Глава 121. История после дождя
— Шэнь Юань, прости… я правда не думала, что всё окажется так.
Ли Сяо уже совсем остыла. Коря себя, она и не заметила, как у Шэня на панели симпатия к нему ползла вверх: 60 → 61 → 62… В итоге остановилась на 72 — на три пункта выше прежних 69.
— Ничего, главное — разобрались, — Шэнь Юань был в хорошем настроении и великодушно махнул рукой, но тут же выдал волчью сущность, ткнул пальцем в квартиру: — Пить хочется. Дай зайду воды глотнуть?
— Шэнь Юань, опять за своё.
Она уже не верила ни одному его слову: два прошлых «налёта» перед глазами.
— Я правда пить хочу. Пообедал — и сразу к тебе, горло пересохло. Честно, только воды — и уйду.
Он давил на жалость. Этот приём уже раз сработал на Чэнь На, почему бы не повторить?
— Правда? — Ли Сяо недоверчиво оглядела его.
— Конечно.
— Тогда подожди, — она прикрыла дверь, через десяток секунд вынесла бумажный стакан, полный воды. — На, пей.
У Шэня дёрнулся глаз: будто от маньяка отбивается, ни капли доверия. Ладно, сегодня внутрь не проникнуть. Он допил воду, попрощался и пошёл к лифту.
Там стояла тётя средних лет с пакетом мусора; она видела всю сцену и, улыбаясь, сказала:
— Молодой человек, не суетись. Поспешишь — людей насмешишь.
— Как раз суетясь и успеешь на горячее, — усмехнулся Шэнь. — А медли — достанется чужим объедкам.
— Да для начала пусть разрешат-то «поесть», — прищурилась тётя.
— А кто сказал, что мне не разрешали? Просто сегодня не получилось, — хохотнул он.
Тётка промолчала: язык у молодого острый, видок неплохой — вот бы согласился «меньше работать, больше жить»… Вспомнила покойного мужа — пять квартир и восемь торговых помещений — эх, жаль. Уже выходя, увидела, как парень садится в серебристый G-класс, и мысль мигом испарилась. Хорошо, что рот не открыла: такие «волчата» редкость. Пожалуй, лучше с подружками в клуб — мальчиков вызывать. Тот Джек был ничего… В прошлый раз его подруга забрала, в этот — очередь за мной.
Шэнь, разумеется, ничего об этих мыслях не знал: узнай — лишь бы рассмеялся. «Ёршик из проволоки оставим нуждающимся».
Он только сел за руль — пришло сообщение от Ли Сяо: «Шэнь Юань, на выходных съездим куда-нибудь?»
Он улыбнулся: поездка была не зря — симпатия выросла, а сердце наставницы распахнулось.
Оговорив время, он позвонил секретарю Фу Иньцзы и распорядился: сегодня выпустить объявление — приём заявок на инкубатор до среды, 17:00, позже не принимаем; в пятницу — список прошедших предскрининг; для прошедших — в понедельник или вторник очный отбор с тестом. График плотный, придётся Фу переработать: уже начало июня, до каникул меньше месяца — надо успеть «закрепить» старшекурсниц.
Закончив, заметил несколько видео от Су Сюэвэй: стройка — по ролику с каждого из трёх этажей, по минуте с лишним; электрика готова, сейчас плиточники и маляры.
«Ты опять одна на объект?» — спросил он.
«Да».
«Попросила бы мастеров снять, чего самой мотаться?»
«Они так подробно не снимают. И я заодно смотрю качество наших работ и нюансы».
«Упрямица… — проворчал про себя он и написал: — Там до автобусов далеко. Как обратно?»
«Есть остановка. Пару раз пересесть — и нормально».
«Сколько в пути?»
«Часа два с половиной».
«Жди, я заеду», — решил он: дел особых всё равно нет.
«Не надо, не надо», — поспешно ответила она.
Он не стал спорить — дал газу.
Познакомился он с ней и правда случайно; старший прораб Гуаньтиня специально «привязал» к нему симпатичную стажёрку — шалопай.
Небо в Синчэне было серым, машин немного. Добравшись до Цинчжуху, он опустил стекло: глоток свежего воздуха и зелень озера — жить бы тут.
