Глава 223 «В нынешней версии Т-34 – настоящая имба!»
— В укрытие! Ложись! — Выкрикнул ветеран.
Будучи опытным бойцом, он по одному лишь свисту снаряда мгновенно определил примерное место падения и бросился на землю.
Раздался взрыв. Осколки веером разлетелись во все стороны, но старый солдат успел вовремя пригнуться, и его лишь чувствительно тряхнуло взрывной волной.
Однако тем, кто остался стоять, застыв на месте как вкопанные, повезло куда меньше. Несколько солдат, замерших с ошарашенным видом, будто увидели призрака, были изрешечены стальным дождем и погибли на месте.
Спрятавшийся в тени псайкер мысленно поставил лайк экипажу бронепоезда в чате – эта комбинация была просто идеальной!
Сначала он с помощью контролирующих техник сковывал врагов, заставляя их замереть на месте, а затем орудия локомотива накрывали толпу градом снарядов. Эффективность была невероятной, к тому же такая тактика позволяла ему оставаться в тылу, не вступая в открытую перестрелку.
В конце концов, хрупкое тело псайкера совершенно не подходило для дуэлей на штурмовых винтовках, а его способности работали только на средних и ближних дистанциях.
Пересиливая тошноту и звон в ушах, офицер поспешно поднялся с земли. Первое, что он увидел – изувеченные тела своих подчиненных.
Он не мог взять в толк, как эти ветераны, прошедшие с ним не одно сражение, совершили такую детскую ошибку? Почему они просто застыли посреди поля боя?
Но вспомнив их полные запредельного ужаса лица за мгновение до смерти, офицер вдруг осознал страшную догадку.
— Колдун… — прохрипел он.
Взгляд офицера потемнел. Он изо всех сил пытался просканировать окрестности, надеясь обнаружить, где именно затаился этот чернокнижник. Никакого другого объяснения, кроме вражеской магии, туманящей разум, он найти не мог.
Несколько солдат, сумевших подняться, попытались было рвануть к лесу, но псайкер вновь применил навык «Ужас», парализовав их волю.
Впрочем, один случай его удивил. Оказалось, не на всех запредельный страх действует как стопор: один из врагов после магического воздействия, наоборот, припустил с удвоенной силой.
Словно безумный кролик на запредельной дозе адреналина, он в мгновение ока скрылся в чаще леса, и поминай как звали.
Очередной снаряд с грохотом разорвался в самой гуще строя.
Когда пехота теряет способность вовремя падать в грязь, орудие бронепоезда превращается в косу самой смерти, с легкостью пожинающую жизни этих отранийцев.
В чем главная разница между ветераном и новобранцем на поле боя? В скорости реакции. Опытный боец знает, что делать при угрозе, в то время как зеленый юнец стоит столбом.
Но сейчас солдаты Отрании вели себя как полные профаны. Сколько бы их ни муштровали на полигонах, против безмолвной ментальной атаки вся их выучка оказалась бесполезной.
Впрочем, один из отранийцев все же заметил позицию псайкера – точнее, услышал его шаги при смене позиции.
С глухим хлопком сработал гранатомет. Отранийский солдат выпустил винтовочную гранату прямо в сторону затаившегося игрока.
— Твою ж мать! — Вскрикнул псайкер.
Он никак не ожидал, что у врага найдется такое оружие. Не успев среагировать, он оказался в самом центре взрыва и получил тяжелое ранение.
Однако в тот же миг он успел швырнуть в ответ заклинание «Кипение крови», заживо испепелив смельчака с гранатометом.
Обычный человек после такого подрыва давно бы выбыл из строя, корчась от боли. Но оцифрованное тело игрока позволяло продолжать бой. Более того, залившая экран красная пелена лишь раззадорила его ярость.
Обычно этот псайкер был осторожен и старался не поднимать уровень угрозы выше пятидесяти процентов, помня, как жутко выглядит магический выброс у других игроков. Но сейчас ему было плевать.
Убивать! Просто убивать всех вокруг!
