Глава 311. Кто-то что, случайно нажал кнопку перемотки моей жизни
Прочитав это желание, Девять Фонарей готова была сквозь землю провалиться.
«Да с какой стати мне рыдать навзрыд?! И какого лешего в спальном мешке?! Что это за желание такое?! Какого чёрта я в детстве строила столько долгосрочных планов? Ну почему... почему?..»
Девчачье сердце, говорите? Какое ещё девчачье сердце?! Это скорее сердце жены! Нет, тоже неверно, тут больше подойдёт сердце матери или даже бабушки! Это чудовищное желание не имело ничего общего с сердцем юной девы!
Девять Фонарей снова со всего размаху приложилась головой о стол.
Толстая столешница не выдержала — по ней пошли трещины... и наконец, она рухнула!
Сун Шухан молча и с опаской наблюдал за бьющейся в конвульсиях Девятью Фонарями, побаиваясь её останавливать.
Девять Фонарей подняла голову, к которой прилипли обломки стола, и посмотрела на Сун Шухана. Неужели ей и впрямь суждено выйти замуж за этого парня и родить ему двоих детей?
Как до такого дошло? Да ещё и детей разнополых!
Как бы стереть это желание из бытия?
* * * * * * * * * *
— Хлоп, хлоп, хлоп...
В ушах Сун Шухана внезапно затрещали петарды, вокруг царило праздничное оживление.
«А? Что происходит?»
Сун Шухан несколько раз моргнул. Он сидел перед зеркалом в полном недоумении.
Рядом суетились визажисты, нанося макияж на его лицо.
Справа висел ряд строгих костюмов, и сам он был одет в чёрный фрак...
А за его спиной стояли улыбающаяся Мама Сун и довольный Папа Сун.
...Какого черта здесь творится?
— Наш Шухан наконец-то женится, — с влажными от слёз глазами улыбнулась Мама Сун. Время от времени она утирала слёзы в уголках глаз.
— Точно! Эй, жена, ты чего плачешь? У нашего сына сегодня свадьба, вытри слёзы скорее, а то люди засмеют, — тихо проговорил Папа Сун.
«Что? Я женюсь???»
У меня что, со слухом проблемы? Как так вышло, что я внезапно женюсь?
Так, надо вспомнить, что произошло!
* * * * * * * * * *
Сун Шухан смутно помнил, как вместе с Тубо, Гао Моумоу и братьями Чжугэ сопровождал Лу Фэй и её старшую сестру на некий остров в Восточно-Китайском море.
Сразу после этого у самолёта, на котором они летели, возникли неполадки, и они рухнули на Таинственный Остров. А дальше... а дальше ничего, потому что больше он ничего не помнил.
«Мою память запечатали?»
Сун Шухан нахмурился и попытался восстановить события, но тщетно. Сколько бы он ни старался, вспомнить ничего не получалось. Похоже, его воспоминания и впрямь были запечатаны!
«Хорошо, пусть я не помню, что случилось на Таинственном Острове... но что, чёрт возьми, происходит сейчас?»
Почему эти люди красят мне лицо? И что только что сказала мама? Я женюсь?
Что за шутки?! Я ведь даже ни в кого не влюблён. Как так вышло, что этот важный этап был пропущен, и я сразу перешёл к свадьбе?
Кто-то что, случайно нажал кнопку перемотки моей жизни?
Что-то здесь определённо не так!
Сун Шухан тут же вспомнил о Группе «Девять Провинций». Где мой телефон? Мне нужно зайти в чат и спросить у старших, что происходит!
И в этот самый момент он услышал разговор родителей.
— Но как тут не волноваться? — сказала Мама Сун.
Она вытерла слёзы и продолжила:
— Четыре года назад, когда Шухан отправился в ту поездку с друзьями, их самолёт разбился. С тех пор как он вернулся домой, он вёл себя как помешанный. Я тогда не знала, что и делать. Все мальчишки по соседству один за другим женились, создавали семьи. А я думала, что наш Шухан и жениться-то не сможет, и так мне было горько. Так грустно, что ночами не спала.
«А? Четыре года? Прошло уже четыре года с моего возвращения с Таинственного Острова?»
«И всё это время я вёл себя как помешанный?»
«Неужели, когда мою память запечатывали, что-то пошло не так, и я превратился в дурачка?»
Что за ужас, целых четыре года прожить сумасшедшим!
Мама Сун захлёбывалась рыданиями.
— Но я и не знала, что наш бедный Шухан ещё четыре года назад встречался с девушкой. И эта девушка, несмотря на его состояние, всё равно согласилась выйти за него. Я так счастлива... всхлип, всхлип... вот бы ещё Шухан пришёл в себя, было бы совсем хорошо, всхлип, всхлип...
Папа Сун обнял Маму Сун, нежно похлопал её по спине и принялся что-то шептать, успокаивая.
«...» — Сун Шухан.
Я встречался с девушкой четыре года назад, и она всё ещё хочет за меня замуж?
Кто бы это мог быть?
Сун Шухан напряг память, пытаясь вспомнить девушек, с которыми был близок четыре года назад.
Первой на ум пришла его одноклассница Лу Фэй. В конце концов, она первая ему призналась. Однако вряд ли бы она согласилась выйти за него, если бы он был сумасшедшим. Их отношения не были настолько крепкими.
Затем — Мягкое Перо. Хоть Сун Шухану и очень хотелось, чтобы это была она... но, как и в первом случае, вероятность была мала. Она видела в нём доброго старшего из Группы «Девять Провинций», который ей помог. К тому же они виделись всего дважды. О настоящей любви речи не шло.
