Глава 162 - Громкое имя
Слова Чэнь Гуна вновь погрузили кабинет в шокированное молчание.
Тринадцать миллионов долларов на научные изыскания! О чём тут вообще можно сомневаться?! Задуматься хоть на одну секунду над предложением такого уровня — значит проявить глубочайшее неуважение к тринадцати миллионам вечнозелёных купюр!
Цинь Сюэхай и Ян Гуанъе переглянулись, в их глазах читалась паническая мольба: «Брат ты наш родной, о чём тут думать?! Соглашайся немедленно! А вдруг иностранец передумает через пять минут?! Что тогда делать?!»
Цинь Сюэхай едва сдерживал порыв подскочить и схватить Чэнь Гуна за плечи. Упустить такой колоссальный шанс было бы не просто ошибкой, а преступлением перед наукой! Он-то прекрасно знал, сколько нераскрытых показателей и неисследованных гипотез оставалось в проекте Чэнь Гуна. И раз уж приплыл такой богатый «денежный мешок», нужно вцепляться в него мертвой хваткой!
Впрочем, пребывавший рядом академик Сюй Тун волновался ничуть не меньше.
Цинь Сюэхай, возможно, не до конца осознавал истинный вес сказанных Сетом слов, но Сюй Тун понимал всё прекрасно. Дело было даже не в самих тринадцати миллионах долларов — итоговый бюджет его собственного глобального проекта превосходил эту сумму в разы.
Суть заключалась в статусе! Этот проект официально попадал под эгиду Всемирной организации здравоохранения!
Если Сет Коул действительно подпишет соглашение и в проект войдёт международный грант такого масштаба, это не только ускорит процесс исследований в разы, но и придаст теме колоссальный, почти непререкаемый авторитет в мировом научном сообществе.
В академической среде авторитет — это всё! От масштаба влияния проекта напрямую зависит его добавочная стоимость, глубина и количество вторичных исследований, которые он породит…
Сет Коул занимал высшие позиции в сфере исследования хронических заболеваний. Его личное участие гарантировало проекту эффект разорвавшейся бомбы в глобальном масштабе.
И хотя Сюй Тун пока не знал всех деталей последних открытий Чэнь Гуна, факта публикации на обложке «Ланцета» и приезда съемочной группы из Европы было более чем достаточно, чтобы снять любые вопросы о ценности исследования.
Если Чэнь Гун оформит полноценное партнерство с Сетом, то и «трансляционная медицина», и изучение цикла трикарбоновых кислот выйдут на совершенно иной, недосягаемый уровень.
Сюй Тун за прошедшие недели сам провел ряд тестов и убедился: цикл Кребса, являясь ключевым звеном метаболизма человека, действительно связан с хроническими патологиями тысячами невидимых нитей. Чэнь Гун успешно закрыл тему атеросклероза, но впереди открывался бескрайний океан! Можно было масштабировать работу на диабет, гипертонию… или углубиться в методы терапии и профилактики самого атеросклероза.
И был ещё один тонкий момент, о котором Сюй Тун предпочёл умолчать: случаи, когда отечественные медицинские проекты получали прямое финансирование от ВОЗ, можно было пересчитать по пальцам одной руки! В клинической медицине проект Чэнь Гуна мог войти в первую десятку за всю историю страны.
Стоило этой новости огласиться, как любая критическая вонь в адрес Чэнь Гуна в академических кругах мгновенно улетучилась бы! Это чистейший эффект суперзвезды. Под защитой авторитета Сета Коула никакие интриганы не смогли бы причинить ему вреда.
Посмотрите хотя бы на Цяо Юаня!
Ещё полчаса назад этот спесивый чинуша из проверяющего ведомства буквально фонтанировал желчью и строил из себя всемогущего судью. А сейчас? Глядя на Сета, он сжался в комок и выглядел жалостно и жалко.
И то сказать: Цяо Юань даже не был академиком, да и в отечественной науке не входил в первую обойму. А на мировой арене кто он такой? Мелкая сошка без роду и племени.
Цяо Юань действительно пребывал в состоянии глубокого шока. Его картина мира рушилась прямо на глазах. Он-то рассчитывал на легкую прогулку и показательную расправу над упрямым юнцом, а попал в высшую лигу, где его ценность стремилась к нулю!
В кабинете стояла такая тишина, что было слышно, как пролетает муха. Присланная сверху инспекция состояла из специалистов по хроническим болезням, и авторитет Сета для них был сродни божественному!
