Глава 111. Ину-сару-но-нака заклятый враг Хонмы Ёсихико (Часть 2)
Её лицо стало бордовым, как переспелый томат, от жгучего стыда за собственные греховные помыслы. Она сидела, открывая и закрывая рот, словно выброшенная на берег рыба, не в силах вымолвить ни слова.
Тем временем Минору, устав ждать, взял инициативу в свои руки.
— Ну так что, тётушка? — он повернулся к ней, слегка склонив голову. — Ты уже решила, чего хочешь?
— А? — вздрогнула Ариха, вырванная из пучины своих развратных грез его спокойным голосом.
Действительно… такой шанс выпадает раз в жизни. Нельзя его упускать!
«Нужно придумать что-то по-настоящему дерзкое! — мысленно подбодрила она себя. — Ушки и колыбельные — это удел слабаков! Я хочу более глубокого, более интимного контакта!»
Сжав кулачки так, что побелели костяшки, она набрала в грудь побольше воздуха, густо покраснела и, выставив вперед один дрожащий указательный палец, наконец-то озвучила свою просьбу.
— М-можно… можно мне хидзамакуру? Пожалуйста, Минору…
Для неё это был абсолютный предел — положить голову на его колени вместо подушки. На что-то большее её извращённой, но всё же робкой фантазии просто не хватило. Да она бы и не осмелилась произнести ничего более откровенного вслух!
Её голос звучал тише шелеста осенних листьев. Казалось, одно только произнесение этих слов выпило из неё все жизненные силы без остатка.
— … — Минору непонимающе уставился на неё. — И всё? Тебе правда хватит только этого?
Он был искренне озадачен.
Учитывая, что в этот раз он сам, по собственной воле предложил ей награду, Минору внутренне приготовился к самому худшему. Он ожидал, что тётушка сорвётся с цепи и потребует чего-то совершенно немыслимого — как минимум спать с ним в одной кровати в обнимку до конца месяца.
А тут… такая скромная, почти невинная просьба?
Это никак не укладывалось у него в голове.
Но Ариха лишь медленно покачала головой, а на её лице расцвела тихая, невероятно нежная улыбка.
— Да… — прошептала она. — Этого более чем достаточно.
И это было правдой.
Абсолютной и непреложной.
Неважно, что именно делал Минору. Неважно, какие грандиозные награды он мог бы ей предложить. До тех пор, пока она могла находиться рядом с ним, чувствовать его тепло и слышать его голос… её душа была наполнена абсолютным, безоблачным счастьем.
---
Поскольку все юридические дрязги были полностью переданы в надёжные руки Ямады Юко, Минору наконец-то смог выдохнуть и переключить всё своё внимание обратно на работу.
И первым в списке дел значился разговор с его менеджером — Тамурой Кодзи.
Из-за того беспрецедентного инцидента на премьере «Похищения Нацуко», когда менеджер буквально вывел своего подопечного из зала в самом разгаре мероприятия, начальство не могло закрыть на это глаза. Тренировочный центр кояку «AR» квалифицировал этот поступок как «самоуправство и нарушение профессиональной этики». Приговор был суров: штраф в размере двадцати процентов от заработной платы.
Подобная мера наказания для человека, живущего на зарплату корпоративного служащего, была отнюдь не пустяковой. Лишиться разом пятой части своего ежемесячного дохода — это серьезный удар по бюджету, способный выбить почву из-под ног у кого угодно.
Чувствуя свою ответственность за произошедшее, Минору решил действовать. Он планировал незаметно выделить необходимую сумму из своего личного актерского гонорара и полностью компенсировать Тамуре все финансовые потери. В конце концов, это именно он отдал прямой приказ увезти его с той злополучной премьеры.
Однако реакция менеджера оказалась совершенно не такой, какой ожидал мальчик.
Услышав предложение, Тамура лишь добродушно рассмеялся и отмахнулся, словно речь шла о сущих копейках.
