Глава 123 - Боевые испытания
Цифра в семьдесят пять тысяч судов не была взята с потолка — Ли Цинсун вывел её путём строгих расчётов, исходя из своего текущего предела одновременных подключений сознания, доступных промышленных мощностей и уровня технологий.
Такой масштаб флота находился на самой грани его физических возможностей.
За прошедшие годы предельное число потоков сознания Ли Цинсуна постепенно увеличивалось — сказывались успехи биотехнологий и непрерывная оптимизация ИИ «Нюйва». Прорывов, подобно прошлому прыжку с десяти до ста миллионов, больше не случалось, но показатели стабильно подрастали на доли процента с каждым новым поколением клонов.
К текущему моменту число одновременных подключений Ли Цинсуна достигло ста двадцати миллионов.
В традиционном разумном обществе соотношение общего населения к людям, полностью занятым в военной сфере, в лучшем случае составляет один к ста. То есть цивилизация со стадвадцатимиллионным населением способны содержать не более миллиона двухсот тысяч военных и рабочих оборонно-промышленного комплекса. Сто гражданских кормили одного солдата.
И это логично: армия ничего не производит, но потребляет ресурсы в колоссальных объёмах. Топливо для кораблей, производство оружия, довольствие, электроэнергия для исследований — всё это стоит астрономических денег. Соотношение один к ста возможно лишь при высочайшем уровне технологии и избытке ресурсов.
Из этих сорока или пятидесяти тысяч военных львиная доля приходится на тыловиков, ремонтников, инженеров, логистов и штабных. Соотношение боевого состава к общей численности армии составляет примерно один к пятидесяти.
Таким образом, цивилизация с населением в сто двадцать миллионов человек и армией в миллион двести тысяч бойцов способна выставить на передовую лишь около двадцати четырёх тысяч пилотов и операторов. С учётом ротаций и смен, даже если посадить их на корабли класса «Меркурий» (по восемь человек на борт), флот составит от силы три тысячи единиц.
И это при условии, что кораблем управляют всего восемь человек — норма, доступная лишь Ли Цинсуну с его единым разумом. Обычной цивилизации потребовалось бы минимум шестнадцать операторов на судно класса «Меркурий», что сократило бы численность флота до полутора тысяч единиц. А для обслуживания корабля класса «Земля», где Ли Цинсун задействовал шестьсот восемьдесят восемь клонов, чужой расе понадобилось бы не менее тысячи трёхсот человек — тогда весь флот ограничился бы скромным десятком гигантов.
Но структура общества Ли Цинсуна кардинально отличалась от обычных цивилизаций.
Его социум был абсолютно утилитарным. В нём не существовало расходов на развлечения, личные нужды, зарплаты, отдых и бытовой комфорт. Всё подчинялось трём задачам: науке, войне и поддержанию жизнедеятельности. Коэффициент полезного использования ресурсов стремился к абсолюту.
Благодаря этому, имея активный лимит в сто двадцать миллионов клонов, Ли Цинсун мог позволить себе направить на оборонку двенадцать миллионов единиц — соотношение один к десяти, что в десять раз превосходило возможности обычной цивилизации!
Эти двенадцать миллионов обеспечивали содержание миллиона двухсот тысяч бойцов первой линии — снова соотношение один к десяти, что в пять раз эффективнее стандарта!
Перемножив коэффициенты, Ли Цинсун получал пятидесятикратное преимущество.
По военному потенциалу его общество со ста двадцатью миллионами активных тел сопоставлялось с обычной разумной цивилизацией численностью в шесть миллиардов человек!
А с учётом отсутствия внутренних трений, идеальной дисциплины и научной конвергенции реальный эквивалент и вовсе приближался к тридцати миллиардам.
Именно поэтому Ли Цинсун без колебаний замахнулся на постройку семидесятипятитысячной армады.
Задача казалась исполинской. Даже Ли Цинсуну пришлось выложиться на пределе сил.
Под его контролем вся система Юпитера превратилась в гудящий улей. Двести двадцать миллионов клонов посменно работали и отдыхали, обеспечивая непрерывное присутствие ста двадцати миллионов активных единиц на рабочих местах.
В шахтах, управляемых ИИ «Юй-хуан», день и ночь гремела тяжёлая техника. Руда непрерывными потоками шла на переработку, отправляясь по монорельсам к базовым заводам и космическим лифтам.
В небесах сновали тысячи грузовых и транспортных челноков, связывающих базы и астероиды в единую сеть.
На заводах по обогащению урана крутились десятки миллионов высокоскоростных центрифуг, извлекающих уран-235. Радиоактивный изотоп шёл в реакторы электростанций и судов.
Благодаря мощному тылу Ли Цинсун поставил постройку кораблей на конвейер.
Производство одного судна требовало десятков миллионов деталей, поступавших с десятков тысяч смежных предприятий. Модули высокоскоростных радаров, чипы, блоки суперкомпьютеров, электромагнитные пушки, лазеры, двигатели, реакторы деления — непрерывный поток комплектующих стекался на сотню сборочных верфей.
Восемьдесят верфей собирали корабли класса «Меркурий», пятнадцать — класса «Венера», а пять выстраивали гиганты класса «Земля».
Это соотношение Ли Цинсун высчитал до мелочей: именно так достигался баланс в скорости схода с конвейера кораблей разных классов.
Когда первые три тысячи обновлённых судов — оснащённых по последнему слову техники — сошли со штапелей, Ли Цинсун, не дожидаясь завершения всей программы, перешёл к следующему этапу.
Боевым учениям!
Настоящим маневрам с использованием боевого оружия, с неизбежной гибелью клонов и уничтожением кораблей!
Сформировав две армады, во главе каждой из которых встал флагман класса «Земля», Ли Цинсун отправил их в дальний космос.
Грянул бой.