Глава 139. Тихая ночь
Этой ночью Гу Тяньтянь ощутила, как её мировоззрение трещит по швам и разлетается на осколки.
Например, оказалось, что её милая и добрая сестрица Ань Лин — настоящая ведьма, а удочерённая ею Эйприл — тоже ведьма-ученица, прибывшая издалека, из самой Европы.
Брат заработал сто тысяч юаней, помогая Фонду отразить атаку могущественной ведьмы, чьё имя было окутано дурной славой.
Её классная руководительница, учительница У, втайне работала наёмницей в некой организации, куда вступила лишь с одной целью — выяснить, кем на самом деле был тот человек в плаще.
Младшеклассница Шэнь Юэ, которой она помогала с уроками, не всегда лгала. На самом деле она была «козырем» филиала Фонда в городе Икс.
«Мэри» в зеркале действительно существовала, и ритуал, который она помогла провести, был нужен для того, чтобы защитить людей от этого самого человека в плаще.
И пока они все вместе сидели за ужином, у порога их дома нёс стражу трёхглавый пёс.
А что до того дядьки по имени Ван Лу…
Кажется, он и вправду был просто безработным.
Гу Тяньтянь также узнала, что городу грозит неминуемое и страшное бедствие. Получив эту информацию, и филиал Фонда, и организация учительницы У спешно эвакуировались из города Икс, бросив его жителей на произвол судьбы. А они собрались сегодня вечером, чтобы создать временный «Союз по борьбе со стихийным бедствием».
Ей казалось, что либо с ней, либо со всеми этими людьми что-то не так.
Вероятность того, что все они, включая учительницу У, разом сошли с ума, стремилась к нулю. Но если они говорили правду, это приводило к ужасающему выводу…
Всё, что брат рассказывал ей раньше, было правдой.
Её брат не страдал тяжёлой формой «синдрома восьмиклассника». Злые духи существовали на самом деле, и он, уходя из дома ночь за ночью, действительно отправлялся изгонять их.
Хотя смутные подозрения закрадывались в её душу и раньше, Гу Тяньтянь упорно их игнорировала. Она почти гипнотизировала себя, твердя, что никаких сверхъестественных явлений не существует. Дело было не столько в неверии, сколько в отчаянном желании оградить их спокойную жизнь от потрясений.
Они с братом остались одни и с таким трудом пережили финансовый кризис. Ей не хотелось, чтобы в их жизнь вторгались новые беды.
Гу Тяньтянь сидела на диване, но слова из учебника английского не шли в голову. Мысли путались. Больше всего её удручало то, как долго она заблуждалась на счёт собственного брата.
— Брат!
— Что такое? — Гу Юнь, только что вымывший посуду, высунул голову из кухни.
Выражение его лица было спокойным, как и всегда.
— Брат, подойди, пожалуйста.
— Что, стряслось что-то? — Гу Юнь присел рядом с сестрой. Она всегда была сильной и независимой, и он редко видел её такой растерянной, целыми вечерами просиживающей на диване в оцепенении.
— Брат, это бедствие… оно очень опасное?
— Да, — кивнул Гу Юнь.
Мариан-Терезия была сильнейшей противницей, с которой он столкнулся в этом мире. Если бы он бился с ней всерьёз, с намерением убить, разрушения были бы непредсказуемы. А Сумеречная ведьма сказала ему во сне, что сила «Стихии», скорее всего, превосходит даже её собственную.
— …Ты обязательно должен идти? — осторожно спросила Гу Тяньтянь.
Она ничего не знала о другой стороне этого мира и не представляла, насколько ужасными будут последствия бедствия. Но одно сравнение заставляло страх в её сердце неудержимо расти: даже такая крупная организация, как Фонд, предпочла отступить.
На самом деле, они могли бы уехать из города Икс вместе с Фондом.
Брат только что заработал крупную сумму. Вместе с её сбережениями этого хватило бы, чтобы обосноваться в любом незнакомом городе.
Она хорошо училась и без труда нашла бы старшую школу, готовую её принять.
Сейчас никто ничего не знал. Даже если бы они уехали, никто бы их не осудил.
Гу Тяньтянь очень хотела сказать всё это брату, но слова застревали в горле.
— Конечно.
Гу Юнь заметил перемену в настроении сестры. Он почувствовал, что она ждёт от него отрицательного или хотя бы не такого уверенного ответа.
Но сколько бы раз она ни спросила, его ответ остался бы прежним.
Гу Юнь помнил, как в семь лет впервые покинул деревню, чтобы охотиться на чудовищ, потому что они угрожали овцам, которых разводила старушка. Он прошёл четыре испытания, чтобы защитить свою деревню от вторжения богов. Он штурмовал подводную тюрьму, чтобы спасти старейшину, и в одиночку противостоял судье в стане врага, чтобы положить конец долгой войне…
Всё это было топливом, которое двигало его вперёд.
Если бы он сейчас отступил, все его многолетние усилия потеряли бы смысл. Грядущее бедствие было лишь одним из многих могучих врагов на его пути.
— Тогда… я могу тебе чем-нибудь помочь?
— Можешь.
— Скажи скорее!
— Просто позаботься о собственной безопасности.
Возможно, это была лишь иллюзия, но Гу Тяньтянь показалось, что на этот раз тон брата изменился. Раньше он, скорее всего, сказал бы что-то вроде «продолжай усердно тренироваться». Но сейчас Гу Юнь был предельно серьёзен.
Отсутствие шутливых и нелепых требований лишь усилило её тревогу.
— А кроме этого?
— Больше ничего.
— Брат…
— Не надо так, будто мы прощаемся навеки, — нахмурившись, прервал её Гу Юнь. Он совершенно не понимал, почему сегодня все вокруг были охвачены тревогой. Его единственной проблемой было то, что он не мог найти этого человека в плаще. Если бы он нашёл его прямо сейчас, то покончил бы с ним меньше чем за день.
— Я никому не проиграю.
— Брат, не говори таких вещей! — Гу Тяньтянь тут же зажала ему рот. По её опыту, те, кто произносил эту фразу перед большой битвой, редко возвращались живыми.
— Я имею в виду, а что если… если Он окажется сильнее тебя?
— «Что если» не существует.
— Ну, один шанс на миллион, на десять миллионов…
— Такого тоже не существует, — отрезал Гу Юнь. И это не были слова утешения — он действительно так считал. — Постой, ты вообще на чьей стороне? Почему ты всё время говоришь, что я проиграю?
— Конечно, на твоей! Я просто волнуюсь.
Только-только развеяв недоразумения, Гу Тяньтянь отчаянно не хотела, чтобы этот момент стал концом их отношений.
— Тогда… давай на мизинчиках. Пообещай, что вернёшься.
Она знала, что Гу Юнь как никто другой держит слово. По крайней мере, до сих пор он ни разу не нарушил их уговоров.
Их мизинцы сцепились.
Тревожное сердцебиение немного успокоилось.
— Брат, прости меня… — наконец, набравшись смелости, тихо прошептала Гу Тяньтянь.
— За что извиняешься?
— За то, что не верила тебе раньше. Думала, ты меня обманываешь.
— Неважно, — махнул рукой Гу Юнь. — Раз уж ты осознала свою ошибку, можешь пробежать пару часов на беговой дорожке, чтобы укрепить выносливость.
— Брат… — Гу Тяньтянь посмотрела на беговую дорожку, а затем на тёмное ночное небо за окном.
Было уже больше десяти вечера.
— М-м?
— Может, в следующий раз? В следующий раз — обязательно!
…