— Забудьте об этом, Китадзуми-кун, — в его голосе не было ни капли сожаления. — Тот, кто физически увёл вас из зала под прицелом десятков камер, — это я. И как взрослый человек, принимая это решение, я прекрасно отдавал себе отчёт в последствиях. Я был готов к этому наказанию с самого начала.
Тамура Кодзи не был наивным юнцом.
Он с самого начала чётко понимал, какой грандиозный скандал вызовет этот демарш и как сильно разозлится руководство. Но он всё равно сделал это.
И причина была до банального проста.
С самого начала их сотрудничества Минору демонстрировал невероятный для своего возраста профессионализм. Он делал работу менеджера до смешного лёгкой. Более того, Тамура видел истинный масштаб таланта этого ребенка. Он осознавал, что перед ним — будущая суперзвезда, гений, который перевернёт индустрию.
Что такое потеря двадцати процентов зарплаты по сравнению с доверием такого феномена? Ничто. Пыль.
Тамура был уверен: пока он крепко держится за этого мальчика, пока их связывают узы профессиональной преданности, его собственная карьера в агентстве неизбежно пойдет в гору. Повышения, премии, статус старшего менеджера — всё это лишь вопрос времени. Заплатить такую ничтожную цену за то, чтобы укрепить отношения с главной восходящей звездой агентства? Да он бы согласился на это, даже не раздумывая!
— Не берите в голову, правда, — ещё раз с улыбкой повторил он.
Минору не стал настаивать вслух. Но глубоко внутри себя он сделал пометку, крепко запечатлев этот поступок в памяти.
В этом жестоком взрослом мире не каждое доброе дело нужно озвучивать и облекать в слова благодарности. Но забывать о тех, кто пожертвовал собой ради тебя, — это верный путь к тому, чтобы остаться в одиночестве. Он обязательно вернёт этот долг, когда придёт время.
Уладив вопросы с Тамурой, мальчик перевёл своё внимание на главную арену — прокат фильма «Похищение Нацуко».
Как ни странно, вся та грязь, что вылилась в сеть благодаря интригам Михару Юкако, ни коим образом не навредила расписанию релизов. Более того, эффект оказался прямо противоположным.
Благодаря хитроумной стратегии, которую Минору развернул в интернете, умело манипулируя общественным мнением, фильм получил такой колоссальный, бесплатный приток рекламного трафика, о котором продюсеры не могли даже мечтать.
Ведь главную роль — ту самую похищенную Нацуко — исполнял не кто иной, как мальчик, оказавшийся в самом эпицентре национального скандала! Миллионы глаз были прикованы к его имени.
Это был феноменальный, безоговорочный успех.
Хонма Ёсихико, режиссер картины, был на седьмом небе от счастья. За последние двое суток он оборвал телефон Минору, раз за разом названивая ему лишь для того, чтобы захлёбываясь от восторга хвастаться растущими показателями вовлечённости и предварительными продажами билетов.
Для любого профессионала индустрии не секрет, что грамотная пиар-кампания — это фундамент кассового успеха. Особенно это критично в день премьеры. Огромная доля кассовых сборов первого уикенда напрямую зависит от того, насколько громко о фильме кричали из каждого утюга накануне.
Слушая радостный, почти истеричный смех режиссёра в трубке, Минору тоже почувствовал, как тяжёлый камень падает с его души.
Признаться честно, в глубине души он всё же опасался, что вся эта грязная возня со стороны безумной мамаши может поставить крест на его едва начавшей набирать обороты карьере. Но судьба распорядилась иначе, преподнеся ему царский подарок.
«Похищение Нацуко» буквально оседлало цунами хайпа, не потратив на это ни единой иены из рекламного бюджета.
Конкуренты, выпускающие свои фильмы в те же даты, должно быть, сейчас рвали на себе волосы от чёрной зависти, наблюдая за этим безумием. С точки зрения маркетинга, позиция их фильма была абсолютно неуязвимой.
«Что ж… как я и думал, в этом мире всегда найдутся те, кто обожает наблюдать за чужими драмами», — усмехнулся Минору, пролистывая ленту новостей на экране смартфона.