Глава 242 «Неужели Царь-пушка – это просто пасхалка»
— Ну и ну, вот это да! Теперь понятно, почему ее прозвали Царь-пушкой!
— Одного не пойму: насколько же самовлюбленным должен быть его величество царь, чтобы водрузить собственную статую прямо перед дулом этого орудия?
Андрей лишился дара речи, когда увидел установленную на передней части локомотива латунную фигуру царя, чей облик и поза подозрительно напоминали знаменитый конный портрет Наполеона.
Честно говоря, вместо этого самолюбования лучше бы они прицепили туда статую Хладнокровной Леди. От нее, по крайней мере, можно было ожидать какое-нибудь благословение, а на что способен царь? Но поделать Андрей ничего не мог – пушку строили на царские деньги. Ему оставалось лишь ворчать, ведь скинуть статую вниз никто бы не позволил.
Хотя, по его мнению, подобный нарциссизм граничил с безумием – сам Андрей скорее бы умер со стыда, чем сотворил нечто подобное.
Оставив в покое личность монарха, Андрей принялся внимательно изучать само чудовище войны. Во многом оно напоминало легендарное орудие «Дора», но имелись и существенные отличия. Мало того что калибр был заметно больше, так еще и ствол казался невероятно массивным.
Подойдя к самому жерлу, Андрей присмотрелся к толщине металла. То ли технологии литья оставляли желать лучшего, то ли была иная причина, но стенки ствола выглядели гораздо толще, чем у «Доры». Если бы не современная оснастка прочих узлов, Андрей решил бы, что перед ним гигантская османская бомбарда Урбан.
Вдобавок ко всему, внешняя поверхность пушки была щедро украшена резьбой и барельефами. Было ли это проявлением простого, «императорского» вкуса царя или в этом крылся какой-то тайный смысл, но даже стенки этой суперпушки были покрыты слоем латуни. Все орудие сияло золотом и в сочетании со статуей впереди походило скорее на выставочный экспонат или чудо света, чем на боевую технику.
— Генерал-полковник, что это за штуковина? Невероятно… — пробормотал стоявший рядом солдат. Андрей лишь покачал головой:
— Не спрашивай, сам не знаю. Впервые вижу пушку такого размера.
Николаев, прибежавший вместе с ним встречать эшелон, недоуменно посмотрел на командира:
— В чем дело, генерал? Вы что, прогуливали занятия в академии? Если мне не изменяет память, прямо перед входом в Военную академию всегда стояла такая Царь-пушка. Ее невозможно было не заметить.
Андрей раздраженно закатил глаза, глядя на своего пожилого начальника штаба:
— Послушай, я же говорил, что у меня была амнезия. Я ничего не помню! Я даже забыл, как выглядел мой отец, генерал-полковник Константин, что уж говорить о какой-то вычурной пушке.
Следом за платформой с орудием шли специальные вагоны для артиллеристов. Только для обслуживания и повседневного ухода за этим монстром требовалось более восьмисот человек. А если учесть инженерный полк, который в случае необходимости должен был прокладывать для пушки отдельные железнодорожные пути, то общая численность персонала превышала две тысячи! Андрей мог лишь констатировать: царю явно некуда девать деньги. С таким же успехом он мог бы потратить эти средства на формирование целой бронетанковой дивизии.
Помимо самих артиллеристов, Андрей заметил в хвосте состава приданный орудию хор. Трудно было сказать, участвовала ли Церковь Зимы в создании пушки или армия просто хотела получить благословение Хладнокровной Леди для своего детища. Но когда Андрей увидел толпу священников в сине-белых облачениях, которые под руководством лысого старика дружно затянули гимны, он едва сдержался, чтобы не расхохотаться.
— Серьезно, если этих ребят подвергнуть механизации и переодеть в красные рясы, то эта пушка станет идеальным косплеем на «Каратель» из той старой игры, — пробормотал один из игроков, пришедших поглазеть на диковинку. Другие игроки в это время активно фотографировались на фоне золоченого ствола.
