Глава 96 - Ты не достоин!
Слова Чэнь Гуна заставили Шоу Вэйсяна почувствовать себя полнейшим кретином.
До него наконец дошло: этот мерзавец Чэнь Гун ни капли не хвастался! Он действительно, черт возьми, вошел в состав исследовательская группы!
И ведь надо же…
Этот гад столько времени всё скрывал! А он-то, дурак, еще жалел его тогда целых три секунды!
Более того, судя по тому, как Чэнь Гун сидел за одним столом с заведующим лабораторией Ци, именно Ци Хуань проявил инициативу и угощал его.
Да и Жэнь Хунли с улыбкой беседовала с Чэнь Гуном, без малейшей высокомерности или снобизма.
Разве так относятся к обычному студенту?
Перед приходом сюда они разузнали кое-что о местном укладе.
Лаборатория вовсе не была той тихой академической обителью, какой казалась со стороны! Напротив, иерархия здесь была жесткой и прямолинейной.
Старшие магистранты и докторанты были подобны начальникам в коммерческих компаниях.
Штатные лаборанты и преподаватели — начальники над магистрантами.
Над лаборантами стояли руководители групп — обычно они возглавляли небольшие секторы и имели квалификацию лаборантов среднего звена.
Еще выше располагались эксперты, профессора, заведующие и ведущие научные сотрудники университета. За ними числились крупные темы, они отвечали за одну или несколько лабораторий, а самые влиятельные и вовсе занимали целые этажи. Они были словно управляющие отделов в огромной корпорации.
А на самой вершине этой пищевой цепочки…
Находились замдиректора и директор всего лабораторного комплекса — топ-менеджеры головного офиса.
И, наконец, декан Ян Гуанъе, как заместитель декана факультета фундаментальной медицины, и вовсе являлся генеральным директором этой структуры.
Еще перед отправкой куратор Чжан Цяолин наставляла их: меньше говорите, больше делайте, будьте сметливее, ведь преподаватели, с которыми вам предстоит столкнуться, скорее всего, доценты и профессора, научные руководители магистров. Если кто-то из них приметит вас — академическая карьера сходу помчится в гору.
Попасть в лабораторию для большинства студентов было редчайшей удачей. Шоу Вэйсян и остальные пробились сюда сквозь жесточайший конкурс, да и то лишь потому, что учились в «экспериментальном классе», имевшем особые привилегии.
Сказать, что остальные однокурсники завидовали их пятерке до пожелтения — значит ничего не сказать! Они были самыми яркими звездами своего потока! Попасть в лабораторию на втором курсе — небывалый шанс!
Когда Шоу Вэйсян прошел отбор, его родители на радостях перевели ему двадцать тысяч юаней, чтобы он не скупился и угощал старших коллег и преподавателей.
Из-за этого Шоу Вэйсян слегка загордился.
Однако, явившись сюда, он с диким изумлением обнаружил, что Чэнь Гун на равных беседует и обедает с верхушкой этой цепочки! Мировоззрение Шоу Вэйсяна мгновенно треснуло по швам.
Мать твою… Что вообще происходит?!
Он только что выпендривался, а теперь… оказался в «рабстве» у Чэнь Гуна!
Шоу Вэйсян не знал, плакать ему или смеяться. В конце концов, из всей пятерки его отобрали первым. Но беда в том, что выбрал его… Чэнь Гун, его собственный названый сынок!
Получается, он теперь у собственного сына на посылках?!
Тьфу! Что за бредовая логика?!
И ведь возразить-то Шоу Вэйсян не смел! Напротив сидели шишки из руководства, собираясь обедать вместе с Чэнь Гуном.
Шоу Вэйсян, проглатывая слезы, с жалкой миной выдавил:
— Преподаватель Чэнь…
Впрочем, Шоу Вэйсяну было еще проще остальных. Для него Чэнь Гун оставался самым авторитетным и близким человеком в группе. Ну сделал его этот «сынок» своим подчиненным — и что с того? Сам виноват, нечего было выставляться!
Сун Хунвэнь стоял неподалеку, с изумлением глядя на Чэнь Гуна.
Честно говоря… он был прагматичным эгоистом. Имея за спиной связи и ресурсы семьи, он с самого поступления активно выстраивал контакты и быстро завоевал авторитет в учебном отделе студсовета.
