Глава 73 - 第73章 專利！
Глава 73. Патент!
В конференц-зале воцарилась звонкая тишина.
Все как один уставились на Чэнь Гуна, сгоранием от любопытства: какое же решение он предложит для суровых клинических реалий?
Ведь за все это время на лице юноши не мельком не проскользнуло и тени испуга или неуверенности.
И это поражало больше всего!
Разработка новой хирургической техники или модернизация теории — это всегда тяжелый, изнурительный труд, где каждый шаг дается с боем, а на пути встают сотни препятствий. Именно поэтому над проектами работают целые коллективы, преодолевая проблемы общими усилиями.
Но Чэнь Гуну… сколько ему? Девятнадцать? Двадцать?
Студент второго курса! Второй курс, Черт возьми! Он не просто в совершенстве освоил бездонный пласт теории, но и на профессиональном уровне применил высшую математику, комплексный анализ, векторную биомеханику…
Настоящий монстр! Абсолютное нарушение всех законов логики!
Ученые мысленно горько ухмылялись, но в глубине души каждый из них страстно хотел, чтобы у этого парня всё получилось.
И вот, под пристальными взглядами десятков глаз, Чэнь Гун снова сжал в пальцах мел. На этот раз он не просто писал, а сопровождал каждый штрих подробным пояснением:
— Ответы на ваши вопросы я разделил на пять последовательных этапов.
— Первый этап: анализ конструктивной выполнимости. Это то, о чем говорил уважаемый Ли Бо. Как известно, ширина дужки шейного позвонка меньше ее высоты, а сечение близко к овалу. Ширина дужки позволяет ввести винт диаметром от 3,0 до 4,5 миллиметра. Исходя из этих параметров, я разработал линейку специализированных винтов именно для дужки шейного отдела.
— Я предлагаю четыре типоразмера: 3,0 миллиметра, 3,5 миллиметра, 4,0 миллиметра и 4,5 миллиметра. При таком раскладе диаметр винта оказывается меньше ширины самой дужки, но слегка превышает ширину губчатой кости. Резьба нарезает костную ткань кортикального слоя, что дает максимальную прочность на вырывание и изгиб…
— Разумеется, традиционные прямые винты здесь бесполезны. При проектировании я опирался на ряд источников и анатомические особенности, задав конструкции небольшой специфический изгиб. Это облегчает введение и полностью соответствует законам биомеханики…
Пока Чэнь Гун говорил, на доске с невероятной точностью выросла схема введения винта в дужку позвонка и чертежи всех четырех модификаций.
При виде этого у присутствующих окончательно пропал дар речи!
Пресвятые угодники!
Да он подготовился так, будто собрался сдавать объект «под ключ»!
Он не просто продумал спецификацию винтов, но и на корню просчитал биомеханическую устойчивость, нагрузки и углы вхождения?!
И после этого ты утверждаешь, что ты обычный студент-медик?!
Цинь Сюэхай смотрел на чертежи с широко открытым ртом. За долгие годы руководства научными проектами он еще ни разу не вел войну с таким колоссальным перевесом в ресурсах!
Парень успел спроектировать даже патентную модель винта!
И ладно бы просто начертил — изгиб был настолько изящным и анатомически оправданным, что любой хирург с ходу оценил бы его гениальность. Цинь Сюэхай, проведший сотни операций, моментально понял: этот угол создан идеальным практиком для практиков!
Это было просто потрясающе! Высший пилотаж!
Следующим шагом напрашивалась подача заявки на патент…
Погодите!
Цинь Сюэхая внезапно осенило, и его лицо изменилось.
Точно! Патент! Эту штуку нужно немедленно патентовать! Чэнь Гун — совсем еще зеленый парень, он наверняка даже не подумал об этом…
Но следующая фраза Чэнь Гуна окончательно повергла зал в шок:
— Что касается этой линейки винтов, я уже подготавливаю документы для подачи заявки на патент. Некии мелкие технические детали я пока опущу, с вашего позволения.
Зал взорвался гулом!
Подача на патент?!
Цинь Сюэхай едва не поперхнулся. Этот парень… он вообще человек?! Он просчитал абсолютно всё! Он даже патентную документацию уже готовит?!
Впрочем, Цинь Сюэхай тут же черкнул на своем блокноте слово «Патент». Он отлично понимал: у рядового студента процедура оформления займет минимум пару лет. Надобно помочь парню пробить бюрократическую стену как можно быстрее.
Неужели он настолько уверен в своей разработке? Неужели ни на секунду не усомнился в ее жизнеспособности?
Чэнь Гун между тем спокойно продолжал:
— Второй пункт: глубина погружения винта.
— Ориентируясь на полную длину оси дужки позвонков C3–C7 и длину суставного отростка, оптимальная глубина введения составляет ровно 25 миллиметров. При этом верхушка винта достигает передней трети тела позвонка, что обеспечивает максимальный запас безопасности! Таким образом, вопрос безопасности, поднятый профессором Цинем, снимается сам собой.