Сюй Тун крут? Безусловно! Но он из другого ведомства — фундаментальная наука, Госфонд. Он не мог напрямую указывать чиновникам от медицины. А вот Сет…
Цяо Юань судорожно пытался придумать выход из тупика.
Сказать честно, отправить его сюда с проверкой научил академик Ван Хуа — представитель ультраконсервативного крыла нашей науки, органически не переносивший «трансляционную медицину» Чэнь Гуна.
Казалось бы, трансляционная медицина — всего лишь новая методологическая концепция. Но если вдуматься… Академический пирог имеет фиксированный размер. Если кто-то отрезает себе огромный кусок под соусом «инновационного подхода», значит, у остальных куски станут меньше! Консерваторы панически боялись потерять влияние и ресурсы.
Цяо Юань лихорадочно соображал, что делать дальше. Ситуация полностью вышла из-под контроля. У проекта Чэнь Гуна уже были неопровержимые результаты мирового уровня, а значит, расходование средств было более чем оправданно. Придраться к трансляционной медицине? Но есть ли у него право оспаривать концепцию, признанную «Ланцетом» и ВОЗ? Кто вообще станет слушать его жалкое блеяние?
Тем временем Сет, стоявший подле Чэнь Гуна, заметно нервничал. Несмотря на свой высочайший статус, он не смел смотреть на молодого китайца свысока.
Во-первых, Чэнь Гун продемонстрировал филигранное понимание концепции трансляционной медицины. Во-вторых — и это главное! — он с ходу указал на критические изъяны «индекса Сета» и предложил гениальные пути их устранения. А предложенная им «платформа трансляционной медицины» представляла собой глобальный инструмент будущего, способный в расы ускорить внедрение лабораторных открытий в клинику!
Разве тринадцать миллионов долларов — это много за входной билет в такое будущее? Копейки! Смешные копейки!
Если он войдет в проект Чэнь Гуна сейчас, то обеспечит себе участие во всех последующих разработках и совместное создание платформы.
Сет не выдержал и обращался к Чэнь Гуну с искренней мольбой в голосе:
— Профессор Чэнь, позвольте спросить напрямую: вас не устраивают мои условия? Говорите прямо, я готов пересмотреть любые пункты! Центр исследований хронических болезней может предоставить не только финансы, но и колоссальные лабораторные мощности, базы данных и лучшие кадры. Я лично возглавлю исследовательскую группу с нашей стороны! А что касается денег — не переживайте, тринадцать миллионов долларов — это остаток бюджета за прошлый год, а уже в июне поступит новое финансирование!
Слушая эти пылкие заверения, члены комиссии окончательно потеряли дар речи. Они были поражены лебезящим тоном мирового светила и абсолютно потрясены гением Чэнь Гуна.
Чэнь Гун между тем спокойно кивнул:
— На самом деле, профессор Сет, скажу вам открыто: у нашего проекта нет проблем с деньгами.
Услышав эту наглую ложь, Цинь Сюэхай густо покраснел. «Ну ты и жук, Чэнь Гун! Врать с честными глазами — это тоже талант! Будто мы не знаем, как ты выскребал последние гроши на реактивы!»
Сет же с готовностью закивал:
— Понимаю! В перспективных научных проектах деньги — самый дешевый ресурс. Но мы предлагаем колоссальный массив клинических данных и интеллектуальную поддержку!
Чэнь Гун сделал паузу и наконец улыбнулся:
— Что ж, по первому этапу исследования мы подвели черту. Но я с удовольствием приглашаю вас стать партнером в нашем новом, более масштабном проекте. Рад сотрудничеству, профессор Сет!
Лицо Сета просияло:
— Взаимно, профессор Чэнь! Это честь для меня!
Он не стал торопить события и давить на Чэнь Гуна по поводу создания единой платформы. Всё должно идти своим чередом. Он верил, что Чэнь Гун неизбежно придет к этому на следующем этапе. А что нужно платформе трансляционной медицины больше всего? Данные! А данных по хроническим болезням у ВОЗ было больше, чем у кого-либо в мире.
Чэнь Гун повернулся к Цяо Юаню и его спутникам, выложив на стол пухлую стопку распечаток:
— Это текст нашей статьи, принятой к публикации в «Ланцете». Я не показывал её раньше, поскольку ждал официального утверждения верстки. Теперь сомнений нет. Первый этап темы полностью завершен и дал исчерпывающие результаты. Надеюсь, вопросов по целевому использованию средств гранта больше не осталось?