Попадание в лабораторию стало для Сун Хунвэня настоящим триумфом. Ему казалось, что он ничем не хуже Чэнь Гуна, а принадлежность к биохимической группе придавала уверенности.
Шоу Вэйсяна он за соперника не считал — пусть у того и был кое-какой талант, но после выпуска он собирался уехать из провинции Шаньхэ, так что пересечься их пути не могли. К тому же Шоу Вэйсян быстро загорался и так же быстро остывал.
А вот Чэнь Гун был совсем другим дело. Он всегда оставался для Сун Хунвэня незримым ориентиром в общежитии, давившим сверху. Сун Хунвэнь думал, что наконец обгонит его, но…
Вдруг он понял, почему Чэнь Гуну разрешили не сдавать экзамен.
Да потому что этот парень давно закрепился в лаборатории и даже успел завоевать там влияние!
На душевном дне Сун Хунвэня осадком осела горечь и зависть. Он искренне верил, что не уступает никому из соседей по комнате. Но суровая реальность наглядно показала: Чэнь Гун — недосягаемая вершина.
И когда Чэнь Гун выбрал Шоу Вэйсяна, Сун Хунвэнь ощутил еще больший укол уязвленного тщеславия. Ему не хотелось прислуживать Чэнь Гуну, но то, что его даже не рассматривали, отозвалось тупой болью.
В этом и заключалась разница между ним и Шоу Вэйсяном.
Шоу Вэйсян переживал из-за гордости, но в глубине души радовался: «Черт, а мой братуха-то крут! Буду тусоваться с ним!»
И если даже у соседей по комнате в головах крутился такой рой мыслей, что уж говорить об остальных!
Если Шоу Вэйсян испытывал смесь досады и восторга, а Сун Хунвэнь — зависть, то Тао Шэннань была повергнута в абсолютный шок! Появление Чэнь Гуна поразило её до глубины души.
Увидев его имя в списке проекта, она посчитала это совпадением. Но теперь поняла, насколько ошибалась.
И что самое главное… Чэнь Гун числился не просто в лаборатории, а в составе самой исследовательская группы! Это означало, что он опередил их на десятки шагов.
Этот крупный проект Государственного фонда естественных наук наделал шуму, многие преподаватели пробиться туда не смогли, а Чэнь Гун закрепился там с абсолютным спокойствием.
Разве такое под силу обыкновенному студенту? Разумеется, нет!
Что же сделал Чэнь Гун? Как ему это удалось?
Тао Шэннань сгорала от любопытства. Личность Чэнь Гуна окутывал густой флер тайны, сквозь который она никак не могла проглядеть его истинную суть.
Однако самым ошеломленным среди них оказался У Тяньцзе!
Он-то думал, что обхошел Чэнь Гуна на повороте! Думал, что тот ему больше не соперник!
Но стоит ли говорить, насколько жестокий урок преподал ему Чэнь Гун с первых же секунд пребывания в лаборатории?
И в этом не было ни капли преувеличения!
Ци Хуань казался мягким и приветливым со всеми, но на самом деле держал четкую дистанцию. Он сел обедать с Чэнь Гуном лишь потому, что признал его реальную силу и выдающиеся способности!
Ци Хуань, в свои сорок с небольшим ставший старшим специалистом с пятым уровнем квалификации, был человеком с огромным чувством собственного достоинства. И то, что он стремился сблизиться с Чэнь Гуном, говорило об одном: в этом юноше он разглядел колоссальный потенциал.
Более того, Ци Хуань являлся одним из немногих, кто знал подлинные подплетки этого исследования. А сегодняшняя починка гомогенизатора дала ему идеальный повод навести мосты.
Жэнь Хунли добродушно улыбнулась:
— Вы все молодые люди, при случае почаще общайтесь с преподавателем Чэнь.
Попрощавшись с Ци Хуанем и Чэнь Гуном, она поднялась и вышла.
Остальные стояли в оцепенении, не смея проронить ни слова. Вся гордость У Тяньцзе в миг испарилась.
***
После ухода Жэнь Хунли пятерка студентов переглянулась, попрощалась с Ци Хуанем и Чэнь Гуном и поспешно удалилась.
— Заведующий Ци, преподаватель Чэнь… До свидания!
