть одеяло, но тот вместо этого влепил белой птице по лбу.
«Как в твоём стиле».
— Ты чего?! — белая птица открыла глаза, всё ещё сверкавшие, как рубины — голубиная черта идеально сохранилась и в этом облике. Удар был несильным, но напугал её до смерти.
Как ленивая птица, она больше всего боялась, что однажды, во время сна, в её комнату ворвётся отряд вооружённых до зубов охотников на демонов.
— Как ты стала такой?
— Что такое… — белая птица инстинктивно взмахнула крыльями, но вместо них увидела человеческие руки. В тот же миг её лицо переменилось, и в мозг ворвались предсмертные воспоминания.
Прошлой ночью, после того как она раскрыла Гу Юню тайны совета Стихий, на неё обрушилась волна злобы.
Вокруг сгустилась тьма, воздух стал разреженным, словно кто-то хотел её задушить.
Она, конечно, не собиралась так просто умирать и начала отчаянно барахтаться в этой тьме и хаосе.
Неизвестно, сколько времени прошло, но её руки и ноги наконец прорвали эту удушающую тьму, и она снова вдохнула долгожданный свежий воздух.
— Да, это всё потому, что ты спишь, уткнувшись носом в подушку, — Гу Юнь одним махом развеял напряжённую атмосферу, направив её в сторону фарса. Он сказал это, потому что перед сном видел, как белая птица целиком залезла под одеяло, которое надулось над ней маленьким шатром.
Он хотел было её разбудить и сказать, что так спать вредно, но потом подумал, что у Стихии, возможно, есть особая техника дыхания, и оставил её в покое.
— А, так вот в чём дело? — на лице белой птицы появилось понимание. — А я-то думала, почему они перестали меня преследовать.
— И это называется Стихия?! — Шэнь Юэ наконец нашла возможность вернуть голубке упрёки Гу Юня. — Да какая Стихия чуть не задохнулась во сне?! Ты позоришь весь их род!
Гу Юнь, наблюдая, как бездарная звезда Фонда отчитывает ленивую Стихию, внезапно понял, почему белая птица выбрала именно Шэнь Юэ.
Да они же одного поля ягоды!
— Тебе-то что! Давно я не спала в реальном мире, с непривычки и не такое бывает!
— А ты ещё не объяснила, зачем приняла этот облик! Неужели решила соблазнить брата Гу Юня? И не мечтай!
— Кто его соблазняет?! Это мой обычный человеческий облик! — парировала белая птица. Она научилась превращаться в человека в основном потому, что большинство людей не могли смириться с говорящим голубем. А в человеческом обличье ей было бы проще влиться в их общество.
Жаль только, что её план сорвался из-за вмешательства Фонда.
Тем не менее, своей внешностью белая птица была довольна. Она долго изучала материалы, прежде чем остановиться на этом образе. Главной причиной стала популярная в то время в интернете фраза:
«Все в этой стране — фанаты беловолосых».
Белый — цвет её перьев.
— Я даже имя себе придумала — Бай Юань! Ну как, звучит неплохо, правда?