Глава 732 - 4. Два персика губят трех воинов: пугающая мощь открытого заговора! Последний закат «Тунлаской клики» и новый шанс Чэн Вэя
Через десять минут он закрыл вкладки с данными и перешел на новостные порталы.
«Байду, Кингсофт, Три шетьдесят, Тенсент, Согоу, БайтДэнс и другие компании собрались в Пекине для подписания «Конвенции о самодисциплине в сфере поисковых систем» с целью поддержания здоровой конкуренции».
Ма Вэньтэн заезжал в Сюйчэн действительно по пути — его главной целью была эта конференция в столице. В ходе «Войны 3Б» гиганты вроде Тенсент, Байду и Три шетьдесят заигрались настолько, что начали держать пользователей за дураков. Сверху пригротили пальцем, и всем пришлось скрепя сердце идти на мировую. Хотя Согоу и БайтДэнс не участвовали в боевых действиях, их тоже вызвали «для профилактики».
«Капитализация Байду рухнула на 12 миллиардов юаней! Фан Чжоуцзы обрушился с критикой на Три шетьдесят!»
Чэнь Яньсэнь не удержался от смешка. Ли Яньхун проявил недюжинную смекалку: нанять одного скандалиста, чтобы тот публично поливал грязью другого — весьма изящный метод борьбы.
«Запуск браузера Таобао под лозунгом «Безопасный шопинг».
«Доля мобильного трафика в Вэйбо достигла 56%, мобильный интернет демонстрирует взрывной рост».
«Мэйтуань корректирует стратегию групповых покупок, готовя почву для запуска сервиса доставки еды».
«Камни в форме сердца Ли Чэня: выяснилось, что он дарил одинаковые сувениры многим женщинам».
«Культура переработок в ИТ-компаниях: система 996 — благо или зло?»
Август 2012 года был богат на события. Помимо корпоративных войн, в топах новостей постоянно мелькала Олимпиада.
В Тоутяо специально для этого открыли олимпийский раздел. Новости о мировом рекорде Сунь Яна на дистанции 1500 метров, защите титула Линь Данем и «засуженном» золоте Чэнь Ибина набирали десятки миллионов просмотров. Но самым обсуждаемым событием оставался сход Лю Сяна с дистанции. Несмотря на то что прошла уже неделя, в комментариях не утихали яростные споры и проклятия.
Чэнь Яньсэнь нахмурился и тяжело вздохнул.
Ближе к вечеру Чэнь Дэцзюнь и Юй Вэйцзяо, подписав предварительные бумаги, вместе покинули технопарк Чжусяньчжуан.
— Ты действительно собираешься продать компанию Сэньлянь Капитал? — спросил Юй Вэйцзяо, когда они подошли к машинам.
«Да ты же сам только что готов был за бесценок отдаться!» — Чэнь Дэцзюнь даже не нашел в себе сил ругаться. Он лишь мельком взглянул на коллегу и промолчал.
Протокол о намерениях — это лишь декларация, а не окончательный договор. В нем нет деталей о предмете сделки, сроках, способах передачи активов и штрафных санкциях. Юридически он почти ни к чему не обязывает, и его можно расторгнуть в любой момент.
Чэнь Дэцзюнь планировал использовать предложение Чэнь Яньсэня как рычаг в переговорах с Ма Лиюнем. А что касается этого недоумка Юй Вэйцзяо — плевать он на него хотел!
Юй Вэйцзяо, видя его молчание, прищурился. Он догадывался о мыслях партнера. Их планы были идентичны: бросить напарника и с цифрами от Чэнь Яньсэня бежать к Алибаба. Если Ма Лиюнь предложит хотя бы на пару сотен миллионов больше, это уже будет огромной победой.
На обратном пути они разъехались в разные стороны на первой же развилке. Один сказал, что ему нужно в Нинбо, другой — что спешит в Хучжоу. Но спустя три часа обе их машины, одна за другой, въехали на территорию штаб-квартиры Алибаба.
* * *
В то же самое время «безработный» Чэн Вэй целыми днями бродил по улицам Пекина в поисках новой бизнес-идеи. Хотя у него все еще оставалась доля в «Диди Дачэ», после потери контрольного пакета он был полностью отстранен от оперативного управления.
С приходом Ван Цзиня и Сян Хайлуна его фактически «подвесили в воздухе». У него не было даже номинальной должности, а его визиты в офис превратились в формальность — он стал кем-то вроде свадебного генерала.
У входа в метро на Ванфуцзин Чэн Вэй прислонился к стене, лениво разглядывая бесконечный поток прохожих и машин.
С онлайн-заказом такси покончено — там ему больше нечего ловить. Но Чэн Вэй не хотел возвращаться к работе по найму. Он жаждал создать что-то свое, принципиально новое. Мимо него спешили офисные клерки, а у входа в метро выстроились ряды велосипедов самых разных марок — основной транспорт для «последней мили» пекинских белых воротничков.
Велосипеды!
В его голове словно вспыхнула молния. Глаза Чэн Вэя азартно блеснули — он почувствовал, как нащупал золотую жилу.