Несмотря на то что это было игровое «чудо света», его гротескный вид притягивал их как магнит. Ни в одном другом военном симуляторе они не встречали столь свирепого и одновременно пафосного орудия.
— Полковник, у меня вопрос: как вы вообще управляетесь с этой махиной? — Обратился Андрей к офицеру, стоявшему у платформы.
Командир орудия выглядел так, словно его только что сорвали с парада. Все артиллеристы были облачены в пышные красно-зеленые мундиры, а сам полковник в своей парадной форме напоминал офицера эпохи Наполеона. Глядя на обилие аксельбантов, эполет и огромный султан из перьев на его шляпе, Андрей невольно сравнил его с расфуфыренным павлином.
— Все просто: заряжаем снаряд и пороховой заряд, а затем наводимся с помощью рукояток. Чтобы ворочать этой дурой, империя даже специально модифицировала мехи «Испепелитель»! — Ответил полковник Кончак, указывая на три замершие неподалеку машины.
У одного «Испепелителя» манипуляторы были заменены на огромные клешни – в его задачу входило подхватывать подаваемые снаряды и с силой загонять их вместе с зарядами в казенник. Две другие мехи обладали более гибкими конечностями: они вращали маховики горизонтальной и вертикальной наводки.
— Выглядит неплохо, — кивнул Андрей. — Но сколько времени уходит на весь цикл от прицеливания до выстрела?
Ему не терпелось сравнить это детище Кембрия с земной «Дорой». С точки зрения заряжания и наводки местная пушка казалась совершеннее. На Земле для проталкивания снаряда в казенник «Доры» использовали модифицированный танк Т-II, который по маневренности явно уступал мехе с манипуляторами. Это был первый плюс в пользу Царь-пушки.
Вторым преимуществом была скорость наводки. На Земле расчет «Доры» вращал маховики вручную, и из-за огромного передаточного числа шестерен ствол смещался на считаные доли градуса за множество оборотов. Здесь же мехи вращали гигантские колеса диаметром не менее пяти метров. Наводка явно была быстрее, хотя, вероятно, и грубее. А если добавить к этому превосходство в калибре, получалось, что Кембрийская империя всухую выигрывает у инженерного гения Земли.
— Генерал, если работает опытный расчет, то на наводку с нуля и выстрел уходит около пятнадцати минут. Но если угол обстрела уже задан, мы можем вести огонь с интервалом в пять минут.
— Ого, так быстро? — Андрей был искренне поражен. На Земле «Дора» делала в лучшем случае один выстрел в час. Местная техника опережала ее на порядок.
— А как насчет охлаждения? С такой толщиной ствола оно должно быть серьезной проблемой, — с сомнением спросил Андрей. Он помнил, что у сверхтяжелых орудий живучесть ствола была крайне низкой, а перегрев мог привести к катастрофе. Ему совсем не хотелось, чтобы этот монстр взорвался прямо на его позициях.
— Не беспокойтесь, вопрос охлаждения решен. В этом и заключается главная задача хора! — Полковник Кончак небрежно указал на священников. — Видите этих людей из Церкви Зимы? Их божественная магия льда идеально подходит для охлаждения каморы. После каждого выстрела хор запевает молитву, и проблема перегрева исчезает!
Андрей промолчал. Мир становился все более сюрреалистичным. Что ж, раз так – пора вступать в бой.
Под предлогом осмотра Андрей поднялся на платформу, чтобы прикинуть, сколько игроков потребуется для управления орудием. К сожалению, в одиночку тут было не справиться. Один должен нажимать на спуск, другой – управлять мехой-заряжающим, еще двое – наводить ствол. Плюс те, кто подвозит снаряды. Получалось, что это не отдельный юнит, а сложный механизм, требующий слаженной работы целой группы.