Чэнь Чжэнь уставился на него с немой яростью:
— Если у тебя были готовые результаты, почему ты молчал?!
Чэнь Гун смерил его прохладным взглядом и бросил с тонкой издевкой:
— Чтобы вы успели выгодно перепродать мои наработки? Я до сих пор не получил ответа на вопрос, кто слил конфиденциальную информацию о бюджете моей темы сторонним лицам.
Эти слова были подобны звонкой пощечине, от которой у Чэнь Чжэня зазвенело в ушах. Он налился желчью, но не смог вымолвить ни слова в ответ.
Люй Аньшань стоял рядом с каменным лицом. Сегодняшний демарш, задуманный как разгром группы Ли Цзинмина и Цинь Сюэхая через уничтожение Чэнь Гуна, обернулся сокрушительным и позорным фиаско.
Цяо Юань, чувствуя себя полнейшим дураком, углубился в чтение представленной статьи.
Кабинет погрузился в тишину, прерываемую лишь шорохом страниц.
Прошло больше часа.
По мере чтения эксперты комиссии то и дело издавали изумленные возгласы. Сюй Тун не уставал поражаться тому, насколько невероятный рывок совершил Чэнь Гун за столь короткий срок. Статья была написана филигранно, мысли поражали глубиной и смелостью! Неудивительно, что Сет прилетел через полмира!
К шести вечера Цяо Юань закрыл папку. В его голове стучала одна-единственная мысль: «Я влип. Влип по-крупному!»
Он понял, что перешёл дорогу человеку совершенно иного масштаба. Будучи прагматиком, Цяо Юань тут же сменил тональность, состряпав слащавую угодливую мину:
— Профессор Чэнь! Прошу понять нас правильно: у нас не было ни малейшего намерения действовать против вас лично. Мы все служим одной цели — развитию медицинской науки и помощи людям. Различие в научных подходах естествоиспытателей вполне допустимо, главное — стремиться к истине! Но промежуточная проверка — формальная процедура, и мы были обязаны выполнить свою работу. Теперь очевидно, что наши опасения были напрасными. Полноценную оценку вашему триумфу дадут эксперты Госфонда!
Чэнь Гун лишь равнодушно кивнул, даже не удостоив чиновника улыбкой. Он не собирался делать вид, будто ничего не произошло, только потому, что обидчик решил включить задний ход.
По регламенту инспекционная группа должна была остаться на ужин и уехать лишь на следующий день. Люй Аньшань и Чэнь Чжэнь организовали пышный банкет в лучшем ресторане, однако… на него никто не пришёл! Ни Сюй Тун с представителями Госфонда, ни даже сам Цяо Юань со своими людьми!
Люй Аньшань был в бешенстве, а Чэнь Чжэнь ходил чернее тучи. Вечер был испорчен окончательно.
Тем временем Ли Цзинмин и Цинь Сюэхай устроили куда более душевный приём в честь Сета и его группы.
Гуань Вэньсян хотел задержаться, но Фу Цинь утянула его за собой — им предстояло за ночь подготовить развернутые статьи о триумфе Чэнь Гуна для прессы.
За обеденным столом царила приподнятая атмосфера.
Естественно, встал вопрос о регистрации следующего, международного этапа исследований. Ли Цзинмин и Цинь Сюэхай очень надеялись, что Чэнь Гун подаст заявку от имени Шаньхэского медицинского университета. Ведь теперь, имея статус сотрудника Больницы скорой помощи, Чэнь Гун мог легко подавать документы и от их имени.
Чэнь Гун сделал глоток сока и спокойно, но веско произнес:
— Если Чэнь Чжэнь останется на посту начальника отдела науки и образования, я не подам через университет ни одной заявки. Можете передать эти слова на ректорате без купюр.
Ли Цзинмин широко раскрыл глаза. Он мгновенно понял, какую козырную карту вложил ему в руки Чэнь Гун!
Новая тема Чэнь Гуна — это международный проект высочайшего уровня с участием ВОЗ, с гарантированным многомиллионным долларовым бюджетом и вниманием мировых медиа! Если университет потеряет такой грант из-за одного зарвавшегося чинуши… Чэнь Чжэня сотрут в порошок на ближайшем же совете!
