Глава 312 - Масштабное строительство
Еще тогда, когда в его руках впервые оказались плененные чертёжники, Ли Цинсун принял для себя нерушимый принцип: хотя интеграция новых разумных видов продвигает науку и технологии, он никогда не станет нападать на посторонние мирные цивилизации ради порабощения населения. Исключение составляли лишь те, кто открыто проявлял к человечеству враждебность — вроде чертёжников или хавилерцев.
В этом заключалась его принципиальная позиция как человека.
Теперь же народ юньло волею судьбы оказался под его крылом, не представляя никакой угрозы. Под управлением Ли Цинсуна и без того находилось уже больше двух десятков видов, так что еще одна раса ничего не меняла.
Именно поэтому он без колебаний дал им надежду.
Разумеется, коль скоро у юньло оставалась возможность в будущем покинуть человеческий флот, Ли Цинсун не намеревался допускать их к самым секретным технологиям и ключевым узлам управления. Их статус и уровень допуска временно отличались от остальных.
Лишь в том случае, если юньло решат навеки связать свою судьбу с человечеством и откажутся уходить даже при встрече с сородичами, Ли Цинсун уравняет их в правах с остальными.
Он полагал, что этот жест останется незначительным эпизодом, однако данное обещание вызвало неожиданный цепной эффект.
Причем эффект исключительно положительный.
Представители остальных двадцати подконтрольных рас прониклись к происходящему глубокими чувствами.
Их родные миры — включая цивилизации чертёжников и Хавилер — навсегда сгинули в бездонной пучине космоса. Вернуться им было просто некуда.
Глядя на юньло, они испытывали легкую зависть.
«У вас хотя бы осталась надежда, — думали они. — А наша судьба отныне навеки переплетена с человеческой».
Впрочем, сам факт того, что человек способен на подобное милосердие, наглядно демонстрировал благородство и великодушие человеческой цивилизации. Служить такому повелителю — далеко не худшая доля, так что оставалось лишь верой и правдой выполнять свой долг.
Бессознательно преданность Ли Цинсуну и человечеству среди всех подконтрольных рас выросла еще сильнее, а с ней подскочила и производительность труда.
Что же касается самих юньло, то они рыдали от счастья, обнимая друг друга, и поклялись приложить все силы, чтобы стать полезными для человечества.
Время неумолимо отсчитывало года. Десятилетия пролетели как один мг, и вот наконец исполинская армада Ли Цинсуна достигла цели, выходя на орбиту в совершенно новой звездной системе.
Местным светилом являлся тусклый красный карлик — звезда гораздо меньше Солнца, но невероятно распространенная в Галактике.
Однако термин «маленький» был применим лишь по меркам звезд. На самом деле масса этого тусклого шара в сотни раз превышала массу Юпитера. Под его гравитационной властью вращались шесть крупных планет, не говоря уже о множестве карликовых планет, астероидов и комет.
Возраст этого красного карлика превышал семь миллиардов лет — он был старше Солнца. Но в отличие от нашего дневного светила, находящегося в зрелом возрасте, этот карлик все еще пребывал на самой ранней стадии своего жизненного цикла.
Срок жизни звезды обратно пропорционален ее массе.
Чем больше масса, тем стремительнее сгорает звезда. Исполинские голубые гиганты выгорают дотла всего за какие-то миллионы лет.
Солнцу отведено около десяти миллиардов лет. А вот скромный красный карлик способен светить до ста миллиардов лет!
И когда в далеком будущем Вселенная начнет угасать, погружаясь в гибельную тепловую смерть, последними маяками в погружающемся во мрак космосе останутся именно эти тихие красные карлички.
Именно здесь, в тени этого долговечного светила, Ли Цинсун вновь развернул гигантскую стройку.
Соблюдая строжайший режим маскировки — дабы не вызвать ни единой аномалии, заметной из внешнего космоса, — на орбитах астероидов вырастали заводы, а между планетами засновали тысячи грузовых челноков.
На этот раз перед Ли Цинсуном стояли две предельно четкие задачи:
Первая — выковать новую Звезду-странницу, которая послужит исполинским складом ресурсов для предстоящего сверхдальнего похода.
Вторая — провести тотальное обслуживание, переработку и модернизацию судов, доведя численность чисто боевого флота до четырех миллионов единиц.
Обычно цивилизации избегают тащить за собой огромные флоты при межзвездных перелетах: чем больше масса, тем выше расход топлива.
Звезда-странница — это база снабжения, ее можно раздувать до любых размеров, но боевые корабли в пути — это лишь чистый балласт и пожиратели энергии.
Даже Машинное бедствие предпочитало строить корабли на месте, прибыв в нужный сектор, если только перед ним не стояла конкретная боевая задача.
Но Ли Цинсун мыслил иначе. Руководствуясь параноидальной осторожностью, он предпочитал терпеть неудобства в пути и чаще останавливаться на дозаправку, но всегда держать боевую мощь на пике, готовой к любой неожиданности.
И потому с конвейеров орбитальных верфей непрерывным потоком сходили тяжелые аэрокосмические авианосцы для транспортировки эскадрилий, гигантские рудовозы и транспорты снабжения.
В точке Лагранжа, где гравитационные помехи планет были минимальны, уже прорисовывался каркас новой Звезды-странницы.
Пока что ее радиус составлял скромные двадцать километров, но с каждым прибывающим транспортом, с каждой тонной подаваемой руды и конструкционных материалов она разрасталась прямо на глазах.
Спустя столетие Ли Цинсун завершил последний этап подготовки к отплытию.
Перед ним простиралась армада, размах которой поражал воображение.
Четыре миллиона боевых кораблей, а также несметное количество вспомогательных, промышленных, исследовательских и челночных судов были аккуратно закрепощены в доках исполинских аэрокосмических авианосцев.
Каждый такой авианосец достигал двадцати километров в длину и десяти в ширину.
Один такой гигант способен был нести на своей подвеске до десяти тысяч боевых или гражданских судов.
Таким образом, лишь для перевозки боевых единиц потребовалось пятьсот тяжелых авианосцев.
Еще пятьсот таких же супер-авианосцев Ли Цинсун построил для транспортировки промышленного оборудования, заводских линий и сырья.
Что касается жилого фонда, то Ли Цинсун разработал жилые корабли нового поколения.
Этот гигантский цилиндр имел длину в десять километров и такой же диаметр, предоставляя свыше трехсот квадратных километров полезной площади на одном уровне.
А благодаря многоярусной внутренней архитектуре эффективная площадь возрастала в десять раз, достигая трех тысяч квадратных километров.
Учитывая, что суммарная численность подконтрольных рас и клонов достигла ста десяти миллиардов человек, а один такой жилой корабль на пределе вмещал до двух миллионов жителей, Ли Цинсун выстроил ровно шестьдесят тысяч таких левиафанов.
Тысяча гигантских авианосцев, шестьдесят тысяч жилых судов, миллионы боевых кораблей — всё это сливалось в единую, невидимую глазом космическую армаду.
Но ключевым элементом этого флота являлось иное рукотворное чудо.
Звезда-странница!
Новое творение Ли Цинсуна превосходило прошлую базу Машинного бедствия: ее радиус достиг невероятных ста пятидесяти километров!