Андрей нахмурился. Командная работа никогда не была сильной стороной игроков. Он надеялся, что, взяв управление в свои руки, они смогут палить раз в минуту, но реальность оказалась сложнее. Вряд ли игроки смогут превзойти в скорости натренированный кадровый расчет.
— Когда вы выдвигаетесь? — Спросил он полковника, вспомнив, что пушка идет транзитом в Петроград. Даже по протекции отца она не задержится здесь надолго.
— Генерал, мы можем остаться здесь на сутки, до рассвета, — подумав, ответил Кончак. — В течение этого времени вы можете распоряжаться нашей огневой мощью. Мы обеспечим вам поддержку!
Андрей просиял. Он хлопнул полковника по плечу, пообещав пригласить его в гости, и велел немедленно разворачивать орудие. Его войска как раз вели тяжелое наступление, и мощная поддержка была нужна как никогда.
Тем временем армия Черного Орла увязла в лесах, пытаясь отбиться от наседающих игроков. После кровопролитной схватки в чаще большая часть пехоты врага была уничтожена, а уцелевшие бронетанковые части начали поспешное отступление, бросив заслоны на произвол судьбы. Артиллерия и танки Черного Орла оказались бессильны против KV-1.
Когда эти тяжелые махины впервые появились на поле боя, противник впал в ступор. Стандартные 75-миллиметровые пушки не пробивали лобовую броню даже с близкого расстояния. Попытки бить по гусеницам или в заман башни тоже не давали результата – в каждом танке сидел игрок-инженер. Как только машину подбивали, он тут же выбирался через нижний люк и в рекордно короткие сроки возвращал танк в строй. А учитывая, что вокруг бегали толпы ремонтников, KV-1 казались буквально бессмертными.
— Внимание, они отходят! Жмите их! — Завидев отступающие мехи врага, игроки, не обращая внимания на вражескую пехоту, рванули вперед.
Они давили газ в пол, не заботясь о флангах и прикрытии. Сопровождавшие их обычные солдаты Кембрия лишь бессильно матерились, пытаясь на своих двоих угнаться за стальными колесницами.
— Сука! Сдохни! — Выдохнул один из солдат, с трудом переводя дух и вонзая штык в грудь врага. Он не понимал, как гвардейский штурмовой отряд генерала выдерживает такой темп. Игроки носились по полю боя, словно не зная усталости. Пока обычный солдат тратил силы на одну схватку, игрок успевал прикончить троих за десять секунд.
Их удары были неестественно точными. Если обычный пехотинец целил в живот, чтобы штык не застрял в ребрах, то игроки кололи точно в сердце, словно следуя невидимым игровым алгоритмам. Впрочем, и ранение в живот для солдат Черного Орла было фатальным – мучительная боль от развороченных кишок мгновенно выводила их из строя, оставляя лишь возможность для добивания.
В этот момент из тыла прискакали кавалеристы, трубя в свистки:
— Прекратить движение! Всем бронемашинам немедленно отойти! Сейчас ударит артиллерия! Перед вами зона огневого поражения!
Солдаты, глядя на уходящие вдаль танки, только сплюнули. Попробуй догони этих безумцев! Но игроки тоже получили системное уведомление от Андрея.
— Что за дела? Почему отступаем?
— Черт, это же та Царь-пушка!
До многих дошло не сразу, но вскоре в чатах замелькали скриншоты того самого золоченого монстра. Игроки мгновенно оценили масштаб грядущего бабаха.
— Ого! Глядите, сейчас будет мастер-класс! Уходим!
— Кажется, генерал решил устроить Черному Орлу «окончательное унижение» своим огромным и толстым… стволом!
— Я не уйду! Хочу увидеть это вблизи!
— Увидеть такой взрыв и умереть – оно того стоит!
Андрей не ожидал, что некоторые фанатики предпочтут остаться в зоне поражения ради зрелища. Для них эта пушка была уникальным игровым событием, которое случается раз в жизни. Жаль, что, по их словам, это был чисто сюжетный объект, и скрафтить себе такой «игрушечный» танк они не могли. Такая махина была бы куда круче любого бронепоезда.
