Глава 309. Стикерпак Старшего Уайта
Драконий коготь медленно отодвинул крышку гроба в сторону, издав скрежещущий звук.
Девять Фонарей и Сун Шухан тут же обернулись, не сводя глаз с бронзового саркофага.
Увидев показавшийся из гроба коготь, Сун Шухан удивлённо воскликнул:
— Это что, мертвец оживает?
— Не бойся. Я как раз по этой части, — ответила Девять Фонарей. В конце концов, она была ученицей буддийской школы и специалистом по борьбе с нежитью.
И как раз в этот момент…
Скрежет… скрежет…
Крышка древнего бронзового гроба отъехала почти наполовину, и из щели показалась скелетоподобная змеиная голова. В пустых глазницах мерцали красные огоньки, отчего выглядела она весьма жутко.
Девять Фонарей не стала нападать сразу. Усыпальницу построил Старший Громосвин, он же похоронил здесь белого дракона. А значит, появление этой змеиной головы должно было иметь какую-то цель. Пока она не нападала первой, Девять Фонарей не собиралась делать и шагу.
Окинув взглядом Сун Шухана и Девять Фонарей, змеиная голова раскрыла костяную пасть и произнесла:
— Здравствуйте, кто-нибудь звал меня?
— ??? — Сун Шухан.
— Никто тебя не звал! — отрезала Девять Фонарей.
Надо же, этот скелет обрёл разум и даже научился говорить!
— Не может быть. Я отчётливо слышал, как кто-то меня звал, — проговорил змеиный череп, почти полностью отталкивая крышку гроба.
Только сейчас Сун Шухан и Девять Фонарей заметили, что на голове змеи красовались два маленьких заострённых рога. Это был череп не змеи, а Дракона Потопа!
— Собратья по дао, меня зовут Драконья Кость. Вы уверены, что не произносили моё имя? — Дракон Потопа оттолкнул крышку и показался наполовину.
Выглядел он устрашающе, но после короткого разговора стало ясно, что нрав у него довольно мягкий.
Драконья Кость? Девять Фонарей незаметно вытерла пот со лба. Только что она и впрямь неосознанно произнесла слова «дракон» и «кости».
Так, чтобы слышала только Девять Фонарей, Сун Шухан тихо спросил:
— Госпожа Девять Фонарей, этот костяной Дракон Потопа — нежить или призрак?
Не успела она ответить, как скелет сам начал объяснять:
— Юный собрат по дао, я ни то и ни другое. Хотя в этом мире и существуют зомби, я к ним не отношусь.
Сун Шухан моргнул. Костяной Дракон Потопа услышал его, хоть он и говорил шёпотом…
— Позвольте представиться: я — разумная кукла из Драконьей Кости, рад знакомству. Меня можно отнести к магическим сокровищам, мы со всякими зомби — разные виды, — весело помахал когтями скелет. Хотя его и приняли за ожившего мертвеца, он ничуть не обиделся.
— … — Сун Шухан.
— Меня зовут Девять Фонарей, — сложив ладони, ответила она.
— А меня — Сун Шухан, — сказал юноша, сжав кулаки в приветствии; ситуация казалась ему довольно странной.
— Собратья по дао, могу я спросить, что привело вас сюда? У нас давно не было гостей. — Нижняя челюсть костяного дракона двигалась вверх-вниз, словно он смеялся.
— Мы копали и случайно проделали дыру в стене этой комнаты, — ответила Девять Фонарей.
Красные огоньки в глазницах дракона сверкнули.
— Вот оно что. Значит, вы случайно сюда вторглись?
Помолчав, он с улыбкой добавил:
— Вас ведь Громосвин в эту дыру забросил, верно?
— … — Девять Фонарей.
Есть вещи, о которых лучше не упоминать! Кто не понимает этого простого правила, рискует разрушить не одну дружбу!
Костяной дракон постучал когтем по крышке бронзового гроба:
— Так зачем вы искали Громосвина?
Девять Фонарей промолчала, сделав шаг назад и пропуская Сун Шухана вперёд.
Тот откашлялся и, сложив руки, произнёс:
— Мы пришли, чтобы попросить у Старшего Громосвина иссохшую лозу костяного дракона. Но Старший хотел спать, и, решив, что мы слишком шумим, забросил нас сюда.
— Так ваша цель — иссохшая лоза костяного дракона! Кажется, у меня на теле как раз наросло немного этой травы, — улыбнулся скелет. — Каждый раз, когда просыпаюсь, она уже тут как тут. Раздражает, конечно. Но сдирать её с костей — одно удовольствие. Ощущения — как занозу вытащить, очень приятно.
Глаза Сун Шухана загорелись.
— Собрат по дао Драконья Кость, не могли бы вы дать мне немного этой лозы?
— Конечно, не проблема. Могу даже довольно много отдать… погодите, дайте-ка посмотрю, сколько там. — Скелет снова скрылся в гробу.
Изнутри донёсся его голос:
— Раз, два, три, четыре, пять… десять… пятнадцать, шестнадцать.
Закончив считать, он высунул голову.
— На этот раз шестнадцать лоз. Могу отдать их вам, если хотите, но вам придётся кое-чем мне помочь.
— Говорите, пожалуйста! — Сун Шухан был вне себя от радости.
— Всё очень просто. Видите хрустальный гроб в центре? — Костяной дракон указал на саркофаг, в котором лежал маленький белый дракон.
Сун Шухан молча кивнул.
— Хорошо. А видите углубление рядом с ним? Будьте добры, подойдите и налейте туда чашу своей крови. Сделаете это — отдам вам лозы, — рассмеялся скелет.