Как бы ни протестовало их эго, а назвать его «преподавателем» пришлось.
Ци Хуань не стал никого удерживать и лишь дружелюбно взмахнул рукой:
— Ага, до свидания! В свободное время почаще заглядывайте в лабораторию, учитесь новому.
Когда студенты вышли, в кабинете воцарилась тишина.
Ци Хуань с улыбкой повернулся к Чэнь Гуну:
— Сяо Чэнь, я прочитал твою статью. Она меня по-настоящему вдохновила! Не думал, что в таком молодом возрасте можно настолько глубоко понимать цикл трикарбоновых кислот и биохимию в целом. Не будь твоей работы, декан Ян и я ни за что не смогли бы так всесторонне спланировать этот проект.
С виду круглый и добродушный, Ци Хуань обладал невероятно цепким и острым умом.
Чэнь Гун на мгновение замер:
— Заведующий Ци, так вы знаете?
Ци Хуань усмехнулся:
— Ну разумеется! К тому же мой научный руководитель — из Пекинского института биохимии. Так что мне ли не знать? Твоя статья выйдет в печать только в следующем месяце. Но это и к лучшему: у нас есть время, чтобы заложить прочный фундамент под наш проект. Ты, можно сказать, главный благодетель нашей группы! По-хорошему, авторы идеи стоят в списке первых разработчиков. Однако на данном этапе тебе полезнее не выпячивать себя. Это убережет от лишней зависти. А пока учись у меня методам биохимии и молекулярной биологии. Я хочу, чтобы этот проект вознес тебя на вершину!
Глаза Чэнь Гуна вспыхнули:
— Огромное спасибо, заведующий Ци. Я прекрасно понимаю ваши с деканом Яном благие намерения и вовсе не тороплюсь.
Ци Хуань мягко улыбнулся и продолжение последовало без промедления:
— Декан Ян просил тебя не привлекать внимания, но я скажу тебе иное. В лаборатории я хоть и заведующий, но решаю далеко не всё. У каждого профессора своя команда, мы работаем на основе сотрудничества, а не прямого подчинения. А это значит, что одного лишь статуса «связного профессора Сюй Туна» тебе не хватит, чтобы закрепиться. Тебе нужна собственная реальная сила, чтобы завоевать право голоса. Понимаешь?
Чэнь Гун задумчиво кивнул. О внутренних интригах лабораторий он действительно знал немного.
Ци Хуань хмыкнул:
— Лаборатория — тот же корпоративный мир. Да что говорить о тебе, даже меня некоторые не во что не ставят! Если бы не мои навыки, меня давно бы сожрали. Как-никак, руководство университета стоит выше руководства факультета. Чтобы твердо стоять на ногах, ты должен обладать умением, которое никто не сможет заменить. Чем-то, за чем они сами придут к тебе с просьбой! Вот твоя главная опора! Бюджет проекта ограничен, и без силы ты не выбьешь себе ресурсы. Мы с деканом Яном поможем раз-другой, но постоянные подачки вызовут кучу сплетен. Я решил поговорить с тобой начистоту, раз уж выпал такой случай.
Чэнь Гун серьезно кивнул. О жестокости реального мира он знал не понаслышке. Иначе… разве повесили бы на его отца клеймо научного фальсификатора?
Шоу Вэйсян и остальные сидели на втором этаже столовой, уплетая обед за талоны. Вот только еда не лезла в горло.
Шоу Вэйсян раз за разом прокручивал случившееся в голове и от злости даже нервно расхохотался:
— Сука, ну и позор! Этот паршивец меня просто вывернул наизнанку! Сделать меня своим студентом, блядь…
Тао Шэннань сдержанно ухмыльнулась:
— Похвальба — плохая привычка. Вот и получил за свой понторез! Увидел теперь настоящего мастера?
Шоу Вэйсян хмыкнул:
— Да ладно вам, это же круто! У нас теперь есть крыша в лаборатории, правда, Старина Сун?
Сун Хунвэнь витал где-то в своих мыслях и лишь неопределенно буркнул:
— Ну да…
Тао Шэннань с облегчением похлопала себя по груди:
— Честно говоря, если бы Чэнь Гун пошел на экзамен, я бы пролетела.
