Глава 10 Отметка в храме Цзунъюн
Храм Цзунъюн, официально именуемый Ландшафтным районом храма Цзунъюн, располагался в горной местности к северо-западу от Шаньхэ. Путь туда на междугороднем автобусе занимал три часа.
Тот самый храм, где зрительница Ци Янь просила Лу Синчжоу купить амулет, был лишь малой частью огромного туристического комплекса.
На территории ландшафтного парка также предлагались такие развлечения, как скалолазание, канатная дорога, прогулки по озеру, банджи-джампинг, пещерный дайвинг и стеклянные подвесные мосты. Это место по праву считалось одной из главных достопримечательностей города.
— Всем привет! Мы прибыли в Цзунъюн! От этого автобуса меня чуть наизнанку не вывернуло!
Лу Синчжоу сидел на корточках, и его то и дело сотрясали рвотные позывы. Запах в салоне междугороднего рейса стал настоящим испытанием для его силы воли.
[Половина Чашки Американо (LV26)]: «Стример, в следующий раз, когда соберешься куда-то ехать, просто скинь геопозицию. Старшая сестренка сама за тобой заедет — в моей машине пахнет просто божественно! А плата за проезд... дашь немного потрогать свои кубики пресса.»
[Ленивая Корона (LV23)]: «Ах ты ж суккуб недоделанный! Снова пытаешься совратить нашего брата!»
Чат трансляции мгновенно превратился в масштабный семинар по биологии.
Женская часть аудитории жаждала обсудить фундаментальные принципы того, как бильярдные шары заходят в лузы.
Мужская же половина рвалась поэкспериментировать с чисткой стволов и техническим обслуживанием механизмов.
Модераторы платформы, молча следившие за чатом, хотели вызвать полицию нравов, но даже не знали, как описать происходящее.
Вчерашний хайп еще не утих. И хотя на часах было чуть больше десяти утра — время, когда онлайн обычно проседает, — стоило Лу Синчжоу подрубить стрим, как к нему разом завалило двадцать тысяч человек, и цифра продолжала расти.
Зрители массово сбегали с других, менее популярных каналов, чтобы посмотреть на Лу Синчжоу.
Когда приступ тошноты немного отступил, парень выпрямился и окинул взглядом величественные постройки в храмовом стиле. Над ними красовалась вывеска: «Пешеходная улица храма Цзунъюн».
— Выдвигаемся! Наша первая контрольная точка на сегодня — храм Цзунъюн!
Поднявшись по ступеням и пройдя через главные ворота, он оказался в бурлящей толпе под непрерывные зазывания торговцев.
Это внешнее кольцо комплекса хоть и было стилизовано под храмовую архитектуру, к самому монастырю не имело никакого отношения. Это был типичный коммерческий район — пешеходная улица, плотно усеянная сувенирными лавками.
Здесь продавали абсолютно всё: от браслетов и кулонов до оберегов на все случаи жизни.
Лу Синчжоу даже заметил торгаша, впаривающего рыболовную прикормку, заговоренную лично настоятелем — якобы с ней ни один рыбак не уйдет с пустыми руками!
Парню стало до жути интересно: это какой же такой мастер благословляет червей для рыбалки?
Подойдя к прилавку, он взял баночку с виду совершенно обычной прикормки:
— Шеф, а ваша наживка реально гарантирует улов?
Владелец лавки, мужчина средних лет, гордо выпятил грудь:
— Наживка семьи Юань! Тысячелетняя гарантия бренда! С ней вы никогда не вернетесь без рыбы!
В глазах Лу Синчжоу заплескалось сомнение:
— Тысячелетняя гарантия?
Мужчина скривил губы:
— Ты «Путешествие на Запад» читал? Основатель нашего бренда — не кто иной, как знаменитый «Рыболовный бессмертный» Юань Шоучэн из эпохи Тан! Тот самый, который выловил всю подводную братву в реке Цзин! У нас в свидетелях сам Царь Драконов, как тут можно не верить?
Какой еще, к черту, Юань Шоучэн?!
Ты мне тут сказки будешь рассказывать?!
Да еще и сказки про эпоху Тан, написанные автором из эпохи Мин!
(Прим. пер.: «Путешествие на Запад» — классический китайский роман, написанный У Чэнъэнем в XVI веке (династия Мин), действие которого происходит в VII веке (династия Тан)).
Лу Синчжоу поставил баночку обратно на прилавок:
— Я, конечно, университетов не кончал, но чую, что вы мне лапшу на уши вешаете.
Увидев, что потенциальный покупатель уходит, хозяин поспешно закричал ему вслед:
— Эй, братишка, постой! У меня еще есть браслеты Юань Шоучэна, нефритовые кулоны и портреты! Повесишь дома — и гарантированно ни в одном деле не прогоришь! Честно слово!
Миновав торговую улицу и войдя на территорию самого храма, Лу Синчжоу отметил, что здесь стало гораздо тише, а людей — в разы меньше. На первый взгляд, публика состояла в основном из седовласых стариков и женщин в возрасте. Молодежи почти не было.
Парень озадаченно почесал затылок:
— Почему у меня такое чувство, будто эта торговая улица снаружи — просто камера хранения для сопровождающих родственников?