Убедившись, что основная масса войск отошла, Андрей подал сигнал полковнику Кончаку.
— Все готово, маленький генерал! Смотрите и учитесь! — Прокричал Кончак. — ОГОНЬ!!
Андрей готов был поклясться, что полковник репетировал этот выкрик годами. Трудно было представить, каким талантом нужно обладать, чтобы превратить команду «Огонь» в подобие оперной арии.
Под этот пронзительный, торжественный голос расчет нажал на спуск.
БА-БАХ!
В первый миг Андрею показалось, что прямо над ухом ударила молния. Земля под ногами содрогнулась, словно при землетрясении, подбросив его вверх. Гигантское облако дыма и пыли мгновенно окутало орудие, а сама суперпушка из-за чудовищной отдачи откатилась по рельсам далеко назад.
Глядя на расстояние, на которое откатывалось орудие, Андрей сразу понял: после каждого выстрела эту махину наверняка придется наводить заново.
Даже если заранее измерить дистанцию отката, возможности управления поездами в эту эпоху вряд ли позволят вернуть состав в исходную точку с идеальной точностью. Артиллеристам в любом случае придется использовать приборы для микрорегулировки.
Хотя возиться с ней было ох как непросто, грохот при выстреле стоял поистине неописуемый!
Солдаты, стоявшие вокруг Андрея, ошеломленно взирали на это чудовище, словно не в силах поверить, что их империя способна породить столь кошмарную машину войны.
Игроки же и вовсе зашлись в восторженном вое, подобно стае волков. Каждый из них буквально горел желанием стащить стоящих у суперпушки артиллеристов вниз и самолично встать за управление.
Сказать по правде, если бы не строжайший запрет Андрея на атаку союзников, они бы наверняка уже вышвырнули расчет пинками, чтобы поиграть с этой гигантской игрушкой.
Но даже сейчас толпа бойцов облепила полковника-артиллериста, настойчиво требуя дать им «хотя бы разок пальнуть».
— Никак нельзя, что за баловство? — Отрезал полковник Кончак с суровым видом. — Вы же не обучены, откуда вам знать, как управлять таким орудием?
— Ступайте к своим генералам и не мешайте мне! — Продолжал он. — Если испортите пушку, вы хоть представляете, какая на вас ляжет ответственность?
Глядя на неприступную физиономию полковника, игроки в чате уже вовсю крыли его последними словами.
Разумеется, они понимали, что пушка баснословно дорога и подпускать к ней кого попало – безумие. Но с другой стороны, если смотреть не на игровые условности, а на здравый смысл: зачем вводить в игру такое мощное супероружие, если в итоге игроку не дают им поуправлять, превращая его в обычную декорацию? Это же просто бессмысленно!
Андрей с мрачным видом наблюдал за тем, как его подчиненные начали кривляться, а некоторые и вовсе качать права. В его глазах эти парни сейчас напоминали переростков, увидевших в витрине завидную игрушку и сгорающих от вожделения. Один тип, окончательно наплевав на достоинство, даже принялся кататься по земле, изображая истерику.
Андрей оттащил симулянта в сторону, разогнал остальных игроков и, подойдя к полковнику, вкрадчиво спросил:
— Господин полковник, послушайте, неужели нельзя немного пойти навстречу?
— Честно говоря, мне не кажется, что эта пушка так уж сложна в управлении, — продолжил он. — Может, позволите моим людям разок попробовать?
Услышав это, полковник-артиллерист на мгновение лишился дара речи. Он окинул взглядом молодое лицо Андрея, и в памяти всплыли старые слухи. Офицер невольно кивнул своим мыслям.
«Все тот же тип, ничего не изменилось!» – подумал он.
Каким бы героем войны ни выставляли этого парня газеты, после подобных слов полковник окончательно убедился: перед ним все тот же столичный повеса. Разве нормальный кадровый военный станет выдвигать столь нелепые требования?