Она заняла пятое место — как раз потому, что Чэнь Гун не сдавал тест.
Сун Хунвэнь вставил:
— Староста, не недооценивай себя. Чэнь Гун силен, слов нет, но не факт, что он сдал бы биохимию лучше тебя. Его сильные стороны явно лежат за пределами обычных тестов.
Шоу Вэйсян оскалился:
— Сегодня вечером меня ждет шикарный ужин! В обед вернусь в общагу и обожру его так, чтобы мало не показалось! Иначе не погасить пламя в моей груди!
Все дружно засмеялись.
У Тяньцзе не завидовал Шоу Вэйсяну. Пойти в ученики к Чэнь Гуну казалось ему детским садом. Да, Чэнь Гун крут, но разве он сравнится с матерыми преподавателями лаборатории? Сколько у тех за плечами опыта, публикаций, владения методами? А у Чэнь Гуна? Чему он может научить? Все это выглядело как самодеятельность.
У Тяньцзе уже наладил контакт со старшим лаборантом среднего звена, надеясь, что тот возьмет его под крыло. Пусть старт задерживается, но он верил, что сможет обогнать остальных на повороте!
Новость о том, что Чэнь Гун состоит в лаборатории, почему-то не разнеслась по группе. Сун Хунвэнь молчал, У Тяньцзе не желал прославлять соперника, Цзя Хуэй была скромна, а Шоу Вэйсян не хотел афишировать, что стал «подчиненным своего названого сына».
Вечером Шоу Вэйсян вытащил Чэнь Гуна в ресторанчик с хот-потом и в одно горло уплел три порции рубца и четыре порции говядины.
Ребята шутили:
— Зверюга, ты решил оставить преподавателя Чэнь без гроша?
Шоу Вэйсян хохотнул:
— Черт, я ему дьявольский контракт подписал, пусть хоть накормит от души!
Все дружно расхохотались. Однако, когда Чэнь Гун пошел к стойке расплачиваться, ему сообщили, что счет уже закрыт.
Он повернулся к Шоу Вэйсяну, но тот лишь ухмыльнулся и хлопотал его по плечу, ничего не сказав.
Заставить Чэнь Гуна угощать и назаказывать кучу еды было для Шоу Вэйсяна способом убедиться, что их дружба не испортилась из-за взлета Чэнь Гуна. А то, что он тайком расплатился сам — проявлением заботы, ведь он знал, что семья Чэнь Гуна живет скромно.
Чэнь Гун всё понял без слов, улыбнулся и чокнулся с ним бокалом.
В последующие дни пятерка постепенно втягивалась в работу. Кроме Шоу Вэйсяна, остальных распределили по командам преподавателей. Они выполняли мелкую работу и учились азам. Из-за отсутствия опыта их в основном гоняли на побегушках: подай, принеси, уберись в лаборатории…
Сун Хунвэнь попал к докторанту из 511-й лаборатории, который заканчивал третий год обучения и имел высокие шансы остаться в штате университета. Это радовало Сун Хунвэня: работать с докторантом куда полезнее, чем сидеть у Чэнь Гуна.
Со временем рутина захлестнула всех. Но Шоу Вэйсян на этом фоне устроился лучше всех! Он постоянно находился рядом с Чэнь Гуном, и его никто не смел гонять с поручениями. Чэнь Гун не заставлял его прислуживать, а при первой же возможности привлекал к экспериментам. В итоге Шоу Вэйсян первым из всей пятерки освоил базовые практические навыки.
Более того, у Чэнь Гуна были ключи от лабораторного корпуса, и по вечерам они вместе разбирали приборы. Шоу Вэйсян был в полном восторге! Вскоре Чэнь Гун заметив, что у Шоу Вэйсяна к ремонту техники куда больше таланта, чем к биохимии. Стоило обучить его устранению банальных неполадок в центрифугах, как Шоу Вэйсян уже уверенно орудовал инструментами.
Однако далеко не со всеми в лаборатории обходились так же гладко.
У Тао Шэннань начались проблемы — против неё развернули настоящую травлю!
По натуре она была бойкой, прямой и общительной девушкой. Казалось бы, с такой легко сойтись. Но именно её коммуникабельность и задор вызвали дикую раздражение у одной из аспиранток.