Забрать с собой как можно больше врагов, чтобы окупить затраты на возрождение!
Очередной «Ужас» накрыл сразу нескольких солдат, не давая им опомниться. Не дожидаясь, пока отранийцы придут в себя, псайкер, окутанный ореолом Пси-пламени, бросился в атаку.
Пока работало пламя, его уровень угрозы рос со скоростью двадцать единиц в секунду, но урон того стоил.
Потоки бледно-голубого огня мгновенно испепелили двоих противников. Еще один попытался вскинуть винтовку, но в него прилетел небольшой огненный шар, превратив солдата в живой лазурный факел.
— Проклятье, это колдун! Спасайтесь кто может! — Раздались вопли в темноте.
Видя, что шкала угрозы вот-вот заполнится до предела, игрок отключил Пси-пламя и кувырком ушел в сторону.
Этот прием он отточил еще в Dark Souls, так что теперь тело двигалось на одних инстинктах и мышечной памяти. Стоит признать, перекаты отлично помогали избегать ответного огня.
Затаившись, он прислушался к крикам. Выглянув из укрытия, игрок с удивлением обнаружил, что никто из отранийцев не собирается контратаковать – все попросту ударились в бегство.
— Да ладно? У этих NPC так легко падает мораль? — Он в недоумении почесал затылок.
Он и не осознавал, что псайкеры – или «колдуны» в глазах местных – обладают аурой таинственного ужаса, которая в ночное время усиливается десятикратно. Отранийцы не знали ни пределов его сил, ни способов борьбы с ним; они видели лишь, как их товарищи гибнут один за другим по непонятным причинам. В такой ситуации сохранять спокойствие было бы верхом нелогичности.
Еще несколько точных попаданий из пушек добили беглецов. Лишь одному счастливчику удалось скрыться в густой лесной чащобе, покинув зону преследования. Остальные остались лежать в грязи.
Псайкер попробовал было пойти по следу в лес, но в ночном буреломе найти кого-то было делом безнадежным.
Тем временем бронепоезд оказался в неловком положении, застряв перед завалом из остовов машин. Вскоре к путям подполз танк и попытался расчистить дорогу.
Пламя на обломках не причиняло броне танка Т-34 вреда. Тяжелая машина несколько раз толкнула останки автомобилей, после чего просто переехала их, превращая груды металла в сплющенный металлолом прямо под своими катками.
— Э-э… Ну, вышло неловко. Если я скажу, что использовал их как лежачих полицейских, поверите? — Смущенно пробасил танкист по внутренней связи, глядя, как остовы машин превращаются в железные блины вместо того, чтобы просто отлететь в сторону.
— Твою мать! Я же помню, что у Т-34 был режим с установкой отвала спереди. Почему не поставили?
— Да фиг знает, в меню обмена не нашли версию с ковшом. Надо будет потом инженеров попросить, может, приварят какой-нибудь?
Хотя сцена выглядела комично, игрок, управлявший бронепоездом, проверил путь и убедился, что сплющенные останки больше не мешают проезду. Видимо, это была какая-то странная игровая условность: по нормальной логике, наезд поезда на такую кучу мусора на рельсах должен был привести к неминуемому сходу с путей за считанные секунды.
Если на железной дороге продвижение встретило препятствия, то у танкистов и кавалерии на шоссе дела шли куда бодрее.
Несмотря на риск засад, связка кавалерии и танков делала уничтожение последних практически невозможным для врага.
Самым популярным способом борьбы с танками у отранийцев была установка 37-миллиметровых противотанковых орудий на обочинах, но эти «колотушки» оказались совершенно бесполезны против новой брони. В итоге единственной серьезной потерей от этих пушек стал кавалерист, в которого умудрились попасть случайно.
Несмотря на живучесть всадников, прямое попадание 37-миллиметрового снаряда все же было фатальным. Однако попасть в стремительно несущегося всадника было задачей почти невыполнимой. Чаще всего артиллеристы просто не успевали навестись, как кавалерист уже влетал на позицию и «выдавал базу» в ближнем бою.
