Глава 80 - Этого достаточно
Закончив пояснения, Цзэн Хуэй тихо спросил Чэнь Гуна:
— Проведя с нами неделю, снимки-то читать научился?
Чэнь Гун уверенно кивнул:
— Да, всё отчетливо видно.
Цзэн Хуэй одобрительно улыбнулся и повернулся к Чжан Хуань:
— Каково соматическое состояние пациента и порог болевой чувствительности? Если он плохо переносит боль, придется давать легкий наркоз.
Чжан Хуань лишь тяжело вздохнула:
— Порог чувствительности у него колоссальный. Или, вернее сказать, неврологический дефицит перекрывает всё. Неделю назад у него внезапно опустился левый уголок рта, появилось поперхивание при питье, нарушение глотания и речи. При этом голова не болела, сознание оставалось на прежнем уровне, очаговой двигательной симптоматики в конечностях не было. На КТ выявили лакунарный инфаркт мозга. Это уже третья госпитализация за год, восприятие окружающего мира у него снизилось катастрофически. О вывихе мы узнали только потому, что соседи по палате заметили, как он странно поджимает руку! Вы представляете? Вывих плеча — и ни единого стона!
Слушая врача, дочь старика не выдержала. В ее памяти отец всегда оставался сильным, могучим исполином, который легко поднимал ее на плечи и бегал с ней по парку… А теперь он сидел перед ней — сгорбленный, беспомощный, с потухшим взглядом. И когда их глаза встречались, он испуганно опускал голову, словно провинившийся ребенок.
Женщина сжала платок, у нее перехватило дыхание, а из глаз брызнули слезы. Она отвернулась, пытаюсь взять себя в руки.
Но отец всё еще узнавал ее!
Пациенты с Альцгеймером со временем забывают всё. Но каждое утро, просыпаясь, старик по-прежнему пытался почистить для нее вареное яйцо, аккуратно отделял желток, бережно брал ее сумочку и шептал: «Тебе пора в школу… Поешь перед дорогой…»
Какая бы тяжелая ни была работа, женщина выхаживала отца без единого ропота. Она знала: у нее есть муж и дети, но у отца на этом свете кроме нее не осталось никого.
Цзэн Хуэй сочувственно вздохнул. Насмотревшись на семейные разборки из-за имущества у постели больных, он глубоко уважал такую преданную дочернюю любовь.
— Я проведу осмотр. Попросите его довериться мне.
Женщина ласково наклонилась к отцу:
— Папа, доктор сейчас посмотрит твочку ручку. Если будет больно — скажи, ладно?
Старик медленно поднял мутный взгляд, посмотрел на Цзэн Хуэя и слабо кивнул, ничего не ответив.
Цзэн Хуэй аккуратно приподнял левую руку больного и слегка пальпировал суставную сумку. Раздался едва слышный крепитационный хруст.
— Больно? — тихо спросил врач.
Старик словно не услышал. Дочь громче повторила:
— Папа, тебе больно?
Услышав голос дочери, старик вдруг светлел лицом, губы его задрожали, и он с трудом, проглатывая звуки, выговорил:
— Папе не больно… Папа в порядке… Ты иди… иди в школу… Папа здоровый… Все хорошо… Все хорошо…
Эти простые слова окончательно сломали женщину — она закрыла лицо руками и тихо зарыдала.
Этот человек не изменился. Даже теряя разум, он больше всего на свете боялся стать для нее обузой. Годы могут стереть память, но отцовская любовь впечатана глубже мыслей.
Чэнь Гун стоял рядом, не произнося ни слова, но сжатые кулаки выдавали его волнение. Отец всегда говорил ему: врач без сострадания — лишь ремесленник, но врач, утонувший в чужой боли, не сможет спасти никого. Раньше Чэнь Гун не понимал этих слов, но сейчас, соприкоснувшись с реальной клиникой, наконец осознал их истинный смысл.
Успокоившись, женщина вытерла слезы и с надеждой взглянула на врача:
— Доктор Цзэн… Как он?
Цзэн Хуэй мягко улыбнулся:
— Все в порядке, наркоз не потребуется. Чувствительность сильно снижена, вправим наживую. Но нужно, чтобы он встал. Он сможет подняться?