Эта аспирантка, Пань Вэньтин, училась у руководителя биохимической секции, профессора Ван Кая. Изначально Ван Кай планировал отправить Пань Вэньтин встречасть профессора Сюй Туна, но привлекательная, обходительная и исполнительная Тао Шэннань так приглянулась профессору, что тот поручил встречу ей.
Разумеется, Тао Шэннань мгновенно нажила себе врага. В группе Ван Кая Пань Вэньтин привыкла считать себя первой красавицей, а тут появилось молодая конкурентка.
Начался ад.
Когда Ван Кая не было в лаборатории, всеми делами заправляли старшие ученики. Пань Вэньтин, учившаяся на втором курсе магистратуры, пользовалась там немалой властью.
— Сяо Тао, мы собираемся на обсуждение, сбегай в столовую, купи всем обед, деньги потом отдадим, — небрежно бросала Пань Вэньтин.
Тао Шэннань закипала от обиды, но проглатывала: она новичок, можно и уступить.
Однако Пань Вэньтин взяла за правило назначать «обсуждения» ровно в обеденный перерыв и выставлять Тао Шэннань за дверью. А обещанные деньги за еду и талоны так ни разу и не вернула.
На следующий день история повторилась. В одиннадцать тридцать Пань Вэньтин снова отправила Тао Шэннань за едой без копейки денег.
Тао Шэннань решила действовать. Принеся еду на всех, она принципиально ничего не взяла для Пань Вэньтин.
Пань Вэньтин вспыхнула:
— А где мой обед?!
Тао Шэннань дерзко улыбнулась:
— Ой, а я специально тебе ничего не взяла, старшая сестра! Каждый раз ты посылаешь меня за едой во время обсуждений. Я новичок, сбегать не проблема. Но ты хоть раз отдала мне деньги за талоны? С какой стати я должна тебя кормить? Если я покормлю собаку, она хотя бы виляет хвостом. А некоторые люди — мелочные и хуже собак!
Лицо Пань Вэньтин пошло пятнами от ярости:
— Отлично! Какая у нас зубастая младшая нашлась! Ладно, можешь больше ничего мне не покупать.
Впрямую устроить скандал она не могла, но пакостить стала с утроенной силой.
— Так, народ, пауза, давайте разберем результаты эксперимента, — хлопала в ладоши Пань Вэньтин, созывая всех. — Ах да, Сяо Тао, иди пока протри приборы, они нам скоро понадобятся.
Тао Шэннань темнела ликом, но молчала.
Во время опытов Пань Вэньтин отгоняла её в сторону, чтобы «не мешалась». При обсуждениях выставляла за дверь. Посмотреть журнал исследований не давала, ссылаясь на «статистическую обработку». А когда Тао Шэннань пыталась учиться у другого аспиранта, Пань Вэньтин спихивала на неё анализ данных.
Анализ данных! Да она даже программы SPSS в глаза не видела!
Пань Вэньтин же ядовито издевалась на всю лабораторию:
— Нынче кого попало в лабораторию берут. Опыты ставить не умеет, журналы вести не умеет, дашь простейший анализ в SPSS — и тут ноль! Зачем вообще сюда приперлась?
Тао Шэннань готова была разорвать ей пасть, но сдерживалась — все-таки та была старше по курсу.
Ближе к пяти вечера зашел профессор Ван Кай. Найдя Тао Шэннань, он улыбнулся:
— Сяо Тао, завтра накрасься немного, ты у нас прямо лицо лаборатории, ха-ха-ха! Завтра после заседания мы с деканом Яном повезем профессора Сюй по местным достопримечательностям. Поедешь с нами. Мне Ян Ли сказала, ты отлично справлялась с ролью гида для однокурсников. Завтра рассчитываю на тебя.
Тао Шэннань расцвела:
— Хорошо, профессор Ван!
Ван Кай кивнул и ушел. Но стоящая рядом Пань Вэньтин от зависти переменилась в лице.
Вечером, во время уборки, рассеянная Пань Вэньтин едва не задела автоматическую пипетку. Прибор качнулся и чуть не грохнулся на пол!
Это была любимая пипетка Ван Кая! Фирменный дозатор Eppendorf стоял больше десяти тысяч за комплект, а одна эта пипетка тянула на две тысячи юаней!