[Отметка в храме Цзунъюн (1/1)]
[Получена награда за задание: Ночное зрение (активировано)]
Стоило Лу Синчжоу переступить порог главных ворот монастыря, как в голове раздался системный звук.
«И всё? Так просто?» — удивился он. Парень явно не ожидал, что миссия выполнится сама собой.
«Ну, раз уж задание засчитали, надо бы хорошенько тут всё осмотреть. Вдруг местные амулеты и впрямь такие чудодейственные, как писали в чате».
В конце концов, раз в его жизни уже появилась какая-то долбаная Система, то что мешает существовать духовной энергии? А вдруг тут и Слаанеш есть? Или сам Император Человечества?
(Прим. пер.: отсылки к вселенной Warhammer 40,000).
Но не успел Лу Синчжоу пройти вторые ворота, как путь ему преградил молодой монах-послушник и сунул в руки три ароматические палочки.
Парень инстинктивно взял их и хотел было идти дальше, но послушник остановил его, протянув ладонь:
— Двести!
Лу Синчжоу непонимающе моргнул:
— В смысле «двести»?
Монах ткнул пальцем в благовония:
— Двести юаней!
Лу Синчжоу опешил. Да это же грабеж средь бела дня! Три палочки за двести юаней?! Да на заводе их американцам по две копейки за пучок продают!
— Я их не возьму!
— Нет уж, вы их уже коснулись, возврату не подлежит. Иначе ждите беды — примета плохая!
Лу Синчжоу аж поперхнулся. Пугать плохими приметами человека, который за один день умудряется вляпаться в три криминальных инцидента, было как минимум глупо.
— Это навязывание услуг! Я звоню в полицию.
Послушник и бровью не повел:
— Кому хочешь звони, всё равно двести юаней!
Лу Синчжоу потянулся в карман за телефоном.
Рука скользнула в штаны... и наткнулась на пустоту.
Он похлопал по левому карману, затем по правому. Проверил верхние, нижние, залез даже в трусы и носки — пусто. Ничего.
Парень внутренне похолодел: «Стоп, а где мой телефон?»
Монах посмотрел на него как на идиота:
— Опять эти сказки про потерянный телефон. Кто на это купится? Не хочешь платить — так и скажи. Откуда в святом месте взяться ворам?
Лу Синчжоу покосился на послушника и хищно прищурился.
«Ах так... Ну тогда не обессудь, сейчас я вам тут воду замучу!»
Он резко протянул руку к монаху:
— А ну верни телефон!
Послушник опешил:
— Да не брал я твой телефон!
— Только ты один стоял рядом со мной. Телефон пропал. Если не ты, то кто?! Живо отдавай, а не то я на весь двор заору, что ты вор!
Тут уже нервы сдали у послушника:
— Ты меня подставляешь! Не брал я ничего! Я сам полицию вызову!
Он развернулся к своему столику, потянулся за мобильником... но на столе было пусто.
Монах начал лихорадочно хлопать себя по карманам, ощупал рясу сверху донизу, заглянул даже за пазуху — ничего.
В глазах парня вспыхнула паника:
— Матерь божья, а мой-то где?! Я же только что смотрел видосы с танцующими девчонками! Как он мог испариться?! В храме реально воры!
— Старший брат, закрывай ворота! Звони в полицию! Нас грабят!
Истошные вопли послушника разнеслись по всему внутреннему двору, вызвав переполох среди паломников.
Именно в этот момент какая-то неприметная фигура, до этого слонявшаяся у главного зала, вдруг сорвалась с места и бросилась к храмовой стене, явно намереваясь перемахнуть через нее, пока никто не опомнился.
Но от цепкого взгляда Лу Синчжоу это не укрылось.
Он кивнул в сторону беглеца:
— Глянь-ка на того спринтера. Спорим, это и есть наш карманник?
Послушник запрыгал на месте:
— Если поможешь его скрутить, я не возьму с тебя деньги за благовония! Да я тебе даже освященный амулет подарю!
Лу Синчжоу молча покосился на него.
Видя, что вор вот-вот перелезет через стену, монах запаниковал еще сильнее:
— Честное слово, настоящий, освященный! Не штамповка! Я его лично из комнаты настоятеля сопру!
Вот она — сыновняя почтительность в действии: распродавать имущество наставника и даже не краснеть!
Конечно, Лу Синчжоу сорвался с места вовсе не ради какого-то там амулета. Ему нужно было вернуть свой телефон!
— По рукам! Заметанно!
Он рванул наперерез, сокращая дистанцию в несколько мощных прыжков.
В тот самый миг, когда вор уже закинул ногу на стену, Лу Синчжоу схватил его за шкирку и рывком сдернул вниз.
Карманник даже пикнуть не успел, как оказался сидящим на земле.
Вскинув голову, он увидел преградившую путь фигуру и инстинктивно попытался оттолкнуть ее, чтобы прорваться.
Бум!
— А-а-й!
Вору показалось, что он с разбегу врезался в монолитную скалу, от которой его отшвырнуло назад.
Не дав ему снова упасть, Лу Синчжоу железной хваткой вцепился ему в воротник.
— Ловкие у тебя ручонки, да? А теперь хочешь проверить, насколько ловкие у меня кулаки?
Глядя на занесенный над лицом кулак размером с пиалу, карманник впервые в жизни искренне начал молиться, чтобы полиция приехала как можно скорее.