Заметив на себе презрительный взгляд, Андрей отвел полковника в сторону и зашептал:
— Ну не смотрите на меня так. Орудие и впрямь поразительное. Если вы согласитесь на небольшое послабление, мы могли бы договориться по многим вопросам.
— К примеру, — Андрей заговорщицки понизил голос, — в прошлых боях мои части захватили немало вражеских снарядов. Хотя их калибр не подходит к имперским пушкам, я уверен, вы прекрасно знаете, сколько стоит порох, который в них содержится.
— Если позволите моим ребятам просто попробовать, я отдам вам несколько вагонов трофейных снарядов. Считайте это подарком в рамках расчистки складов.
У полковника перехватило дыхание. «А ты не прост, парень!» – мелькнуло у него в голове.
Он изумленно уставился на Андрея. Теперь стало ясно, как тот умудрился за столь короткий срок взлететь до чина генерал-майора: дело было не только в умении воевать, но и в умении вести дела. Сразу видно – отпрыск великого аристократического рода, в таких тонкостях он как рыба в воде.
— Что ж, в таком случае я должен вам разъяснить, — начал полковник. — В принципе, передавать управление суперпушкой посторонним мне категорически запрещено.
Глаза Андрея мгновенно азартно блеснули. Раз «в принципе» нельзя, значит, в виде исключения – вполне можно. Уж в таких формулировках он разбирался превосходно.
Заметив этот блеск, полковник Кончак криво усмехнулся:
— Однако сами понимаете, жизнь полна неожиданностей. Допустим, мои люди полностью подготовят орудие к бою, но прямо перед выстрелом у канонира случится внезапный приступ болезни. Он не сможет выполнить долг, и мне придется искать опытного артиллериста на замену.
— А поскольку я не знаю, кто из ваших людей достаточно опытен, мне не останется ничего иного, кроме как довериться вашей рекомендации.
— Отлично, по рукам! — Андрей был доволен. Именно этого он и добивался.
Хотя в глубине души ему становилось немного не по себе от того, насколько ненадежными бывают офицеры Кембрийской империи, в данный момент такая сговорчивость была ему только на руку.
Пока расчет возился с прицеливанием и заряжанием, Андрей быстро запустил среди присутствующих игроков рандомайзер. Один счастливчик должен был получить право на тот самый заветный выстрел.
Игроки быстро прознали, что Андрей провернул с офицером некую сомнительную сделку и выторговал шанс пальнуть из махины. Пусть им не давали полного контроля над пушкой, даже такая возможность была невероятной удачей. В конце концов, если бы им доверили управление всем процессом, они бы в жизни не разобрались в такой сложной системе.
Когда в чате появилось окно розыгрыша и начался перебор номеров, все затаили дыхание. Если бы не страх получить бан, игроки наверняка устроили бы здесь кровавую баню в режиме «королевской битвы» – ведь если перебить конкурентов, шанс на выигрыш станет стопроцентным.
Когда жребий пал на какого-то новичка, доселе никому не известного, толпа разочарованно взвыла. В ту же секунду к победителю подскочил один из ветеранов и, схватив его за плечо, затараторил:
— Слушай, дружище, продай мне право на выстрел! Даю две тысячи очков заслуг!
Остальные игроки тут же оживились. Точно! Раз официальный рандом их обделил, можно просто выкупить право у везунчика!
Андрей с отвисшей челюстью наблюдал, как его подчиненные закрутили торги. Спустя три минуты сделка была закрыта. Новичок продал право за две тысячи очков, но тут же перекупщик перепродал его за три тысячи.
Когда цена за один-единственный выстрел взлетела до пяти тысяч очков заслуг, Андрей не выдержал:
— Твою мать… Кажется, теперь я понимаю, как в свое время взлетали цены на недвижимость…
Оставалось лишь признать: когда игроки входят в азарт, никакие траты их не остановят.