По дороге позвонил управляющей комплексом Гуань Шуфан — записать номер «Гелика», чтобы на ворота пустили.
К вилле приехал к четырём. Су Сюэвэй сидела на ступеньках, как котёнок, и смотрела в никуда. На ней — белая футболка и вытертые прямые джинсы. Просто и даже скромно, но тонкий нос, алые губы и белая кожа выдавали «красивый материал». Вся — тишина и спокойствие. Завидев Шэня, неуверенно поднялась.
— Долго ждала? — спросил он.
Она замотала головой:
— Н-нет.
Он улыбнулся:
— Чего ты так пугаешься, я же не съем.
Она опустила глаза. Он не стал дразнить:
— Пойдём, покажешь, как продвигается.
— Угу, — тут же оживилась: тема для неё родная. Терпеливо, подробно рассказывала о работах и «фишках» бригады — не замечая, слушает ли он. А у Шэня уши уже гудели: пришёл-то он совсем не за этим.
Поймав паузу, предложил:
— Уже вечер. Поужинаем вместе?
Она замялась, потом тихо отказала:
— Простите… Мне домой надо — маме и брату ужин готовить.
Он дальше не копал: видно, не врёт. И вообще — девушка простая, по одежде и речи семья небогатая. Отца не упомянула — тут и так понятно.
— Тогда прогуляемся? Отвезу тебя потом.
На этот раз Сюэвэй кивнула и пошла следом.
Вдоль дороги вокруг озера тянулась тропка из синего кирпича — для прогулок: зелёная вода рядом, вдали — горы. Ветер шевелил её хвостик, и он, обернувшись, спросил:
— Красиво?
— Угу, — тихо.
Он внезапно остановился — и она, не успев, врезалась ему в спину. Шэнь усмехнулся: футболка хоть и свободная, «капитал» под ней чувствовался. Есть чем похвастаться.
Сюэвэй сразу отступила, настороженно глянув на него — с лёгким стыдом и злостью. Он промолчал и пошёл дальше, было хотел повторить «фокус», но теперь она держалась на расстоянии.
Через минут десять он глянул на часы: почти пять, затягивать нельзя — девушке ещё готовить. Собрались возвращаться — и тут небо разверзлось. Крупные капли забарабанили по ним.
Он смахнул воду с лица, огляделся: только в сотне метров был щит с объявлениями — под ним можно укрыться.
— Давай туда, — предложил он.
— Угу.
Она подняла ладони над головой, пытаясь укрыться, но что там этими ладошками от такого ливня… Чтобы не промокнуть до нитки, пришлось бежать.
На бегу Шэнь невольно посмотрел на неё: белая футболка уже промокла, под ней просвечивал молочный бюстгальтер. Каждый шаг заставлял мягкие «фары» пружинить — как изящный танец. Глаза радовались.
Спрятались под козырёк. Дождь и не думал стихать. Сюэвэй тяжело дышала, щеки горели, грудь высоко вздымалась. Заметив, как она «просвечивает», быстро скрестила руки на груди, прикрывая «пейзаж».
Шэнь хотел было держаться как джентльмен и глядеть в сторону, но один случайный взгляд на полупрозрачную ткань — и от намерения «быть Ляо Сяохуем» не осталось следа.
— Н-не смотри! — прошептала она, уткнувшись взглядом вниз.
— Я и не смотрю. Я… поглядываю, — невинно возразил он.
От такой «логики» у неё не осталось аргументов; шея и уши вспыхнули. «Нахал!»
Ветер потянул дождь под углом, и её нижняя половина снова начала мокнуть. Пришлось поджаться поближе к нему. Почувствовав мягкое плечо рядом, он сам собой обнял её за плечи.
Она дёрнулась, пытаясь высвободиться, но места мало, ливень стеной — прятаться негде. Он приобнял плотнее:
— Так уже не холодно?
Сюэвэй стиснула зубы: она вообще-то ни разу не говорила, что ей холодно. Впервые в жизни её так держал мужчина — и мурашки потекли от плеч по всему телу, будто муравьи бегают. Она подняла глаза на него: «Бессовестный…»
(конец главы)