— Да, ходить он может сам, — кивнула дочь. — Меня просто пугает это новое состояние… Он вдруг стал так плохо говорить, слюна течет, подавляется водой… Мне очень страшно.
Цзэн Хуэй понимающе кивнул. Неврологические симптомы были вне его компетенции, его задачей было вернуть сустав на место.
— Сяо Чэнь, ассистируй.
Цзэн Хуэй мог легко сделать все сам, но решил дать Чэнь Гуну практический урок.
— Какую технику ты бы выбрал в данном случае? — спросил он.
Чэнь Гун без колебаний ответил:
— Метод вправления на стуле.
Цзэн Хуэй с удивлением посмотрел на юношу — это действительно был идеальный выбор для ослабленного пожилого пациента!
Из одиннадцати классических методов передней репозиции метод Кохера применялся чаще всего, но давал высокий риск повреждения плечевого сплетения при низкой кооперации больного. Для данного старика с его неврологическим дефицитом репозиция на стуле была самой безопасной.
Метод заключался в использовании веса тела и рычага: пациент садился боком на стул, перекидывая поврежденную руку через спинку. Врач фиксировал предплечье, после чего больной плавно поднимался. Простая и эффективная биомеханика.
— Расскажи последовательность действий, — велел Цзэн Хуэй.
Чэнь Гун без запинки доложил все этапы и биомеханические векторы.
Цзэн Хуэй заглянул ему в глаза и строго произнес:
— Я фиксирую положение тела, а ты берешь на себя тягу за руку. Справишься?!
В его голосе прозвучала редкая, стальная требовательность опытного хирурга.
Чэнь Гун твердо кивнул:
— Справлюсь!
Зафиксировав стул и плечевой пояс больного, Цзэн Хуэй дал знак. Чэнь Гун обхватил руку старика. В тот же миг в его сознании возникла четкая трехмерная проекция сустава, костных ориентиров и векторов сил.
Согласно исследованиям, для вправления плечевого сустава требуется усилие всего около 2,9 килограмма, если правильно использовать рычаг кости. Но приложить эти 2,9 килограмма под идеальным углом — и есть высшее мастерство!
Чэнь Гун мгновенно рассчитал траекторию, угол и необходимое ускорение.
— Начинай! — скомандовал Цзэн Хуэй, подставляя плечо.
Но не успел он закончить движение…
Клик!
Раздался четкий, сочный звук встающего на место сустава!
Цзэн Хуэй покрылся холодным потом:
— Рано!
«Слишком быстро! Силы явно не хватило! Неужели промах?!» — пронеслась в его голове паническая мысль.
Но, быстро пальпировав сустав, Цзэн Хуэй замер от изумления.
Головка кости идеальнейшим образом вошла в суставную впадину!
«Успех?! Но как?! Это же случайность?!»
Цзэн Хуэй перепроверил еще раз — конгруэнтность была безупречной! Сила тяги составляла от силы килограмма три-четыре!
Он отвел Чэнь Гуна в сторону и тихо прошипел:
— Ты поторопился! Сила была на пределе, при таком слабом рывке репозиция обычно срывается! Тебе просто повезло!
Чэнь Гун недоуменно взглянул на него:
— Я всё рассчитал. У дедушки выражена атрофия мышц и растянута капсула, сопротивление тканей минимально. Такого усилия было более чем достаточно.
Цзэн Хуэй обомлел:
— Ты сделал это намеренно?!
Чэнь Гун пожал плечами:
— Ну да. Простая биомеханика, ничего сложного.
Видя, как юноша с будничным видом «выпендривается», Цзэн Хуэй чуть не задохнулся от возмущения:
— Ах ты скромник! Дай тебе волю — ты и луну с неба спустишь! Ничего сложного ему!
Тем временем Чжан Хуань проверяла объем движений у старика, а дочь непрестанно кланялась врачам.
Чэнь Гун подошел к пациенту. Вдруг его взгляд зацепился за асимметрию лица старика. Достав салфетку, он заботливо вытер слюну с его подбородка…
И в этот момент Чэнь Гуна озарило!
Он разглядел нечто невероятное!