Тем временем, пока у Андрея кипели торги, на позициях Черного Орла разверзся настоящий ад.
Надо отдать должное артиллерийскому полку – точность наведения была феноменальной, куда выше, чем ожидал Андрей. После долгой подготовки снаряд лег точно в окопы вражеской армии, породив колоссальную взрывную волну.
Чудовищный взрыв буквально стер позиции с лица земли. В центре укреплений образовалась гигантская воронка размером с четыре футбольных поля – она выглядела так, будто сюда рухнул метеорит.
В эпицентре не выжил никто: людей либо мгновенно разорвало в клочья, либо заживо погребло под тоннами вывернутой земли и камней.
Чуть дальше от края воронки лежали тела тех, кто умер, так и не закрыв глаза. У всех из ушей, носа и рта сочилась кровь. Эти солдаты Черного Орла были мгновенно убиты избыточным давлением – резкий скачок атмосферного фронта в доли секунды разорвал их внутренности и превратил мозг в кашу.
А еще дальше виднелось множество стонущих бойцов, которые в агонии хватались за грудь и живот. Они тоже истекали кровью, но смерть не пришла к ним сразу. Однако при таких внутренних повреждениях шансов не было – никакая полевая медицина не способна спасти при тотальном внутреннем кровотечении.
Солдаты Черного Орла на других участках фронта с немым ужасом смотрели на гигантский кратер в тылу и медленно поднимающийся ядерный гриб дыма. Они не понимали, то ли это вражеский снаряд сдетонировал склад боеприпасов, то ли мир просто сошел с ума.
Генерал-майор Бернат, только что вырвавшийся из джунглей и отступавший с остатками бронетехники, застыл, глядя на этот апокалиптический взрыв.
Он не понимал, что произошло. Помнил лишь пронзительный, режущий уши свист, а прежде чем успел сообразить, откуда прилетел снаряд, его оглушило громовым ударом. Поскольку он был далеко от эпицентра, серьезных ран он не получил – лишь в ушах нестерпимо звенело.
Но зрелище этого взрыва нанесло ему куда более тяжкую душевную травму.
— …Мать твою, — прохрипел он после долгого молчания, — с каким же врагом я воюю?
До прибытия на этот фронт он искренне верил, что Кембрийская империя – это дряхлый, отсталый аграрный придаток, обреченный пасть под копытами Черного Орла. Но стоило ему пойти в атаку, как сначала его бронетехнику унизительно сожгли в лесах бутылками с горючей смесью и странными колесницами, а теперь он стал свидетелем этого запредельного артобстрела.
В этот миг он перестал понимать, кто же здесь на самом деле доминирует. Все происходящее в корне противоречило донесениям разведки. Когда это военная мощь Кембрия стала настолько… запредельной?
— Господин генерал, что нам делать?! — Внезапно сквозь звон в ушах Бернат услышал чей-то крик.
Он с силой почесал ухо, стер выступившую кровь и с трудом разобрал слова адъютанта.
— Не спрашивай меня, я хочу тишины! — Огрызнулся генерал-майор Бернат. Он дрожащими руками достал сигарету и жадно затянулся.
Ему вдруг стало наплевать на исход этой войны. Необъяснимым образом он впал в некое подобие транса, граничащее с апатией.
Видя, что командир явно не в себе, адъютант едва не расплакался. Проклятье, враг же наступает! Бежать им или стоять насмерть?
Хотя преследователи на время отстали, кто знает, когда они снова двинутся вперед со своим лязгом и грохотом?
Стиснув зубы, адъютант закричал солдатам:
— Живо уводите генерала! Его контузило взрывом, он не соображает!
— Продолжаем отход! Всем назад, за линию укреплений, быстро! Иначе нам крышка!
Пока он надрывал глотку, пытаясь докричаться до полуоглохших солдат, до его слуха снова донесся тот самый, уже знакомый и пугающий свист.
