Глава 234 - 1. Хаос, перемены и «кошелёк» Чэнь Яньсэня
На обратном пути Чэнь Яньсэнь просматривал новости и наткнулся на сообщение о разрыве Jingdong и Alipay.
Если вкратце, Лю Цяндун счёл комиссии Джека Ма слишком грабительскими и объявил, что отныне JD не поддерживает оплату через Alipay.
— Этот парень, похоже, только сейчас начал перестраивать мышление с офлайнового на онлайновое. Понял наконец, что без собственной платёжной лицензии он связан по рукам и ногам, — с улыбкой пробормотал Чэнь Яньсэнь.
В 2011 году JD всё ещё действовал по старинке, не воспринимая себя как полноценную IT-компанию, и делал упор на оплату при получении. Лишь позже они осознали, что пользователи предпочитают онлайн-платежи.
Начать развивать собственную платёжную систему сейчас — значит опоздать на несколько лет. Даже спустя десятилетие они так и не смогли занять весомую долю рынка.
— Брат Сэнь, Gaopeng спалился на фейковом розыгрыше iPhone 4 в Weibo. Это повлияет на наше сотрудничество по брендовым распродажам? — спросил Ван Цзыхао, тыча пальцем в экран телефона с горячей новостью.
— К тому моменту, как у Gaopeng начнётся акция, негатив уже уляжется. Работаем как обычно, — мельком взглянув, отмахнулся Чэнь Яньсэнь.
Он продолжил листать новости купонной индустрии и запросил у Чжэн Юня из Gaopeng аналитический отчёт.
Juhuasuan всего за месяц обогнал Lashou: 30-дневный объём продаж превысил 1 миллиард. Имея за спиной Alibaba, десятки миллионов пользователей и сотни тысяч продавцов, они просто давили конкурентов массой.
Но у Alibaba не было опыта управления офлайн-продавцами, сервис хромал. Через пару лет их снова обойдут, и в итоге им придётся выделить O2O-направление, сосредоточившись на онлайн-распродажах.
Lashou занимал второе место с месячным оборотом 330 миллионов.
Gaopeng — третье, 170 миллионов.
Meituan и Nuomi делили четвёртое место с оборотом 150 миллионов, причём 30 миллионов Meituan принесли пользователи «Хули-тао».
— Судя по тенденции, в «Войне тысячи груперов» победит либо Alibaba, либо Lashou, — усмехнулся Чэнь Яньсэнь.
Брендовые распродажи «Хули-тао» перевернули рынок с ног на голову. Meituan, который должен был уже обогнать Lashou, пока даже в тройку не вошёл.
Но Чэнь Яньсэня это не волновало. Раз эти богатеи швыряются деньгами, почему бы не помочь им их потратить?
Взять, к примеру, Nuomi. В первом квартале их операционные расходы составили 30 миллионов, а во втором вырастут ещё на 30 миллионов, потому что именно они стали тем «богатым Буратино», который выкупил расписание «Супер-кэшбэка» на июнь.
Их материнская компания Renren только что успешно вышла на биржу в США, собрав кучу денег с иностранных инвесторов, так что тратили они с размахом.
Все видели эффект от акций Lashou: более 200 тысяч новых клиентов и почти 60 миллионов продаж за месяц. Кто бы тут устоял?
Раздалось объявление по громкой связи.
Троица взяла чемоданы, прошла по телетрапу и заняла свои места в самолёте.
Сун Юньчэн села у окна, Чэнь Яньсэнь — посередине, а Ван Цзыхао — у прохода.
Сун Юньчэн посмотрела на Чэнь Яньсэня и, вспомнив, как он обнимал её после возвращения из командировки в Пекин, невольно улыбнулась.
При Ван Цзыхао он точно не посмеет распускать руки.
Она спокойно достала телефон и начала отвечать на рабочие сообщения.
После нескольких перелётов она уже не нервничала так, как в первый раз, когда, зажмурившись, судорожно сжимала руку Чэнь Яньсэня, боясь, что стоит отпустить — и она рухнет с десятикилометровой высоты. Ладони тогда были мокрыми от пота!
Теперь это стало рутиной. Перед взлётом она даже успевала отправить пару писем.
Только она отослала менеджеру Suning правила размещения в B2C-молле «Хули-тао» и собралась отправить техдокументацию по CPS-интерфейсу, как её правую руку накрыла ладонь Чэнь Яньсэня.
Сун Юньчэн покосилась в сторону: Ван Цзыхао, уткнувшись в телефон, ничего не замечал. Она не смела издать ни звука.
Одной рукой она закончила отправку документов, дала пояснения и перевела телефон в авиарежим.
В тесном пространстве между креслами две руки, словно кошка с мышкой, затеяли тайную игру.
Ван Цзыхао украдкой бросил взгляд и тут же закрыл глаза, притворяясь спящим.
«Брат Сэнь, ну ты и сволочь! Я думал, ты шутил насчёт сестры Юньчэн, а вы... Эх... Могли бы хоть немного постесняться? Мне-то каково?» — мысленно негодовал он.
С Мэн Цзе он дружил три года, с Чэнь Яньсэнем — и того больше.
Ван Цзыхао чувствовал себя меж двух огней: с одной стороны — брат, с другой — лучшая подруга.
«Пофиг, буду считать, что ослеп и ничего не видел», — решил он после долгих мучений.