Глава 95. Как ты думаешь, что такое любовь (Часть 2)
Однако эти доводы разбились о гранитную уверенность мангаки.
— Неужели «Сказание о Мастере Меча» нуждается в этой дешевой мишуре? — Ватанабэ Сингэцу пренебрежительно отмахнулся, словно отгоняя назойливую муху. — Само название моего произведения — это уже бренд.
И крыть здесь было нечем. Невероятный успех манги зиждился на прочном фундаменте из гениального сюжета и любви миллионов фанатов. Даже без всяких киноадаптаций история о мастере меча непоколебимо возвышалась на Олимпе японской комикс-индустрии, оставаясь одним из ее главных столпов.
— Я лишь озвучиваю потенциальные риски и выгоды с точки зрения бизнеса, господин Ватанабэ, — примирительно поднял руки продюсер Аида, верный своей привычке выходить сухим из воды. И, ловко уклонившись от прямого столкновения, перевел стрелки: — А что скажет режиссер Танака?
Услышав это, Танака Кэндзо чуть не заскрежетал зубами, одарив продюсера полным ярости взглядом. «Вот же старый лис!» — мысленно выругался режиссер. Заботясь лишь о чистоте собственного мундира, этот скользкий тип изящно перекинул горящую картофелину ответственности прямо ему в руки. И самое паршивое заключалось в том, что по статусу главного постановщика он просто обязан был эту картофелину поймать.
С трудом подавив тяжелый вздох, Танака Кэндзо приготовился вынести свой вердикт. Но слова застряли комом в горле, так и не успев обрести форму. Наткнувшись на тяжелый, немигающий взгляд Ватанабэ Сингэцу, режиссер отчетливо прочитал в нем недвусмысленную угрозу: «Только попробуй не выбрать этого пацана, и я устрою тебе сладкую жизнь».
В груди Танаки всколыхнулась волна удушающей обиды. Какая вопиющая несправедливость! Ведь это он, Танака, с самого начала входил в «фракцию защитников Китадзуми». Это Ватанабэ плевался ядом и метал молнии, категорически отвергая кандидатуру мальчика. Каким образом роли так резко поменялись, что теперь он, режиссер, оказался под прицелом всеобщего недовольства?
От этого резкого контраста у Танаки Кэндзо закружилась голова. Он рассеянно почесал макушку, с тоской подумав о том, что если он продолжит работать с Киностудией «Кадокава», то седина и лысина настигнут его гораздо раньше положенного срока.
Издав протяжный, полный вселенской скорби вздох, режиссер покорно махнул рукой:
— Я считаю, что Китадзуми отлично справился. Берем его.
На столь редкой ноте единодушия, без долгих споров и кровопролитных баталий, великое жюри быстро утвердило актера на самую сложную и противоречивую роль проекта.
Тем временем виновник торжества не спешил покидать поле боя. Вооружившись своей самой обаятельной улыбкой, Минору таскал за собой опешившего Тамуру Кодзи от одной группы людей к другой, методично заводя полезные знакомства среди менеджеров и других юных дарований.
Лишь спустя долгий час напряженной дипломатической работы он позволил себе выдохнуть. Плоды этих трудов превзошли все ожидания: карманы мальчика отяжелели как минимум от двадцати хрустящих визитных карточек, каждая из которых могла стать ключом к новым горизонтам.
И дело было не только в количестве. Видимо, то демоническое выступление на сцене оставило в сердцах присутствующих неизгладимый след. Стоило Минору с обезоруживающей детской непосредственностью подойти и поздороваться, как маститые менеджеры из элитных агентств, которые раньше и в сторону Тренировочного центра кояку «AR» не плюнули бы, внезапно расплывались в приторных улыбках и заискивающе тянули руки к Тамуре Кодзи.
Для Тамуры происходящее казалось сюрреалистичным сном. Будучи рядовым сотрудником агентства, плетущегося в хвосте рейтингов, он впервые в жизни оказался в эпицентре такого почтительного внимания со стороны акул бизнеса.