Пань Вэньтин побелела и тут же визгливо заорала:
— Ты что тут под ногами крутишься?! Какая же ты неуклюжая! Я просто поражаюсь, кого сюда набрали?! Чуть пипетку дорогущую не разбила!
Она схватила дозатор, судорожно осматривая его, а остальные аспиранты испуганно уставились на девушек. Кабы прибор разбился, профессор Ван спустил бы с них шкуру.
Тао Шэннань была не из робкого десятка. Терпеть бесконечные нападки ей надоело.
— Ты совсем с ума сошла?! Кто её чуть не уронил?! Я спокойно вытирала стол, ты сама разуй глаза, когда ходишь!
Пань Вэньтин не ожидала, что зеленая первокурсница огрызнется:
— Ах так?! Ни черта делать не умеет, а хамить научилась! Я обо всем доложу профессору Вану!
Тао Шэннань швырнула тряпку прямо в Пань Вэньтин:
— Да хоть самому Господу Богу! Не я её уронила!
Она сдернула халат и направилась к выходу.
Пань Вэньтин вслед шипела:
— Накосячила и не признает! Возомнила себя принцессой! Только здесь лаборатория, а не эскорт-агентство! Навыков ноль, а спеси выше крыши. Привыкла через постель пробиваться, сучка!
Эти грязные, оскорбительные слова стали последней каплей.
Тао Шэннань глубоко вздохнула, шагнула к Пань Вэньтин и со всего размаха залепила ей звонкую пощечину!
Хлёст!
— Тьфу! Черт бы тебя побрал, тварь паршивая! Не смей пасть свою открывать!
Тао Шэннань развернулась и вышла. Вся сцена заняла секунды, оставив присутствующих в немом шоке.
Пань Вэньтин от удара опешила. Она никак не рассчитывала, что второкурсница посмеет распустить руки!
Пока Тао Шэннань переодевалась в раздевалке, Пань Вэньтин, заливаясь слезами, помчалась к администратору лаборатории Лю Чжи и изложила историю в самых мрачных красках, продемонстрировав багровый отпечаток четырех пальцев на щеке. Доказательство было более чем убедительным.
Выйдя в коридор, Лю Чжи окликнул выходившую Тао Шэннань:
— Тао Шэннань, а ну подойди! Ты что тут устраиваешь?!
Тао Шэннань мельком глянула на ревущую Пань Вэньтин и огрызнулась:
— Она первая начала меня оскорблять.
Лю Чжи насупился:
— Оскорблять — не повод распускать руки! К тому же оборудование в лаборатории дорогое, старшая сделала тебе замечание — могла бы и послушать! Ты новичок, веди себя скромнее и уважай коллектив!
— Преподаватель Лю, Пань Вэньтин с первого дня надо мной издевается.
Лю Чжи с досадой отмахнулся:
— Кому ты нужна, чтобы над тобой издеваться? Что за детские фантазии! Извинись перед ней, и дело с концом.
Тао Шэннань поняла, что Лю Чжи явно принимает чужую сторону:
— Я не буду перед ней извиняться! Это она должна просить прощения. И вообще, преподаватель Лю, чем кричать на меня, лучше бы посмотрели камеры и узнали, кто на самом деле едва не кокнул пипетку. Всего хорошего!
Лю Чжи, почувствовав себя уязвленным перед студентами, строгим тоном отрезал:
— С таким attitude завтра можешь не приходить! Я пытаюсь уладить конфликт, а ты грубишь! Откуда в тебе столько яда?!
Тао Шэннань замерла. Её… выгоняют?
Сколько труда она приложила, чтобы попасть сюда! Как радовалась, когда увидела себя в списках, как гордились ею родители…
И теперь её просто выбрасывают, как мусор?!
Стоя посреди коридора, она ощущала невыносимую унизительность происходящего. Ей невероятно хотелось остаться. Но извиняться перед этой дрянью?! Ни за что!
Лю Чжи выжидательно стоял рядом. Он прекрасно знал, насколько студенты дорожат этим местом. А Пань Вэньтин за его спиной хоть и изображала жертву, внутри ликовала.
Шум в коридоре привлек внимание соседних комнат.
В 501-й Чэнь Гун и Шоу Вэйсян пили молочный чай. Шоу Вэйсян умел наводить мосты — регулярно угощал старших кофе, а благодаря авторитету Чэнь Гуна к нему все относились уважительно.
