Глава 182 - Я не жалею (1)
Пенелопа провела Руперта в гостиную.
Селена и Бриджит съежились в углу и перешептывались.
— Слушай... брат госпожи Пенелопы и вправду нереально красивый.
— Это точно...
Селена тоже с восхищением смотрела на него.
Еще во времена учебы в университете до них часто доходили слухи о «брате Кларис» или «наследнике Роузморов».
По сравнению с подавляющим талантом Кларис, его способности казались чуть блеклыми, но репутация в светских кругах была совершенно противоположной.
Среди ровесниц-аристократок всегда ходила одна и та же фраза:
«Он безумно красив и невероятно обходителен».
По слухам, начиная от дочерей герцогов и принцесс, вплоть до принцесс из соседних стран, приехавших на учебу...
То, как они вели подводные войны, чтобы стать партнершей Руперта Роузмора в сезон балов, было известной историей.
В то время Селена, страдавшая «синдромом благородной девицы», лишь фыркала:
«Пф, внешняя красота так мимолетна».
Так она важничала, но...
Как заядлая любительница любовных романов вроде «Тайная жизнь великого герцога Севера», зачитывавшаяся ими в общежитии, в глубине души она не могла отрицать своего любопытства.
И сегодня…
Увидев его вживую, она, наконец, поняла.
Почему эти слухи ходили без остановки.
Лучи солнца, пробивавшиеся сквозь окно, играли на его светлых волосах, создавая священный ореол.
Точеный профиль и линия подбородка, словно вырезанные резцом скульптора.
Глаза, в которых читалась легкая меланхолия, но при этом излучавшие нежность.
Он просто сидел и дышал, но это уже выглядело как обложка модного журнала.
К тому же, казалось, у него был отличный характер.
— Как ты поживала всё это время?
— Хорошо... брат.
— Когда я узнал, что ты в столице, ты даже не представляешь, как мне захотелось тебя увидеть.
— А... ясно.
Взгляд, которым он смотрел на младшую сестру, был полон искренней нежности.
Пенелопа, напротив, явно чувствовала себя неловко после столь долгой разлуки, но Руперта это ничуть не смущало.
Трогательное воссоединение брата и сестры.
Несомненно, прекрасная картина, но...
…Селена потерла предплечья.
И неспроста.
Встроенный в Селену «радар застенчивости» тихонько пищал, указывая на Руперта как на источник опасности.
— ...Как-то жутковато. Он не кажется тебе немного скользким?
— Что? Сестра! Он же все-таки член семьи госпожи Пенелопы...
— Да знаю я, но...
Бриджит была права.
Но, если говорить начистоту, что семья Роузмор вообще сделала для Пенелопы?
Пенелопа никогда не отзывалась о Руперте плохо, но, на взгляд Селены, Руперт хоть и не был агрессором, всё же оставался отличным соучастником в роли молчаливого наблюдателя.
И вот, стоило им заполучить статус Королевской торговой компании, он появляется весь такой добрый и заботливый?
Выглядело это не слишком красиво.
Тем временем…
Пенелопа пребывала в замешательстве.
«Зачем он пришел?»
Для нее Руперт был весьма противоречивой фигурой.
Он не был плохим братом.
Напротив, в ее ранних воспоминаниях он был очень добрым человеком.
До того, как отец слег в постель, именно старший брат Руперт всегда расчесывал маленькой Пенелопе волосы или тайком совал в ладошку конфеты.
Их отношения испортились, когда в семье началась перестановка власти.
А точнее, когда Пенелопу заклеймили бесполезным цветком.
В тот самый момент, когда начались пренебрежение и нападки со стороны Кларис, Руперт начал постепенно отдаляться.
Верно.
Всё это было очень давно.
Это можно было понять.
Как исполняющий обязанности главы семьи, Руперт был занят по горло управлением поместьем и расширением бизнеса.
Или же, став главой, он был вынужден применять к Пенелопе те же строгие стандарты.
Вот так и прошло целых пять лет отчуждения.
Она уже даже не помнила, когда они в последний раз нормально разговаривали...
Но Руперт, сидящий перед ней сейчас, вел себя так, словно они виделись вчера.
Он общался с ней так тепло, будто и не было этих пяти лет.
Поэтому происходящее казалось совершенно нереальным.
— Чего ты так смотришь?
Радость, обида, упрек и ненависть — всё смешалось в ее душе.
Пенелопа пожевала губы, а затем, набравшись смелости, высказала то, что накипело.
— Потому что это слишком неожиданно.
— Неожиданно?
— Вы ни разу не связались со мной за последние пять лет.
Голос Пенелопы слегка дрогнул.
— Но как только я добилась звания Королевской торговой компании и стала вам полезна... вы тут же появились... Разве не так?
Это был резкий, но искренний протест с ее стороны.
Помолчав с горьким выражением лица, Руперт медленно опустил голову.
— ...Прости.
— Что?
— Ты права. Мне нет оправдания.
Руперт низко, очень низко склонил голову.
Неожиданное извинение привело Пенелопу в еще большее замешательство.
— Нет, я не напрашивалась на извинения...
— Но пойми меня правильно. Я не искал тебя не потому, что стыдился тебя.
Руперт поднял голову, заколебался, а затем медленно произнес это имя.
— Это всё из-за Кларис.
— Из-за Кларис?
— Да. Ты и сама знаешь, как она ненавидела тебя и пыталась подавить.
— Не слишком ли подло сваливать всё на нее сейчас?
Пенелопа с недовольством горько усмехнулась.
— Послушай, Пенелопа... Да, я старший сын и наследник, но... ты же знаешь, что все внутренние дела семьи уже были под контролем Кларис.