Ли Цзинмин глубоко вздохнул:
— Я услышал тебя, Чэнь Гун. Этот вопрос будет решён в кратчайшие сроки. Но… скажи, ты не думал о том, чтобы занять официальную административную должность в стенах университета? Не формальный статус «заслуженного выпускника», а реальный пост? Без жесткого графика, с полным карт-бланшем на организацию своей работы? Подумай над этим! Если решишься — звони мне в любое время.
Ли Цзинмин уже не мог относиться к Чэнь Гуну как к простому студенту или молодому преподавателю. Он понимал: этот парень одним словом может разрушать карьеры крупных функционеров. А если держаться к нему поближе — университет взлетит на невиданные высоты!
Чэнь Гун кивнул:
— Я подумаю над вашим предложением, ректор Ли.
…
На следующее утро в академических кругах разразился настоящий гром.
Представители Государственного комитета по делам здравоохранения, узнав, что в Шаньхэский медицинский университет тайно прибыл глава исследовательской группы ВОЗ профессор Сет Коул, выпали в осадок. Их никто не предупреждал! Лихорадочно выяснив причины визита, замминистра здравоохранения вместе с директором Национального центра изучения хронических заболеваний и руководством Госфонда срочно вылетели в провинцию Шаньхэ.
Глава департамента здравоохранения провинции Шаньхэ Ро Чжэвэнь, получив звонок из столицы, находился в полном шоке — он узнал об этом последним!
Пользуясь случаем, Ли Цзинмин экстренно организовал «Международный симпозиум по проблемам хронических заболеваний», который прошел с оглушительным успехом.
Перед отъездом замминистра лично пожал руку Чэнь Гуну и веско произнес:
— Работай смело, парень! Забудь про деньги и бюрократию. Если возникнут любые проблемы — звони мне напрямую!
Эти слова отозвались в душе Чэнь Гуна тёплой волной уверенности.
Спустя три дня состоялось внеочередное заседание ректората Шаньхэского медицинского университета. Люй Аньшань просидел всю встречу молча, не смея поднять глаз, а Ли Цзинмин с лёгкостью снял Чэнь Чжэня с должности начальника отдела науки и образования, сослав его доживать век в архивный отдел. Временно исполняющим обязанности был назначен декан Ян Гуанъе.
В тот же день вышел свежий номер авторитетнейшего журнала «Ланцет».
Обложку издания украшал портрет молодого китайского учёного, а рядом крупными буквами пылал заголовок: «Трансляционная медицина: Новая эра, новое будущее».
Это был абсолютный триумф. Впервые за долгие годы ученый из Китая удостоился такой чести!
Благодаря мощной информационной поддержке издательского дома Elsevier концепция «трансляционной медицины» мгновенно облетела ведущие научные издания мира, вызвав колоссальный резонанс.
В Китае научное сообщество пребывало в шоке.
Завистник Сунь Гуанцзэн, пытавшийся ранее поливать Чэнь Гуна грязью в соцсетях, окончательно онемел. Он-то думал, что воюет с безусым юнцом, а за того заступились гиганты мировой научной индустрии!
Более того, Шаньхэский медицинский университет выступил с официальным заявлением, обвинив Сунь Гуанцзэна в намеренной клевете и требованием публичных извинений. Сунь Гуанцзэн пытался огрызаться, но его голос утонул в потоке всеобщего одобрения нового направления.
Государственный комитет по развитию медицины, Министерство науки и технологий и Союз медицинских вузов Китая инициировали масштабную дискуссию по внедрению опыта Чэнь Гуна в национальную систему здравоохранения. Чэнь Гуна официально окрестили «отцом-основателем отечественной трансляционной медицины».
Его имя прогремело на всю страну.
Впрочем, сам виновник торжества относился к этой шумихе с философским спокойствием. Шумиха — вещь эфемерная. Главное — это фундаментальные исследования и реальная помощь людям.
Чэнь Гун не собирался становиться кабинетным ученым. Наука рождается в клинике и должна служить клинике. Поручив текущую рутину своей расширившейся команде, куда вошли Ян Гуанъе, Ци歡 и Цинь Сюэхай, он снова вернулся к практике.
В один из майских дней Чэнь Гун переступил порог Больницы скорой помощи и столкнулся с Чжао Си. Девушка загадочно улыбалась, глядя на него лучистыми глазами.
— Ты чего сияешь? — с улыбкой спросил Чэнь Гун. — У тебя что, свадьба на носу?
Чжао Си одарила его долгим выразительным взглядом и не задумываясь выпалила:
— Ага. С тобой, между прочим!