И причиной этого невероятного преображения реальности был лишь один человек.
«А наш Минору и впрямь творит чудеса», — с благоговением думал Тамура Кодзи, обмениваясь дежурными любезностями с очередным вальяжным агентом.
Если положить руку на сердце, то в тот момент, когда Ёсимото Цукиносукэ завершил свой безупречный монолог, Тамура был готов посыпать голову пеплом. Ему казалось, что исход битвы предрешен. Да, в таланте своего подопечного он не сомневался ни секунды, но против природы не попрешь. Возраст и рост — это те физиологические преграды, которые невозможно перепрыгнуть на одном лишь голом энтузиазме.
Но как же жестоко он ошибался! Стоило Минору выйти в центр зала, как все законы логики разбились вдребезги. Его игра была настолько феноменальной, настолько филигранно точной, что не оставляла критикам ни единого шанса. Тот тяжелый, пронизывающий насквозь взгляд исподлобья, та леденящая аура истинного убийцы и техника владения клинком, отточенная до пугающего совершенства... Все это создавало столь мощную иллюзию реальности, что жалкая разница в сантиметрах и годах просто растворялась в воздухе.
В этот момент грудь Тамуры Кодзи наполнилась горячим чувством абсолютной правоты. Какое счастье, что он поставил все фишки именно на этого гениального чертенка! Упусти он этот бриллиант, и муки совести терзали бы его до конца дней.
Пока Тамура Кодзи купался в лучах чужой славы и заводил светские беседы, Минору тоже зря времени не терял, сплетая сети в кругу своих сверстников.
Да, в глазах некоторых детей все еще тлели угольки обиды и затаенной зависти к тому, кто играючи увел у них из-под носа заветную роль Аоки Кэнъити. Однако детская природа брала свое. Пусть многим из них уже перевалило за десяток, и провести их на мякине было не так-то просто, для Минору, чье сознание хранило опыт двадцатисемилетнего взрослого мужчины из прошлой жизни, эти надутые щеки и скрещенные на груди ручки казались не более чем забавной игрой. Манипулировать этими наивными душами для него было проще простого.
— Ого, так ты фанатеешь от Камен Райдера? — Минору расплылся в самой что ни на есть искренней и светлой улыбке, заглядывая в глаза угрюмому мальчишке. — У тебя отличный вкус! Я тоже от него без ума. Слушай, а давай дружить? Как-нибудь я с радостью загляну к тебе в гости, похвастаешься своей коллекцией фигурок, идет?
— Да ладно? Ты больше любишь аниме для девочек? — сочувственно склонив голову набок, Минору крепко и по-товарищески пожал руку другому, залившемуся краской пареньку. — А что в этом такого? У каждого свои увлечения! Давай обменяемся контактами, потом обязательно обсудим последние серии, договорились?
— Привет! Я за тобой еще с самого начала наблюдаю. Чего грустишь тут один в углу? — звонко поприветствовал он третьего. — О, рубишься в мобилки? Классная тема, я тоже иногда зависаю. Давай скорее свой Лайн, добавлю тебя в друзья. Будем вместе проходить сложные уровни! — Ловко отсканировав QR-код своим смартфоном, Минору с довольным видом вернул гаджет опешившему собеседнику.
— Пусть еще час назад мы и были конкурентами, — эти слова из его уст звучали как заклинание. — Но ведь это не мешает нам стать друзьями, правда?
Порхая от одной группки к другой словно неутомимая бабочка, Минору методично и хладнокровно пополнял свой список «лучших друзей». В конце концов, это тоже была часть грандиозного плана. Индустрия развлечений непредсказуема, словно рулетка в казино, и кто знает, в какой момент один из этих прыщавых мальчишек внезапно взлетит на вершину славы и станет суперзвездой? Инвестиции в полезные связи окупаются всегда, и закладывать фундамент нужно было прямо сейчас.