К тому же большинство отранийских канониров и не помышляли тратить дефицитные снаряды на всадников – такая тактика казалась им абсурдной.
Сражение бушевало до самого рассвета. Всю ночь игроки вырезали скрывающиеся в лесах отряды противника.
Танки показали себя чуть хуже из-за сложного рельефа, зато кавалеристы устроили настоящую кровавую баню.
Нужно признать, что ядерная кавалерия в Battlefield – это абсолютная мощь. Благодаря бесконечной выносливости они могли совершать марш-броски на колоссальные расстояния.
Но и это не всё. Огромный запас здоровья позволял всадникам игнорировать легкое стрелковое оружие. В дуэли на пистолетах кавалерист мог выдержать два-три попадания, в то время как противнику хватало одной пули.
Более того, если в реальности стрельба из карабина на скаку – дело гиблое, то в Battlefield точность кавалерийских карабинов была запредельной. Игроки умудрялись использовать кавалеристов в качестве мобильных снайперов!
А если местность становилась слишком пересеченной? Не беда: игроки спешивались и продолжали бой как пехота. Причем без лошадей, вооружившись тяжелым оружием, их огневая мощь становилась еще более сокрушительной.
На рассвете Андрей приказал своим солдатам ускориться, чтобы не отставать от ушедшей далеко вперед кавалерии.
Эти игроки были просто зверями – темп наступления поражал. Всего за одну ночь они практически достигли Йоэнсуу. Бронепоезд, будучи самым быстрым, уже маячил на подступах к пригородам.
К счастью, больше половины пехоты Андрея была механизированной и могла быстро перемещаться по шоссе, а остальные перебрасывались по железной дороге.
Благодаря ночной зачистке и шоссе, и пути на Йоэнсуу были свободны от врага. Теперь войскам Андрея не нужно было опасаться засад – они просто гнали технику вперед.
Даже если бы у врага хватило смелости вернуться после ночного разгрома, игроки-пилоты из военно-воздушных сил быстро охладили бы их пыл ударами с неба.
В самом Йоэнсуу располагался штаб Карельской армии империи Отрания. Точнее, ее часть.
У Отрании не хватало ресурсов, чтобы закрыть все направления, поэтому в самом городе стояло всего около двух дивизий.
Командующий армией, генерал Мегинин, читал свежие сводки с потемневшим лицом. Он не понимал, что произошло этой ночью, знал лишь одно: враг провел беспрецедентную по дерзости атаку.
Проклятье, хваленый блицкриг империи Черного Орла казался детской прогулкой по сравнению с этим натиском кембрийцев!
Как они смогли за одну ночь докатиться до Йоэнсуу? Неужели один-единственный бронепоезд настолько неуязвим? Он впервые видел, чтобы такая техника обладала подобной пробивной силой.
— Где наши артиллеристы? Отвечайте! Что делали заслоны на путях? — В ярости кричал Мегинин на стоявшего перед ним офицера.
— Генерал… это… пожалуй, нельзя винить только пушкарей. Кто мог подумать, что наши противотанковые орудия не смогут пробить их бронетехнику? — Бледный как полотно офицер вытирал холодный пот со лба.
Если честно, на испытаниях 37-миллиметровая пушка казалась верхом совершенства, способным поразить любую цель, если только это не какой-нибудь экзотический монстр. Но кто знал, что Кембрийская империя втихомолку создаст таких чудовищ?
То ли из-за особой конструкции шасси, то ли по иным причинам, но броня этих машин была невероятно толстой. Их защищенность превосходила любую известную меху кембрийцев. В итоге 37-миллиметровые снаряды просто не наносили им вреда, и артиллеристы превратились в легкую добычу.
— Проклятье, это не оправдание!
— Если пушки не справляются, где наши отряды смертников? Где их бутылки с зажигательной смесью и связки гранат? — Продолжал неистовствовать Мегинин. Он прекрасно помнил Великую Северную войну, когда отранийцы именно этими средствами сдерживали врага.