Он инстинктивно задрал голову и увидел огромную черную тень, которая, подобно падающей звезде, неслась прямо на них.
В следующее мгновение мир для него исчез в ослепительном пламени и грохоте.
Игрок, только что произведший выстрел, ликовал, глядя вдаль. Пусть он не видел подробностей, но судя по тому, как стремительно росли цифры очков заслуг на его счету, снаряд лег идеально – прямо в гущу врагов, накрыв какую-то крупную дичь.
— Охренеть, я богат! — Вопил он. — Кто бы мог подумать, что эти вложения так быстро окупятся!
Глядя на бесконечный список уничтоженной техники и убитых солдат, он едва не задыхался от восторга. Судя по статистике, одним махом он выкосил как минимум целый батальон, причем танковый!
Остальные игроки, которые еще минуту назад считали его «богатым дурачком», теперь кусали локти. Оказалось, что доходность от стрельбы из этой пушки просто заоблачная!
Впрочем, оно и понятно: какой радиус поражения у такой дуры? Если удачно попасть, можно за секунду зачистить целый сектор обороны.
Стоило Андрею объявить о следующем розыгрыше, как желающих продавать свои шансы больше не нашлось. Удачный выстрел мог в одночасье сделать игрока легендой и богачом, зачем же упускать такую возможность?
Тот самый новичок, что первым продал свое право за две тысячи очков, теперь сидел на земле, обхватив голову руками и проклиная свою глупость.
За оставшееся время суперпушка дала еще десять залпов, и почти каждый из них пришелся по позициям противника.
Сказать по правде, Андрей хотел продолжать, но полковник Кончак твердо сказал «нет». Запас снарядов был ограничен, и разбазаривать их до последнего было нельзя.
К этому моменту процедура стрельбы превратилась для игроков в своего рода тотализатор. Толпа азартно ждала своего номера, надеясь одним выстрелом изменить свою судьбу.
К сожалению, столь же сокрушительного результата, как в первый раз (когда снаряд упал точно на голову танковой колонне), больше не случилось. Но «менее сокрушительный» – понятие относительное.
Если снаряд не давал промаха и падал на укрепления, он неизменно уносил жизни более сотни солдат. А при должном везении уничтожение целого батальона за раз оставалось вполне реальной перспективой.
Андрей раз за разом просил полковника «еще парочку», пока тот не взмолился о пощаде.
— Господин генерал, увольте своих людей, пусть отдохнут, — с горькой усмешкой произнес полковник. — То, что им позволили прикоснуться к этой священной пушке, уже величайшая милость!
— Поймите, мы израсходовали почти пятую часть боекомплекта. Вон, церковный хор в тылу уже голоса сорвал, распевая гимны во славу калибров. Если так пойдет дальше, я просто не выдержу. У меня ведь тоже есть приказ и боевая задача!
Андрею пришлось отступить. В конце концов, если он расстреляет все снаряды здесь, ему будет трудно оправдаться перед отцом. Он ни капли не сомневался: если он спустит весь боезапас на этом клочке земли, по возвращении домой генерал-полковник Константин лично выпорет его ремнем.
Той же ночью танковая дивизия, атаковавшая Андрея, начала поспешное отступление.
Понеся колоссальные потери и попав под сокрушительный обстрел суперпушки, дивизия лишилась почти половины личного состава и восьмидесяти процентов бронетехники.
В такой ситуации у них не оставалось иного выбора, кроме как уходить. К тому же эта пушка, бившая точно по именам, словно сам Жнец, окончательно деморализовала солдат.
Теперь эти люди будут вскакивать и кричать во сне. Стоит ветру завыть чуть сильнее обычного, они будут в ужасе забиваться в углы, а кто-то и вовсе будет мочиться в штаны от одного только звука, напоминающего свист снаряда.
Когда генерал-полковник Клейм получил это известие по телефону, он впервые за долгое время не нашел слов, кроме самых грязных ругательств.