Глава 268. Откуда взялся этот всемогущий монстр! (Часть 2)
Убедившись, что корпоративные акулы не запрятали в тексте никаких подводных камней и кабальных условий, Тамура с облегчением кивнул. Подписи были поставлены, печати с глухим стуком опустились на бумагу.
Сделка была заключена.
Остаток встречи прошел в традиционном японском стиле: море церемонных поклонов, водопад вежливых комплиментов и дежурных улыбок. Вскоре официальная часть была завершена.
Минору, абстрагировавшись от этой светской мишуры, не отрывал горящего взгляда от своей копии контракта. Сумма вознаграждения черным по белому гласила: 31 000 000 иен.
Он с наслаждением выдохнул, чувствуя, как с плеч падает невидимый груз.
Использование жизненных симуляций, бессонные ночи, мозговые штурмы напару с Китадзуми Арихой, бесконечные правки и полировка сюжета... Ни одна капля пота не была пролита зря.
— Наконец-то... они мои, — прошептал Минору, любовно щелкнув ногтем по хрустящей бумаге.
В последнее время тотальная, всеобъемлющая бедность сковывала его по рукам и ногам.
Это было похоже на злую шутку вселенной. Будучи одним из самых востребованных кояку в стране, зарабатывая бешеные гонорары, на руках он не имел ровным счетом ничего. Карманы были пусты, как барабан.
Ну где вы еще найдете в индустрии первоклассного кояку с такой нищенской судьбой?
Другие дети-звезды в его возрасте уже успевали сколотить такие состояния, что могли бы безбедно существовать до глубокой старости, ни в чем себе не отказывая.
Разумеется, это было лишь мимолетное, почти шутливое ворчание. В глубине души Минору прекрасно осознавал свой невероятный прогресс.
Прошло всего-то полтора года с того момента, как он выкарабкался из самого зловонного дна актерского рейтинга. И за этот ничтожный срок он уже умудрился заработать в общей сложности пятьдесят миллионов иен. Результат, недостижимый для 99 процентов его сверстников.
Решительным усилием воли выкинув из головы все меркантильные расчеты, Минору сладко, с хрустом потянулся.
Теперь оставалось самое главное.
Конечно, ему хотелось бы отснять материал за пару дней и забыть об этом, но реальность кинематографа диктовала свои суровые правила. Рекламный ролик — это не любительское видео. По уровню подготовки и количеству реквизита качественная реклама ничуть не уступает полноценным телесериалам или полноментражкам.
А уж если речь заходит о масштабном промо-видео для железнодорожной монополии...
Одна только процедура выбора подходящей станции, согласования перекрытия путей и изменения графиков движения поездов могла заставить поседеть целую армию клерков Сагами. Добавьте к этому поиск крутой съемочной группы, кастинг, найм массовки...
По самым скромным прикидкам Минору, основанным на болтовне Хосокавы Сибасэн — признанной королевы рекламных контрактов, — у Сагами на всю эту бюрократическую волокиту должен был уйти минимум месяц.
И все же...
— Я, конечно, знал, что они крутые, но чтобы настолько... — изумленно выдохнул Минору, озираясь по сторонам.
Он стоял посреди съемочного павильона, где десятки техников, словно муравьи, уже суетились вокруг камер и осветительных вышек.
Прошло ровно восемь дней. Восемь! И Железнодорожная компания Сагами уже выстроила декорации, наняла персонал и запустила маховик съемок.
— А масштабы-то какие... — Минору в шоке покачал головой, разглядывая толпу из сорока актеров, среди которых то и дело мелькали до боли знакомые, медийные лица.
Деньги. Вот она, грубая, первобытная сила капитала.
В своем первоначальном сценарии, желая показать быстротечность времени и взросление главных героев, Минору планировал обойтись малой кровью — парочкой склеек повседневных сцен, где актеров просто чуть-чуть состарят гримом.
Но боссы Сагами решили иначе. Зачем экономить, если можно швырнуть в экран пачки купюр? Для создания эффекта плавного, реалистичного течения времени они наняли СОРОК разных актеров всех возможных возрастов!
Здесь были и десятилетние кояку, ровесники Минору, и дерзкие подростки, и зрелые, состоявшиеся актеры за тридцать.
Даже страшно представить, в какую астрономическую сумму вылился один только кастинг этой оравы.
Хотя Минору и догадывался о бездонных карманах железнодорожных магнатов, сейчас он понял, что его фантазии были слишком скромными.
Пока он стоял, парализованный размахом происходящего, сбоку вдруг раздался знакомый, чуть насмешливый голос:
— Ого? Неужто это наш малец Китадзуми?
Минору резко обернулся. Прямо на него, добродушно улыбаясь, вышагивал мужчина средних лет в небрежно накинутом пиджаке.
— Дядька Хонма? — брови мальчика взлетели вверх от искреннего удивления.
Это был Хонма Ёсихико, режиссер, с которым они вместе прошли огонь и воду на съемках фильма «Похищение Нацуко».
— Он самый, — Хонма усмехнулся, но в его глазах читалось явное недоумение. — Малец Китадзуми, ты тоже будешь сниматься в этой рекламе?
Режиссер был искренне сбит с толку. Буквально пять минут назад он внимательно изучил весь список актерского состава, и имени «Китадзуми Минору» там и в помине не было.
Более того, он прочитал сценарий. Там черным по белому прописаны роли отца и дочери! Какого черта тут забыл мальчик-актер?
Но не успел Хонма задать свои логичные вопросы, как Минору перешел в стремительную контратаку:
— Дядька Хонма, я чего-то не понимаю... Вы ведь матерый кинорежиссер, снимаете серьезные фильмы. Что вы забыли на съемочной площадке какого-то рекламного ролика? — Минору прищурился. — Признавайтесь, перешли дорогу кому-то из высшего руководства телеканала?
Они давно уже вышли за рамки формальных отношений, поэтому Минору не стеснялся в выражениях и бил прямо в лоб.
Но эти бесцеремонные слова едва не довели Хонму до инфаркта. Он гневно сверкнул глазами на нахального мальчишку.
Впрочем, доля истины в словах Минору была. Для Японии это было негласным правилом: съемками рекламы занимались либо зеленые новички, либо режиссеры-неудачники, перебивающиеся с хлеба на воду.