Тогда многоногие бронемашины впервые появились на поле боя. Отрания, никогда не видевшая ничего подобного, несла жуткие потери. Но в итоге солдаты смогли отбросить технику врага, используя «коктейли Молотова» и сложный рельеф.
Собственно, именно тогда Кембрийская империя и охладела к развитию танковых войск. Царь и старая аристократия считали, что для их производства нужно строить заводы, а это усилит буржуазию и ослабит их власть. К тому же эффективность машин на поле боя тогда казалась сомнительной – их считали просто передвижными пулеметными дотами, не более.
Поэтому развитие бронетанковых сил Кембрия до недавнего времени было, мягко говоря, плачевным.
На крики генерала офицеры штаба не знали что ответить. Они и сами задавались вопросом: если пушки бесполезны, куда делись зажигательные смеси?
По идее, элитные части были обучены борьбе с техникой в ближнем бою. Такого прорыва к самым окраинам города просто не должно было случиться!
Если бы погибшие отранийские солдаты могли услышать эти рассуждения в штабе, они бы точно не сдержались от крепкого словца.
Черт возьми! Вражеская кавалерия была настолько свирепой, что к танкам было просто не подойти! Они пытались швырять бутылки, но всадники снимали любого, кто высунет голову, за долю секунды. Никто не смог прорваться сквозь их заслон, чтобы подойти на дистанцию броска.
Уже в пригородах игроки наконец натолкнулись на по-настоящему яростное сопротивление.
Ради обороны Йоэнсуу отранийцы пошли на все: они не только возвели сеть дотов на окраинах, но и стянули в город огромные силы. Враг явно готовился к уличным боям, намереваясь использовать городскую застройку как преимущество.
Одновременно с этим по прибывшим игрокам открыла огонь артиллерия, размещенная на окраинах.
Батареи, расположенные на разных флангах, вели перекрестный огонь, накрывая наступающих свинцовым дождем. Игроки, ошарашенные плотностью обстрела, на мгновение замешкались.
Они не могли понять, где именно запрятаны пушки, а снаряды тем временем сыпались градом, унося жизни одну за другой. Двум танкам Т-34 не повезло особенно – прямые попадания тяжелых гаубиц превратили их в груды металла.
— Чертовщина какая-то, как эти гаубицы умудряются класть снаряды так точно? — Недоумевали игроки.
Теоретически, при стрельбе по площадям попасть в движущийся танк крайне сложно, если только у врага не сосредоточены сотни стволов. Но плотность огня не указывала на такое количество орудий. Списать же всё на простое везение было сложно – слишком уж «удачным» оно было.
Поразмыслив, игроки решили, что это либо особая игровая механика, либо сценарное событие.
Попав под этот обстрел, наступающие были вынуждены немного отойти, подтягивая бронепоезд, чтобы тот вступил в контрбатарейную борьбу своими мощными орудиями.
Хотя маневренность поезда была ограничена рельсами, железнодорожная сеть Йоэнсуу была настолько разветвленной, что бронепоезд мог действовать весьма гибко.
Небольшие группы отранийцев, оставленные в транспортных узлах возле вокзала, попытались было преградить путь стальному монстру, но быстро осознали свою ошибку. Идти в лобовую атаку на бронепоезд было чистым самоубийством: пулеметы и пушки с легкостью рвали плоть и металл.
Даже десяток мех «Рейнджер», брошенных в бой в качестве заслона, не смогли ничего изменить. Орудия и автопушки бронепоезда методично щелкали их один за другим.
— Хе-хе, о чем эти парни вообще думали? Неужели надеялись остановить бронепоезд такой жестянкой? — Донеслось из динамиков.
Некоторые игроки, завидев врага, который на полном серьезе пытался преградить путь бронепоезду на мехе «Рейнджер», просто не смогли сдержать смеха. Они, может, и не знали точного тоннажа своего состава, но прекрасно понимали: эта мехa – штука донельзя хрупкая и легкая, она носится по полю боя едва ли не быстрее тяжелой бронемашины.