Руперт заговорил так, словно оправдывающийся преступник:
— Чем больше я пытался защитить тебя, тем сильнее становилась истерия Кларис. Поэтому я отдалился. Тебе было безопаснее, если бы я делал вид, что мне до тебя нет дела.
Пенелопа промолчала.
В чем-то его слова казались логичными, а в чем-то — нет.
— Но теперь всё изменилось.
Руперт протянул руку и накрыл ее ладонь.
— Твоя компания с гордостью стала Королевской торговой компанией.
— ...
— И теперь ни Кларис, ни кто-либо еще в семье не сможет открыто игнорировать тебя или относиться к тебе с пренебрежением.
Руперт ласково улыбнулся.
— Ах...
В груди Пенелопы кольнуло.
Разум понимал его логику.
Его доводы были безупречны.
Но от горечи, оставшейся на дне души, было никуда не деться.
— Так что возвращайся, Пенелопа. Я дам тебе достойное положение. Твоя компания ведь специализируется на продуктах питания? Я обеспечу тебе капитал Роузморов и логистические сети Севера. Лети еще выше, находясь под защитой семьи.
Слушая пылкие речи Руперта, Пенелопа по привычке бросила взгляд в сторону.
Там сидел Юрген.
Опустив чашку с чаем, он спокойно смотрел на Пенелопу.
Ничего не говорил.
Не советовал возвращаться, но и не уговаривал остаться.
Но теперь она могла понять всё по одному лишь его взгляду.
Взгляд, говорящий: «Поступай так, как считаешь нужным», и мягко подталкивающий в спину.
Это решение должна была принять только Пенелопа.
Если она скажет, что тоскует по семье и хочет вернуться, Юрген без лишних слов примет ее выбор.
Что будет, если они полностью вольются в семейный бизнес?
Она получит поддержку, равную целой армии.
И, что самое главное, сбудется ее заветная мечта, на которой она уже поставила крест.
Она сможет вернуться в лоно семьи.
Они с Кларис, вероятно, продолжат грызться, но под огромным зонтом Руперта она будет в безопасности.
Пенелопа снова перевела взгляд.
На Селену, смотрящую на нее с блестящими глазами из угла дивана.
На Бриджит, нервно сжавшую кулаки.
Компания «Y&P» не принадлежит одной лишь Пенелопе.
Это их общая компания, созданная с нуля потом и кровью всех здесь присутствующих.
Дни, когда она и Юрген ночи напролет варили колу в той крошечной лавочке.
Поездка за ингредиентами в далекую Сольтерру, бессонные ночи, проведенные за практикой готовки, к которой у нее не было ни малейшего таланта.
Семья всегда будет ставить на первое место выгоду и эффективность.
И что станет с гастрономической революцией перед лицом этих холодных расчетов?
Пенелопа хочет, чтобы ее мечта сбылась.
Но вместе с тем она хочет, чтобы сбылась и эта абсурдная мечта Юргена.
Ответ был очевиден.
— Спасибо за предложение. Но я откажусь.
Улыбка на лице Руперта замерла.
Столь неожиданный отказ заставил даже его потерять самообладание.
— Пенелопа, похоже, ты всё еще злишься. Мне действительно очень жаль.
— Нет. Я понимаю, что вы искренне сожалеете, и это не ложь. Я принимаю ваши извинения. И я больше не держу зла на семью.
Пенелопа спокойно покачала головой.
— В конце концов, одна из причин, почему я зашла так далеко, — это то, что я вторая дочь семьи Роузмор.
Лицо Руперта стало еще более непонимающим.
— Тогда почему? Разве тебе не пойдет на пользу еще большая поддержка?
— Мне нравится нынешняя «Y&P». Я хочу всего добиваться собственными силами и своими методами.
Больше Пенелопа ничего не стала объяснять.
На ее лице появилась уверенная улыбка, и она просто коротко и решительно провела черту как представитель компании «Y&P».
На мгновение в гостиной воцарилась тишина.
Руперт, потеряв дар речи, пристально смотрел на сестру.
Но взгляд Пенелопы оставался непоколебимым.
В конце концов.
— ...Хах.
Руперт издал смешок.
То ли от изумления, то ли от абсурдности ситуации.
— Я понял. Раз уж ты так тверда в своем решении.
Руперт не стал продолжать уговоры и встал со своего места.
— Очень жаль. Завтра утром я уезжаю на Север. Было бы здорово поехать вместе.
— Счастливого пути, брат. Мы закончим тут дела и поедем не спеша.
— Хорошо. Увидимся на Север.
Руперт легко похлопал Пенелопу по плечу и направился к выходу.
— Хааа...
Когда Руперт ушел...
Пенелопа тяжело откинулась на спинку дивана.
Она своими же руками отвергла самый надежный щит и самый верный путь к успеху.
Теперь ей действительно придется пробивать себе дорогу самостоятельно.
Хотя, когда было иначе?
Убирая пустую чашку, Юрген вскользь спросил:
— Не жалеешь?
— О чем тут жалеть?
Пенелопа ответила слабым, но ясным голосом:
— Я же говорила: я хочу, чтобы твоя мечта тоже сбылась.
— Но у тебя ведь тоже есть своя мечта?
— Держаться за детские мечты слишком инфантильно. Я уже взрослая.
Сказав это, Пенелопа кокетливо посмотрела на Юргена.
Юрген на мгновение замер, завороженно глядя на нее.
— Божечки...
Услышав возглас Селены, Пенелопа тоже запоздало опомнилась.
Селена с озорным, слегка раскрасневшимся лицом переводила взгляд с Юргена на Пенелопу.
— Селена, закрой рот.
— Я ничего не говорила.
— И продолжай молчать.
— Так тоооочно~
Хихикающая Селена.
Озадаченная Бриджит.
И Юрген с Пенелопой, которые от смущения давились кашлем.