— Но остается главная хирургическая проблема: определение координат точки входа. Это тот самый клинический вопрос, который озвучил профессор Ли. Признаться, у меня не было возможности провести глубокие клинические изыскания, поэтому я предложу лишь общую концепцию.
— Мой план базируется на биомеханическом анализе, статистической обработке и сверхточных измерениях. На первом этапе с помощью рентген-аппарата с анатомических препаратов шейного отдела снимаются снимки в верхней и нижней осевых проекциях, а также косые снимки под углом 45 градусов. Измеряются семь ключевых показателей, включая YE, PSH, PSW…
— Затем полученные значения корректируются с учетом коэффициента увеличения снимка. Вычисляются средние значения и стандартные отклонения, проводится статистический анализ ANOVA. После подтверждения достоверности дисперсии применяется q-критерий для множественных межгрупповых сравнений… И вуаля: мы получаем математически точный алгоритм определения точки входа!
Зал погрузился в глубокое молчание. Ученые жадно впитывали логику Чэнь Гуна.
Высшая математика могла быть им чужда, но когда дело доходило до профессиональной анатомии и статистики, они были как рыбы в воде.
Пока Чэнь Гун вещал у доски, внизу разгорелась жаркая дискуссия.
Цинь Сюэхай схватил Ли Цзиньхуаня за рукав и принялся активно жестикулировать в воздухе, а его глаза горели ярким огнем:
— Смотри! Эти показатели полностью перекрывают погрешность!
— Да, метод абсолютно жизнеспособен! Если точка позиционирования определена с такой точностью, сложность операции падает в разы!
— Невероятно… Откуда ты выкопал этого гения, Цинь? Он же ничем не уступает ведущим экспертам!
— Ладно, о талантах потом! Давай оценим саму хирургическую технику!
— Да-да, давай!
Слушая шушуканье в зале, Чэнь Гун улыбнулся и обратился к президиуму:
— Профессор Цинь, профессор Ли, вы — признанные эксперты в клинике. Что касается самой техники проведения операции, у меня есть пару мыслей.
— Во-первых, доступ. Я считаю, что идеальным решением станет задний срединный разрез. Нам достаточно отсечь мышцы по обе стороны остистых отростков до латерального края суставных отростков. Затем с помощью микропедиатрического бора снимается кортикальный слой в точке входа, задается направление, и под контролем «С»-дуги рентгеновского аппарата шило вводится в дужку позвонка. Прямая визуализация гарантирует высочайший уровень безопасности. А вот что касается тончайших хирургических нюансов — тут слово за вами, уважаемые мэтры.
Едва Чэнь Гун закончил, Ли Цзиньхуань первым сорвался с места и от души зааплодировал:
— Браво! Потрясающе!
— Задний срединный разрез идеально подходит для этой задачи! А главное — он в разы повышает безопасность вмешательства! Ты продумал всё до мелочей! Чэнь, ты точно никогда не работал в клинике? Не ассистировал на операциях? Откуда у тебя такое глубокое понимание хирургической практики?!
Чэнь Гун смущенно улыбнулся и качнул головой:
— Простите, профессор Ли, но всё это — не более чем диванная теория. Я ни разу в жизни не стоял у операционного стола. Лишь отрабатывал симуляции да просмотрел сотни часов видеозаписей реальных вмешательств. Из этого и родились мои соображения. Но как всё пройдет на практике и каков будет реальный коэффициент безопасности — я сказать не могу. Мои выкладки пока остаются на бумаге. Так что окончательное слово за специалистами. Спасибо за внимание.
С этими словами Чэнь Гун отвесил аудитории легкий поклон.
В следующий миг зал взорвался овацией. Загремели аплодисменты — громоподобные, долго не затихающие.
Никто не произносил речей. Аплодисменты сказали всё за них.
Ученые просто не могли подобрать слов, чтобы выразить свое восхищение. Поэтичные эпитеты казались слишком бедными по сравнению с ярким, ослепительным талантом, который только что предстал перед ними.
Ли Бо и Лю Юэцин, своими глазами наблюдавшие за тем, как этот парень рос у них на глазах последние недели, были потрясены сильнее остальных.
Ведь прошло меньше месяца! Меньше месяца потребовалось Чэнь Гуну, чтобы совершить качественный скачок сразу в нескольких фундаментальных областях!
Да, его практические навыки еще далеки от совершенства. Но если брать конкретно этот исследовательский проект — кто из присутствующих в зале сделал больше, чем этот юноша?!
Он в одиночку прошел весь путь: от модификации хирургической техники до фундаментальной теории, от биомеханических расчетов до проектирования уникальных винтов и оценки рисков!
Если бы раньше кто-то спросил Ли Бо, сколько времени нужно человеку, чтобы войти в проект, полностью освоить тему и внести решающий вклад, тот не задумываясь ответил бы: «Годы!»
Но сегодня он своими глазами увидел чудо. Человек прошел весь цикл и совершил научный прорыв за неполный месяц.
И этот «человек» — двадцатилетний студент второго курса!
Разве это не за гранью фантастики?!
Лю Юэцин же смотрела на Чэнь Гуна с ласковой, почти материнской улыбкой, гордясь им так, будто он был ее родным младшим братом.