Глава 123 - Как же банкет без благородной леди (2)
Благотворительный вечер Севера.
Событие, на котором перед приходом настоящей зимы собираются сливки северного общества, чтобы собрать пожертвования для обездоленных.
Однако любой, кто хоть немного разбирается в нюансах, понимает, что скрывается за словом «светский».
Это место, где переплетаются возможности, интриги, зависть и провалы.
Величественный банкетный зал, освещенный блеском хрустальных люстр.
— Леди Пенелопа Роузмор из торговой компании «Y&P» прибыла!
Сквозь звуки музыки и гул разговоров прорвался громкий голос глашатая.
— «Y&P»? Это кто такие?
— Ну, те самые, что делают «CCC» и колу.
— А, вторая дочь Роузморов?
Этот благотворительный вечер, организованный маркизом Эшфордом, давним тигром Севера, — лига избранных, куда можно попасть только по приглашению.
Для Пенелопы это был дебют на таком уровне.
Тем не менее, все взгляды устремились на группу «Y&P», которая только что вошла.
— Взгляд у нее острый. Трудно поверить, что еще недавно над ней смеялись, называя «бесполезным цветком».
— Говорят, это была всего лишь маскировка, чтобы избежать лишнего внимания. Судя по тому, как она выстояла против Кларис... эта женщина не так проста.
Больше всего внимания привлекала именно Пенелопа.
Элегантная прическа, украшенная золотистыми розами.
Алые глаза, которые не тускнели под градом взглядов, а сияли ярко и уверенно.
Платье с дерзким вырезом, открывающим изящные ключицы, будоражило сердца молодых аристократов.
— ...Чертовски красива.
— Может, пригласить ее на танец во время бала?
Немало благородных отпрысков положили глаз на Пенелопу.
— Брось, женишься на такой — всю кровь выпьет до последней капли.
— Почему? Выглядит строптивой, но если правильно подойти, кто знает?
— Ха, удачи тебе с «правильным подходом». Она в одиночку расправилась с мафией, которая встала у нее на пути. Это не женщина, а самка богомола.
— В этом-то и весь шарм.
Виконт Торнтон, не сводящий глаз с Пенелопы во время разговора с другом, был одним из таких смельчаков.
Получив титул в довольно молодом возрасте после смерти отца, он находился в активном поиске невесты.
И тут появилась Пенелопа.
Безупречная красота, доказанные деловые качества и теперь еще надежная поддержка семьи Роузмор.
Разве можно найти партию лучше?
— Ну как? Думаешь, есть шанс?
— Ты парень видный, так что с порога тебя не отошьют... Но честно говоря, я бы не советовал.
— Значит, шанс есть?
Виконт Торнтон, пропустив мимо ушей предостережение друга, вдруг подался вперед.
— Что за черт? Кто этот тип рядом с леди Пенелопой?
Какой-то наглый хлыщ занял место рядом с Пенелопой и бесцеремонно эскортировал ее.
— А, этот простолюдин нынче на слуху. Говорят, он содиректор «Y&P».
— Простолюдин? Содиректор?
Торнтон не мог этого понять.
— С чего бы такой знатной особе, как леди Пенелопа, брать в партнеры простолюдина?
— Говорят, он способный. Некоторые даже утверждают, что успех «Y&P» — его заслуга.
— Пф, бред собачий. В любом случае, он ей не ровня, так?
Торнтон фыркнул.
Насколько способным может быть простолюдин? Да и Пенелопа, если она в своем уме, вряд ли станет строить с ним серьезные планы.
— Значит, он мне не конкурент.
— Конечно, куда ему до тебя? Но все-таки, я думаю, эта женщина тебе не по зубам...
В этот момент Торнтон встретился взглядом с Пенелопой.
Он одарил ее обаятельной улыбкой и подмигнул, на что Пенелопа поспешно отвела взгляд.
В этом жесте было что-то невинное.
— Билли, ты видел?
— Что?
— Как только наши взгляды встретились, она смущенно отвернулась. Вопреки слухам, она милашка.
— Эх, ты... Ладно, забудь.
Уголки губ Торнтона поползли вверх.
Выглядит дерзкой, но опыта с мужчинами у нее явно нет.
В конце концов, деловая хватка не гарантирует успеха в любви.
Наоборот, такие строгие леди из знатных семей, как Пенелопа, часто легко поддаются страсти.
В его голове уже проносились картины, как Пенелопа, влюбившись в него без памяти, с трепетом ждет предложения руки и сердца.
* * *
Войдя в банкетный зал вместе со спутницами, Юрген огляделся.
Оркестр в углу, официанты с шампанским и закусками.
Группы людей, уже занявшие диваны и ведущие светские беседы.
Хотя масштаб и уступал королевским приемам, атмосфера была схожей.
Пока он думал о том, как же неудобен фрак, который он не надевал уже целую вечность...
— Буээ.
Стоявшая рядом Пенелопа, до этого державшая марку, издала странный звук.
— Что случилось?
— Какой-то придурок мне подмигнул.
— Ты популярна.
— Популярна? Не смеши. Когда я была изгоем, они и смотреть в мою сторону не хотели. А теперь лезут. Отвратительно.
Пенелопа передернула плечами, словно от омерзения.
Юрген усмехнулся.
С того момента, как они вошли сюда, перемена в статусе «Y&P» стала очевидной.
Больше не было неудачницы, в одиночестве попивающей кофе в убогой лавке.
Была вторая дочь Роузморов, возглавляющая легендарный стартап.
То, что к Юргену никто не подходил, лишь подтверждало ее нынешний вес.
— Леди Пенелопа, давно не виделись.
— Леди Пенелопа, для нас честь видеть вас здесь. Прекрасное платье.
— Я представитель компании «Болер Тек»...