Потом была Ао Шилю из клана Су. Как и с Мягким Пером, Сун Шухан встречался с ней всего несколько раз. Хотя их отношения были немного сложнее, шансы, что невестой окажется Шилю, оставались низкими. Клан Су Духовной Реки был могущественной семьёй, по влиянию не уступавшей крупным сектам вроде Секты Безграничного Демона. Выдать Шилю замуж было бы непросто, особенно за Сун Шухана-дурачка.
Кроме этих троих, была ещё Леди Лук, застрявшая на Камне Просветления. Но Леди Лук мечтала его загрызть. Не то что замуж, она, скорее всего, желала ему скорейшей смерти.
«Постойте, а куда делся Старший Уайт, когда я четыре года назад потерял память?»
«Неужели даже Старший Уайт не смог меня вылечить и был вынужден уйти?»
«В таком случае, может, он оставил какое-то сообщение?»
Какая головная боль... всё-таки четыре года воспоминаний пропали.
Пока Сун Шухан мучился, Папа Сун подошёл и переоделся в парадный костюм. Затем он поднял сына.
— Пойдём, сынок. Сегодня твой великий день. Помни, не устраивай сцен! — Папа Сун похлопал его по плечу и повёл вниз.
Сун Шухан криво усмехнулся и пошёл за отцом.
* * * * * * * * * *
Свадьба проходила в кафедральном соборе города Вэньчжоу.
Сун Шухан не ослышался, венчание и вправду проходило в городской церкви. Этот собор был известной достопримечательностью Вэньчжоу, и многие пары выбирали его для свадебной церемонии.
Однако мысль о венчании в соборе казалась Сун Шухану несколько странной.
* * * * * * * * * *
Папа Сун проводил сына до свадебного автомобиля, и они вместе направились к собору.
Выйдя из машины, Сун Шухан увидел, что у входа уже собралось много людей.
Там были повзрослевшие Тубо, Гао Моумоу, Яндэ, Чжугэ Чжунъян, Чжугэ Юэ и другие. В сторонке стояли Лу Фэй и её старшая сестра. Как и ожидалось, невестой была не она.
Кроме университетских друзей, было много друзей детства, соседей и огромное количество родственников.
Увидев Сун Шухана, все они один за другим подходили, чтобы его поздравить!
Пройдя по длинной красной дорожке, Папа Сун и Сун Шухан вошли в церковь. Поскольку душевное состояние жениха было нестабильным, отцу пришлось вести его лично.
Войдя в огромный зал, Сун Шухан увидел ещё больше родственников и близких друзей.
В тот же миг навстречу ему двинулась женщина в белом свадебном платье, которую вёл под руку мужчина средних лет.
Её лицо скрывала белая вуаль. Весьма необычная: она была не прозрачной, а из плотной белой кисеи, расшитой жемчужными нитями. Вуаль полностью скрывала лицо, и Сун Шухан, как ни всматривался, не мог понять, кто перед ним.
Хоть он и не видел её лица, но заметил, что у женщины была великолепная фигура. Её силуэт напоминал идеальную двойную S. То, что должно было быть пышным, было пышным, а то, что должно было быть тонким, — тонким.
С такой фигурой, если лицо не подкачало, её можно было бы считать красавицей.
Но кто же она?
Сун Шухану было ужасно любопытно, что за женщина решила выйти за него замуж, несмотря на его состояние.
«Надеюсь, меня не используют как козла отпущения?..»
Когда женщина подошла, Сун Шухан подавил любопытство и, протянув руку, принял ладонь будущей невесты из рук мужчины средних лет. Затем, как и подобает жениху, он поддержал её под локоть.
Мама Сун плакала от радости.
Папа Сун тоже был очень счастлив.
* * * * * * * * * *
Продолжал звучать свадебный марш.
«Та-да-дам, та-да-дам...»
Сун Шухан, ведя за руку свою будущую жену, подошёл к священнику, проводившему церемонию.
Вероятно, зная о состоянии Сун Шухана, священник не стал тратить время на пустые разговоры. Он не задавал классических вопросов вроде: «Обещаешь ли ты быть верным ей и в горе, и в радости, в болезни и в здравии, любить и почитать её во все дни жизни твоей?» или «Обещаешь ли ты быть верной ему и в горе, и в радости, в болезни и в здравии, любить и почитать его во все дни жизни твоей?».
Или таких, как: «Берёшь ли ты её в жёны?» или «Берёшь ли ты его в мужья?».
Поднявшись к алтарю, священник открыл Библию и начал молиться за новобрачных, благословляя их быть вместе, пока смерть не разлучит их.
Затем, не теряя времени, он сразу перешёл к обмену кольцами.
Всё делалось максимально просто.
Сун Шухан сдержал любопытство и обменялся кольцами с невестой.
На их пальцах красовались кольца с огромными бриллиантами.
Но даже в этот момент Сун Шухан не мог поверить в происходящее. Его состояние можно было описать одной фразой: «Чёрт, я и вправду женюсь!»
— Молю Господа ниспослать вам обоим счастье, — священник благословил новобрачных.
Но самый важный момент был уже близок.
Сун Шухан протянул руку и осторожно приподнял украшенную жемчугом вуаль невесты. «Мне не терпелось узнать, кто же эта женщина, решившая выйти за меня замуж, несмотря на моё состояние последних четырёх лет!»