По самым грубым прикидкам игроки подозревали, что их «хризантема» и та будет потяжелее этого «Рейнджера». А потому, завидев наглеца, решившего уподобиться богомолу из поговорки и остановить поезд своим телом, танкист за рычагами бронепоезда без малейших колебаний пошел на таран.
Раздался оглушительный скрежет: меху в тот же миг отшвырнуло в сторону. Она повалилась, нелепо завалившись на бок, и тут же была разнесена в щепки выстрелом из танкового орудия, установленного на платформе состава.
Жаль только, что противник, видимо, заранее знал о существовании бронепоезда, а потому артиллеристы Отрании расположили свои позиции так, чтобы оставаться вне зоны его досягаемости. Состав сделал круг по путям, но так и не нашел ни одной точки, откуда можно было бы накрыть вражеские батареи. Зато на пути попалось несколько безумцев.
Трудно было представить, как именно отранийцы промывали мозги своим солдатам, но среди них нашлись смельчаки, которые с остервенением бросались на бронепоезд, прижимая к груди связки взрывчатки. Впрочем, одного фанатизма было мало, чтобы уничтожить это чудовище войны.
Пулеметчики и псайкеры на борту поезда без труда расправлялись с камикадзе. Взрывчатка детонировала прямо у них в руках, не причиняя бронированному гиганту практически никакого вреда.
Тем временем на пустыре неподалеку полковник Юрген обсуждал дальнейшие действия с одним из кавалеристов.
— Взгляни на карту, — говорил Юрген, чей профессионализм не вызывал сомнений. — Судя по анализу траекторий, обе артиллерийские позиции врага находятся вот здесь, по обе стороны от города. Эти сектора наверняка прикрыты дотами, так что захватывать их придется либо танками, либо кавалерией. Что скажешь? Готов вести своих в прорыв?
Игрок с ником Кохан-автолюбитель, не раздумывая, принял задачу и кивнул:
— Без проблем, оставьте эти позиции нам. Наши кавалеристы заставят их взвыть! Но послушай, ты ведь не только ради метки на карте меня искал? Есть что-то еще?
Полковник Юрген подтвердил его догадку:
— Верно. Я хочу, чтобы, когда начнешь атаку, ты прихватил с собой кавалеристов из нашей гильдии. Пусть подзаработают очки заслуг вместе с вами. Мы планируем высадить десант прямо в город. Лошадям в уличных боях делать нечего, но и бросать их в тылу – расточительство. Пусть идут с вами, а когда подавите артиллерию на флангах, ворвутся в город для поддержки.
Разумеется, в городских условиях сподручнее было полагаться на пехоту. Однако, помня о том, какие немыслимые кульбиты порой вытворяет кавалерия в Battlefield, Юрген рассудил, что лишними они не будут. По крайней мере, благодаря своей мобильности, всадники могли отлично послужить в качестве разведчиков на окраинах.
Что же касается глубокого прорыва в жилые кварталы – тут затея выглядела сомнительно. Одно дело сражаться на открытых пространствах вроде площадей или широких проспектов, и совсем другое – сталкиваться с врагом, затаившимся в домах. Не будут же они, в самом деле, скакать под окнами и пытаться проткнуть кого-то пикой через форточку?
Завершив планирование, стороны разошлись. Юрген решил для начала прощупать почву силами военно-воздушных сил, отправив истребитель на разведку.
— …Погоди-ка! — Полковник внезапно осознал неловкость ситуации. — Пилот, ты где вообще? Куда ты делся?
Едва он вышел на связь, как выяснилось, что летчик бесследно исчез.
— Босс, не спрашивай! — Отозвался игрок за штурвалом истребителя, азартно преследуя нескольких отбившихся от строя врагов. — Я сам не знаю! Ночью тут такой бардак, летел-летел и, кажется, сбился с курса!
Он честно пытался сориентироваться по миникарте, но вскоре бросил это гиблое дело. Пытаться понять свое местоположение, имея перед глазами кружок радиусом всего в сто метров – задача не из легких. Сколько он ни вглядывался, так и не понял, куда его занесло.