Это доказывала очередь желающих поприветствовать ее.
Более того…
— Я много слышал о славе мастерской Ренуар.
— Э? О-обо мне?
— Да-да. В индустрии ходят слухи о вашем выдающемся мастерстве.
— Хе-хе, п-правда…? Так и говорят…?
— Если позволите, не могли бы вы протестировать нашу продукцию?
— Присылайте образцы в мастерскую, я рассмотрю в позитивном ключе…!
Селену тоже заваливали предложениями.
Юрген с беспокойством наблюдал, не подпишет ли она, ослепленная вниманием, какой-нибудь сомнительный контракт, но...
— Хм, на таких условиях мы не работаем. Слишком нагло с вашей стороны.
— А, д-да…? Т-так значит? Тогда... можно мы пересмотрим условия и пришлем новое предложение?
— Да, так и сделайте.
Увидев, как ловко Селена отшивает наглецов, он успокоился.
Действительно, Селена может выглядеть простушкой, но характер у нее далеко не сахар.
В конце концов, она единственная, кто разгадал тайну личности Юргена.
— Юрген, пойдем отсюда.
Пенелопа, уставшая от назойливого внимания, подбежала к нему, словно ища спасения.
Она умела разделять личное и деловое.
Если бы речь шла о бизнесе, она бы стояла до последнего, как бы ни устала.
— Почему здесь столько людей, несущих чушь?
— О чем они говорят?
— Предлагают выйти замуж за их сыновей.
Если 80% разговоров сводились к сватовству, неудивительно, что Пенелопу начало тошнить.
— У меня уже живот крутит.
Даже понимая, что браки аристократов так и устраиваются.
Видеть, как те, кто еще год назад смотрел на нее как на бракованный товар, теперь пускают слюни и пытаются сосватать своих отпрысков, было невыносимо.
— Пойдем на террасу, подышим свежим воздухом. В конце концов, свет не сошелся клином на сегодняшнем дне.
— Мне эскортировать?
— А кому же еще?
— Почту за честь.
Пенелопа привычно подала руку Юргену.
Когда они поднимались по лестнице...
— Леди Пенелопа, меня зовут Гилберт Торнтон.
Путь им преградил молодой человек.
Виконт Торнтон, прогрессивный аристократ, предпочитающий действовать лично, а не посылать посредников.
— Пенелопа Роузмор.
Пенелопа кивнула почти механически.
Чистая вежливость.
— Этот благотворительный вечер символизирует единство и сплоченность Севера. Ваше присутствие здесь делает это событие еще более значимым.
— А, ну да. Это честь для меня.
— Вы слышали мое имя?
— ...Судостроение?
— Ого! Вы знаете. Верно. Я владею компанией «Торнтон Марин Стил», представляющей судостроительную отрасль Севера. Я хотел бы обсудить с вами кое-что важное. Не уделите мне минуту?
Торнтон, раздувая ноздри от гордости, жеманно откинул челку и метнул взгляд на Юргена.
Взгляд говорил: «Не мешай взрослым людям устраивать личную жизнь, пшел вон, простолюдин».
Он был уверен, что Пенелопа с радостью согласится, а любой догадливый мужчина должен был понять намек и исчезнуть.
«Хм, подкатывает».
Юрген, конечно, все понял.
Но Пенелопа все еще недоумевала.
Она была довольно толстокожей в некоторых вопросах, к тому же ей никогда раньше не делали таких откровенных предложений.
— О чем речь? О бизнесе?
— Да, но обсуждать дела в такой шумной обстановке неудобно, не так ли? Как насчет прогулки по саду?
Только сейчас до Пенелопы дошло, и она улыбнулась.
Для Юргена это была улыбка из разряда «У меня и так дел по горло, а тут еще этот хмырь прилип».
Увидев такое лицо, даже бесстрашная Селена обычно начинала пятиться и искать пути к отступлению.
— В саду?
— Да.
— Я?
— С кем?
— Разумеется, со мной...
— Зачем?
— ...Простите?
— Извините, но у меня есть разговор с моим партнером. Прошу прощения.
Оставив ошарашенного Торнтона позади, они невозмутимо прошли на террасу.
— Жестко ты его отшила. Жаль парня.
— ...
— Для него же лучше.
Билли, наблюдавший за фиаско друга, подошел, чтобы похлопать того по плечу, но вдруг отпрянул в испуге.
Лицо Торнтона исказилось до неузнаваемости.
Вены на лбу вздулись так, словно готовы были лопнуть.
Глаза налились кровью.
А изо рта вместе с тяжелым дыханием капала слюна.
Сказать, что он просто расстроен отказом, было бы слишком мягко. Он выглядел жутко.
Торнтон был известен своими похождениями, но всегда легко относился к отказам, не так ли?
— Ты... ты в порядке?
Билли попятился, и только тогда Торнтон отреагировал.
— А, Билли.
— Ты выглядишь ужасно. Может, позвать врача?
— Какого врача? Просто... давно мне так не отказывали. Ха-ха!
— Ну, как ты сам сказал, свет клином не сошелся, верно?
— Верно. Шансов еще будет полно. Ах да, Билли. Я отойду в уборную.
Торнтон поспешил в туалет.
Стоя перед раковиной в уборной, роскошью не уступающей особнякам богачей, он включил холодную воду и умылся.
— Сука, сука, сука, сука... Смеешь меня игнорировать?
В зеркале отразилось его искаженное лицо.
Это была не физическая деформация, а гримаса чудовищной ярости, словно прорывающаяся сквозь кожу.
— Н-нельзя так... Почему я... почему я так реагирую…? Черт, но я не прощу. Смеешь меня отвергать?
Болезненный монолог виконта Торнтона продолжался бесконечно, сливаясь с шумом льющейся воды.