Сун Шухан с недоумением посмотрел на углубление, и его лицо слегка побледнело. Если говорить о «чаше» с точки зрения дракона, то это был небольшой тазик! Потеряй он столько крови — тут же умрёт!
Сун Шухан сглотнул и, обернувшись, спросил:
— Её нужно наполнить до краёв?
— Нет-нет, достаточно одной чаши, — со смехом ответил костяной дракон.
Сун Шухан взглянул на Девять Фонарей. Он беспокоился, не активирует ли кровь в желобе какой-нибудь скрытый механизм.
— Не волнуйся. Под присмотром Старшего Громосвина ничего плохого не случится, — сказала она.
Сун Шухан кивнул и подошёл к углублению. Он протянул руку и приготовился саблей вскрыть себе запястье, чтобы наполнить желоб кровью — прямо как в крутых сценах из фильмов.
Но когда он уже занёс саблю, то засомневался, где именно резать.
Опыта в таких делах у него не было. Если порез окажется слишком глубоким и он потеряет много крови — будет плохо. Но если слишком мелким и кровь не пойдёт — тоже нехорошо.
— Госпожа Девять Фонарей, не поможете мне с надрезом? — с вымученной улыбкой попросил Сун Шухан.
— Конечно! — Девять Фонарей с радостью взяла у него саблю и без раздумий полоснула его по запястью.
Когда режешь не свою руку, особо не церемонишься.
Хлынула кровь… и, видя, как она нескончаемым потоком вытекает из его тела, Сун Шухан почувствовал, как сжалось сердце.
В мгновение ока в углублении набралась целая чаша крови.
Девять Фонарей протянула руку, легонько сжала запястье Сун Шухана и тут же остановила кровотечение.
Свежая кровь, попав в желоб, растеклась по каналам вокруг хрустального гроба, полностью его окружив.
Теперь-то внутри саркофага должно было что-то измениться, верно?
* * * * * * * * * *
Красные огоньки в глазницах костяного дракона то и дело вспыхивали. Казалось, он с нетерпением ждал перемен.
Но прошло много времени… а в хрустальном гробу ничего не происходило.
Костяной дракон безмолвно вздохнул.
Сун Шухан обернулся и растерянно спросил:
— У меня не получилось?
— Не то, чтобы не получилось… но и не сказать, что вышло, — тихо вздохнул скелет.
— Может, нужно больше крови? — предположил Сун Шухан.
— Благодарю, собрат по дао, но в этом нет нужды. — Красные огоньки в глазах дракона снова стали спокойными. Он протянул коготь и передал Сун Шухану шестнадцать иссохших лоз.
Юноша взял их в руки.
Лозы были очень маленькими, каждая длиной с ладонь и тонкая, как волосок.
При ближайшем рассмотрении можно было заметить, что эти тонкие лозы походили на крошечные, точь-в-точь как живые, скульптуры драконов потопа. У них были и рога, и когти — выглядели они очень красиво.
— Сделка завершена. Теперь я позволю вам покинуть это место. Я бы с радостью поболтал с вами ещё, но здесь слишком много трупной ауры дракона… долгое пребывание тут может вам навредить, — мягко произнёс костяной дракон.
В следующий миг, не дожидаясь ответа, он легко взмахнул когтями, и Сун Шухан с Девять Фонарей повисли в воздухе. В потолке внезапно открылся проход, и их обоих втянуло внутрь.
Когда они исчезли, костяной дракон бросил взгляд на хрустальный гроб и вздохнул.
Всё-таки это был не «тот самый»…
Вздохнув ещё раз, дракон вытянулся и постучал по соседнему бронзовому саркофагу.
— Драконий Коготь, просыпайся! Твоя очередь караулить, я немного посплю.
— Хм-м… дай поспать ещё пару веков… — донёсся из соседнего гроба чистый и прелестный голос.
— Спи дальше, как же! А ну вставай! — Костяной дракон принялся колотить по гробу, издавая оглушительные удары.
Через некоторое время крышка соседнего саркофага слегка сдвинулась, и из него показался острый коготь.
Скелет удовлетворённо кивнул, после чего скрылся в своём гробу и плотно запечатал его — он собирался хорошенько выспаться.
* * * * * * * * * *
В это время, в поместье семьи Чу.
Мягкое Перо сидела на траве, слегка согнув свои длинные стройные ноги в изящной и очаровательной дуге. Время от времени она шевелила пальчиками ног, что выглядело очень мило.
На коленях у неё лежал ноутбук, на экране которого сменялись красивые фотографии.
Среди них были Старший Уайт с двумя хвостиками, Старший Уайт с конским хвостом, Старший Уайт с двумя косичками, Старший Уайт с убранными наверх волосами… с самыми разными причёсками. Были даже снимки, где у Старшего Уайта что-то вроде бычьих рогов или косички, собранные в пучки на макушке.
Мягкое Перо быстро печатала на клавиатуре и прокручивала фотографии, решая, какие из них выбрать. Улучшать их фильтрами не было нужды, поэтому она просто меняла размер и сохраняла.
— Ах! Я думала выбрать несколько фотографий и отправить Старшему Суну. Но каждая из них такая красивая… Придётся отправить все! — пробормотала она.
Затем она решила упорядочить снимки Старшего Уайта.
Среди них были [Улыбающийся Старший Уайт], [Ошеломлённый Старший Уайт], [Милый Старший Уайт], [Надувшийся Старший Уайт] и так далее.
Наконец, она собрала все эти выражения в один пакет.
«Какая же я умница», — молча кивнула Мягкое Перо, хваля себя.
Затем она открыла мессенджер, выбрала аккаунт с ником «Напряжённый Горой Книг» и отправила ему документ «Набор милых выражений лица Старшего Уайта» в оффлайн-режиме…