— Послушай, на миникарте же есть компас! — Юрген лишь развел руками от такого легкомыслия. — Просто лети по направлению или держись основных сил!
В этом и была главная беда вольных игроков – их уровень подготовки был слишком непредсказуемым. Гильдия только зарождалась, и контингент набрался пестрый. Оставалось лишь надеяться, что со временем они подтянут навыки. А если нет – что ж, придется исключать.
Воздушная поддержка на время забуксовала. Неподалеку кружил бомбардировщик, но полковник опасался, что его быстро снимут зенитные орудия. К тому же на борту бомбардировщика не было лишних людей, что делало десантную операцию почти невозможной. Для стабильного притока подкреплений требовался знаменосец, который служил бы точкой возрождения, позволяя игрокам бесконечно сыпаться с неба.
Поскольку запрыгнуть в летящий самолет на ходу было нереально, оставался единственный вариант: отправить вниз самих членов экипажа.
— Ладно, рискнем, — решил Юрген. — Пусть пилот прыгает в город и разворачивает точку возрождения!
Времени на долгие сборы не было. Гильдия вовсю рвалась в бой, а Юрген понимал: если соседи – «звери» закончат со своими целями раньше и начнут штурм города, придется либо плестись у них в хвосте, либо ввязываться в общую свалку. Лучше нанести удар первыми – даже если штурм захлебнется, очки заслуг лишними не будут.
К счастью, Андрей, обновляя систему гильдий, расширил возможности класса знаменосца. Раньше знаменосец был лишь мобильной точкой возрождения, работавшей только пока он жив и находится рядом. Но когда игроки начали действовать в глубоком тылу без сопровождения самого Андрея, возникла проблема с развертыванием базы. Раньше войск было мало, и Андрей всегда был в гуще событий, теперь же фронт растянулся на километры.
После правок знаменосец получил право водружать свое знамя на здания. Пока постройка не захвачена врагом или флаг не уничтожен, дом служил полноценной точкой возрождения.
Теперь главной задачей первого полка Крига было доставить пилота с флагом в город. Благо, знамен в арсенале хватало, и многие игроки припрятывали одно-другое в инвентаре. Места оно не занимало, а в критический момент могло переломить ход боя.
Пока Юрген отдавал приказ пилоту бомбардировщика на прыжок, Кохан уже вел свою конницу в атаку. За долгое время игры он вывел для себя простую формулу успеха: либо ты несешься вперед как безумный берсерк, либо изображаешь из себя коварную крысу, расстреливая врага из карабина издалека.
Поскольку сейчас целью был стремительный удар по артиллерии и дотам, оставался только первый вариант. Почти сотня всадников – смешанный отряд из гильдейских и примкнувших к ним одиночек – выстроилась в грозную колонну. Блеснули на солнце кавалерийские карабины и сабли.
— Кавалерия! В атаку! — Взревел Кохан.
Под этот клич всадники перешли в галоп. Игроки восторженно кричали, упиваясь эпичностью момента. В обычном Battlefield лимит игроков был слишком мал, чтобы увидеть нечто подобное. Там кавалеристы действовали поодиночке, а здесь – целая сотня, несущаяся единым стальным потоком. В этот миг каждый из них кожей прочувствовал, почему когда-то кавалерия считалась королевой полей. Напор этой массы внушал врагу первобытный ужас, а самим игрокам дарил чувство абсолютного всесокрушающего могущества.
В неприметном деревянном домике, под самым подоконником которого притаилась узкая амбразура, ветеран прикрикнул на замершего новобранца:
— Эй, парень! Вражья конница прет! Живо тащи пулемет!
Домик был лишь маскировкой – под слоем досок и соломы скрывался железобетонный дот, способный выдержать разрыв гранаты или попадание из легкой пушки.
Затрещали очереди. Длинные пулеметные трассы впились в ряды атакующих. Несмотря на живучесть всадников, двое первых кавалеристов тут же вылетели из седел.