Один из аспирантов выглянул в коридор и вернулся:
— Сяо Шоу, кажется, твою знакомую, ту девчонку, что пришла с вами, преподаватель Лю довел до слез.
Чэнь Гун и Шоу Вэйсян переглянулись и поспешили наружу.
Выйдя в коридор, Шоу Вэйсян увидел Тао Шэннань, стоящую с опущенной головой и покрасневшими глазами. Внутри у него все закипело. Горячая кровь ударила в голову, и он рванул вперед.
Чэнь Гун вовремя схватил его за руку. Он знал друга как облупленного — на первом курсе тот из-за ерунды сцепился в интернет-кафе с какими-то парнями.
— Остынь! — рябкнул Чэнь Гун. — Сначала разберемся!
Шоу Вэйсян тяжело дышал:
— Наньнань плачет! Блядь! Чэнь Гун, не лезь, это не твое дело!
— Ты где находишься, идиот?! — Чэнь Гун сжал его плечо. — Сначала узнаем, в чем дело!
Они подошли к группе.
— Преподаватель Лю, что произошло? Давайте пройдем в кабинет и обсудим.
Лю Чжи даже не подумал уходить:
— Молодежь Нынче совсем страх потеряла. Ваша Сяо Тао едва пришла, а уже избила аспирантку профессора Вана. Посмотри на её лицо!
Чэнь Гун и Шоу Вэйсян переглянулись. Ничего себе… Сяо Тао оказалась не промах!
Шоу Вэйсяна мало волновала справедливость, у него не было принципов, кроме одного — защищать своих.
— Сяо Тао, извинись перед старшей, и замяли тему, — вздохнул Лю Чжи.
Тао Шэннань упрямо мотнула головой:
— Не буду! Я ни в чем не виновата!
— Ах так? Тогда завтра можешь не приходить!
Тао Шэннань закусила губу:
— Да и не надо! Думаете, я рвусь сюда?! Она меня оскорбляла — и она права?! Меня заставляли батрачить, ничему не учили, какая она старшая?! Мне терпи, а за ответку — вон из лаборатории?! Да пошли вы!
Она развернулась, собираясь уйти.
Чэнь Гун вмешался:
— Преподаватель Лю, давайте сначала изучим видеозаписи. Студентов присылает университет, у вас нет полномочий исключать людей. Я хочу знать, что тут произошло. Идемте в операторскую, посмотрим камеры.
Лю Чжи почувствовал, как закипает от дерзости сопляка. Он знал, кто такой Чэнь Гун, но тот оставался всего лишь студентом!
— Я имею право наводить порядок в своей секции! — отрезал Лю Чжи. — За нарушение дисциплины и развал коллектива я выставляю её за дверь!
Чэнь Гун холодно ухмыльнулся:
— Отлично. В таком случае у меня как раз не хватает людей. Тао Шэннань, со завтрашнего дня переходишь в 502-ю лабораторию.
Лю Чжи обомлел от такой наглости:
— Да кто ты такой, чтобы распоряжаться?!
Чэнь Гун даже не взглянул на него и повернулся к Пань Вэньтин:
— Пань Вэньтин, иди в конференц-зал, посмотрим записи вместе.
Пань Вэньтин скривилась:
— Мне плохо, я никуда не пойду.
Чэнь Гун зашел в операторскую и поднял архив. Через двадцать минут картина прояснилась.
Шоу Вэйсян сжимал кулаки от ярости, Чэнь Гун тоже нахмурился. Это была чистейшей воды травля.
— Сука, да мне похеру, что она баба, я ей сам морду набью! — рычал Шоу Вэйсян.
Тао Шэннань качнула головой:
— Ладно вам… Я её уже ударила, так что мы в расчете.
Чэнь Гун отрезал:
— Правда должна быть озвучена.
Он скопировал запись на флешку и вышел к Лю Чжи.
— Преподаватель Лю, посмотрите видео и послушайте, что она говорила. Это достойное поведение аспирантки? Это прямые оскорбления! Пощечина — лишь адекватная реакция. А теперь смотрите сюда: кто на самом деле уронил пипетку? И еще вопрос: с каких пор студенты обязаны покупать обеды всей лаборатории за свой счет? Они пришли учиться, а не прислуживать! Вот она, ваша «сплоченность»?!