Кохан не поддался панике. Он скомандовал обходной маневр, призывая уходить во фланги. Главным недостатком таких огневых точек был ограниченный сектор обстрела – нужно было лишь проскочить в слепую зону. Однако стоило им забрать в сторону, как из соседнего склада по ним ударил второй пулемет.
— Проклятье! — Выругался Кохан, когда еще несколько игроков повалились на землю под перекрестным огнем. — Вот же крысы! Да тут в каждом сарае по пулемету!
Поняв, что лезть на рожон бессмысленно, Кохан соскочил с коня. В амплуа кавалериста он мог разве что закидать врага гранатами, но сейчас требовалось иное. Он достал тяжелое противотанковое орудие – ПТ-ружье.
Когда-то эти скорострельные пушки Виккерса создавались именно для борьбы с дотами, но из-за веса их позже переквалифицировали в авиационное вооружение. Сейчас же орудие вернулось к своим истокам. Кохан припал к земле, наводясь на ближайший склад.
Хлесткий выстрел – и снаряд, пробив деревянную обшивку, рванул внутри помещения. Кохан не видел по миникарте, остались ли там выжившие, но по силе взрыва понял: пулемет замолчал навсегда. Развернувшись, он всадил второй снаряд в соседний дот прежде, чем тот успел перенацелиться. Грянул мощный взрыв – видимо, угодил прямо в боезапас.
Воспользовавшись паузой, кавалеристы рванули вперед. Пролетая мимо амбразур, они на ходу швыряли внутрь гранаты. Отранийцы даже не успевали понять, что происходит, как в узкое окошко влетала смерть.
В этот момент к позициям подтянулись основные силы – бронегруппа из десятка танков Т-34. Стальной клин тяжело катился вперед, подминая под себя препятствия.
— Артиллерия, огонь! — Надрывались офицеры Отрании. — Вражеские бронемашины! Уничтожьте их!
Расчет 37-миллиметрового противотанкового орудия в лихорадочной спешке дослал снаряд и выстрелил. Раздался глухой удар, но болванка просто срикошетила от лобовой брони «тридцатьчетверки», вызвав у игроков лишь взрыв хохота.
— Ха-ха! Видал? — Крикнул кто-то из танкистов. — Это тебе не конец войны, когда «Тигры» с «Пантерами» нас щелкали! Знаешь, кто я для тебя сейчас? Я твой ночной кошмар, имба и папка сервера!
Ответный выстрел 76-миллиметровой пушки разнес дот в щепки. Отранийцы строили свои укрепления наспех, не заботясь о защите от серьезных калибров. Против танковых орудий их укрепления были не прочнее картона.
Т-34 уверенно продвигались, щелкая доты один за другим, словно орехи. Но внезапно с другой стороны прилетел каскад снарядов, накрыв одного из кавалеристов.
— Ого, артиллерия на том конце! — Крикнул один из игроков, порываясь в атаку, но Кохан осадил его:
— Стой! Не лезь под раздачу! Уходим на площадь. Их батареи здесь, а то, что бьет с фланга – это уже другие расчеты!
Они были так близки к цели, что отступать казалось безумием. Несмотря на преграждающее путь здание, игроки были уверены: вражеская артиллерия где-то совсем рядом. Двое кавалеристов, решив сорвать куш и первыми доложить об успехе, пришпорили коней и рванули в обход дома.
Но едва они завернули за угол, как один из них истошно заорал в чат:
— Мать твою, тут крысы!
Затаившиеся в тени здания мехи «Рейнджер» синхронно открыли огонь. Шквал свинца в мгновение ока превратил всадников в кровавое месиво.
— Скорее, Т-34 на передовую! — Писали погибшие в чате, выбирая точку для возрождения. — Пусть наши «папки» вкатают этих жестянщиков в землю! И осторожнее с домами – там полно засад! Мы мельком видели миникарту, там красных точек – как муравьев!
Жаль, что они не заметили этого раньше. Из-за своей спешки они не успели вовремя среагировать на угрозу, которую электроника честно пыталась им показать.