Слова Чэнь Гуна звучали громко, на весь коридор. Лю Чжи стоял с багровым лицом. Раз уж тот не пощадил гордость молодой девушки, Чэнь Гун не собирался щадить и его.
Повернувшись к Пань Вэньтин, Чэнь Гун произнес:
— Ты не тянешь на старшую коллегу. Но рукоприкладство — это ошибка. Тао Шэннань, извинись за удар. А эту запись я передам твоему научному руководителю.
Пань Вэньтин мгновенно побледнела и сдулась:
— Простите… Я была не права… Это моя вина! Не надо извинений! Младшая сестра, прости меня, пожалуйста!
Тао Шэннань замялась. Выпустив пар пощечиной, она не хотела раздувать скандал:
— Чэнь Гун, проехали.
Чэнь Гун кивнул и посмотрел на Лю Чжи:
— Преподаватель Лю, вам как педагогу стоит сначала разбираться в ситуации, прежде чем делать выводы. А Тао Шэннань с завтрашнего дня переходит ко мне. Если вам не хватает студентов — обратитесь к заведующей Жэнь.
С этими словами Чэнь Гун увлек Тао Шэннань и Шоу Вэйсяна за собой, оставив Лю Чжи в полнейшем тупике под недоуменными взглядами коллег.
— Чэнь Гун, извини, что навесила на тебя проблемы, — тихо проговорила Тао Шэннань.
Чэнь Гун улыбнулся:
— Пустяки. Они сами виноваты. Теперь будете работать со мной и Шоу Вэйсяном. Пошли, покажу вам пару экспериментов.
Любой талант требует огранки. А лаборант без практики — ничто.
Чэнь Гун думал, что инцидент исчерпан. Но вечером, во время итогового пятиминутного собрания перед окончанием смены, Лю Чжи поднялся с места и со строгим видом заявил:
— Я должен доложить о серьезном нарушении! За последнюю неделю Чэнь Гун израсходовал лабораторных материалов и химикатов на тринадцать тысяч юаней! Это выходят далеко за все лимиты! Более того, Чэнь Гун неоднократно приводил студента Шоу Вэйсяна и вместе с ним разбирал оборудование лаборатории, что является грубейшим нарушением техники безопасности! Это создает огромную угрозу поломки дорогостоящих приборов. Я считаю, он обязан дать объяснения! Все накладные подписаны деканом Яном. Чэнь Гун, тебе есть что сказать?!
В кабинете воцарилась гробовая тишина.
Ци Хуань и Жэнь Хунли на этих пятиминутках не присутствовали, уходя раньше. Собирался лишь рядовой персонал. А Лю Чжи к тому же отвечал за оборудование на пятом этаже.
Все с тревогой уставились на Чэнь Гуна.
Шоу Вэйсян и Тао Шэннань сжали кулаки: этот гад явно решил отыграться!
Чэнь Гун же лишь усмехнулся:
— О как? А ты не хочешь спросить, зачем я разбирал приборы? Или раз накладные подписывал декан Ян, почему бы тебе не пойти и не спросить у него лично?
— Чэнь Гун, ты всего лишь студент, соблюдай суббординацию! Ты собираешься объяснять свое поведение?!
Чэнь Гун отличался спокойным нравом. Но Ян Гуанъе при вступлении в проект обещав ему отдельную лабораторию, так ничего и не дал. Чэнь Гун не стал качать права, но тринадцать тысяч за полмесяца для третьего ответственного лица в проекте — разве это много? Он проводил опыты для общего исследования, а не тратил реактивы на себя! Неужели Лю Чжи не видел лабораторные журналы?!
Лю Чжи просто решил публично растоптать его authority.
Чэнь Гун встал и тяжело смерил Лю Чжи взглядом:
— И сказать-то мне тебе нечего. Да и… ты не достоин.
Он развернулся к друзьям:
— Пошли отсюда. Ах да, Лю Чжи, можешь наложить на меня взыскание. Мне без разницы!
Зал обомлел. Никто не ожидал от обычно вежливого и скромного Чэнь Гуна такой ледяной дерзости.
А Лю Чжи перекосило от лютой ненависти.
Гад…