Глава 621 - Твою мать! Это же Нин Цайчэнь из Шаньчэна!
Великая Ся, на границе Руин Шаньчэна.
В центре заброшенного карьера, где то и дело сновали игроки, прямо в воздухе висел странный, жуткий свиток. Вокруг собралась целая толпа: кто-то просто разглядывал аномалию, а некоторые умельцы даже устраивали фотосессии на его фоне…
Над самим свиточным полотном ярко горели налитые кровавым светом буквы:
[Свиток коварных духов (Ур. 40)]
[Ранг: Мифический]
Несмотря на статус мифического босса, его полоса здоровья и имя оставались темно-серыми. Свиток провисел здесь больше половины дня, не проявляя ни малейших признаков жизни.
Полотно было метра три в длину и около двух в высоту. Его поверхность покрывал медленно клубящийся белый туман, сквозь который смутно угадывались силуэты соблазнительных женских фигур, разглядеть которые получше никак не удавалось.
После официального оповещения от властей с призывом немедленно покинуть опасную зону большинство игроков предпочло не испытывать судьбу и спешно рассеялось. Когда объявили, что эту тварь можно случайно активировать, дураков рисковать собственной жизнью почти не осталось.
Но сотня отчаянных голов все же застряла на месте.
Среди них выделялся высокий, тощий юноша в сером капюшоне. На его мрачном, истощенном лице застыла желчная усмешка. Узнав из системного объявления условия пробуждения босса, он не смог сдержать злорадного, исполненного мести смешка.
«Дохните, твари, все до единого!» — с лютой ненавистью подумал он.
Нащупав в складках длинного балахона предмет, он осторожно извлек на свет зеркало размером с суповую тарелку. Парень сжимал его с трепетом и невероятной нежностью, словно держал величайшее сокровище мира.
Вот только, если присмотреться, зеркало было разбито.
За покрытым трещинами стеклом билось отражение женского силуэта. Разрезанная паутиной сколов на десятки фрагментов, фигура тем не менее продолжала двигаться!
— А-Лянь, любимая… давай вместе пробудим этого мифического босса, — тихо прошептал парень, и в его сумасшедшем шепоте слышалась дрожь. — Мифический ранг… представь, какая у него разрушительная сила! Эти твари… эти ничтожества посмели назвать тебя призраком! Они разбили тебя! Я заставлю их заплатить… заставлю всех заплатить! Каждый из них сдохнет!
Всхлипывая и безумно шепча проклятия, юноша поглаживал пальцами шероховатое разбитое стекло.
И вдруг…
Из треснувшего зеркала прямо в воздух выскользнули бледные, мертвенно-белые женские пальцы. Они мертвой хваткой вцепились в раму, а следом наружу пролезла голова, покрытая водопадом угольно-черных волос.
Секундой позже из зеркала буквально выкарабкалась бледная девица в белом одеянии, ростом около метра шестидесяти.
Длинная черная грива полностью скрывала ее лицо. Вкупе с неестественными, ломаными движениями она выглядела точь-и-точь как Садако из старых хорроров…
К тому же само тело девы казалось «составленным» из фрагментов: ткань ее белого платья и кожа были покрыты той же сеткой трещин, что и зеркальная гладь. Очевидно, разрушение зеркала изувечило и саму А-Лянь.
Сердце юноши обливалось кровью от одного взгляда на нее.
Ведь когда-то его А-Лянь была идеальной…
— Пусть я урод, пусть мое тело сплошь покрыто страшными ожогами… но А-Лянь никогда мной не брезговала! — Парень судорожно сжал челюсти, глаза его налились кровью. — Только она одна любила меня настоящим! А они… они обозвали ее тварью и призраком… Они все должны сдохнуть!
Лицо его исказилось в бешенстве.
Намереваясь исполнить задуманное, он прижал к себе хрупкую, «растрескавшуюся» девушку в белом, и его мина мгновенно сменилась на блаженно-нежную.
И прямо там, всего в сотне метров от Свитка коварных духов, парень в сером капюшоне припал к губам призрака, демонстративно выставляя напоказ свою порочную любовь!
Эта дикая сцена тут же привлекла внимание оставшихся игроков!
Еще когда жуткая девица вылезала из зеркала, кто-то из толпы запнулся и заорал во все горло:
— Твою мать! Это же Нин Цайчэнь из Шаньчэна!
А уж когда парень слился в поцелуе с белой тенью, толпа и вовсе взвыла от ужаса:
— Берегись! Этот псих опять за свое! Бежим!!
Будь это любой другой день, народ бы просто посмеялся над очередным сумасшедшим. Но прямо сейчас рядом находился мифический босс!
Разве публичное проявление чувств не было именно тем импульсом, который пробуждает Свиток коварных духов?!
А если активируется чудовище такого ранга, кто знает, скольких оно сотрет в порошок?!
Те, кто остался у карьера, рассуждали просто: раз все знают, что романтические нежности будят монстра, вряд ли найдутся идиоты, которые сделают это намеренно. А значит, место хоть и опасное, но вполне контролируемое.
Никто и помыслить не мог, что сюда заявится этот социопат — Нин Цайчэнь из Шаньчэна!
— Сматываемся! — Безумие происходящего заставило волоски на телах игроков встать дыбом. Народ сломя голову кинулся в разные стороны.
Но было поздно.
Едва «Нин Цайчэнь» начал свои ласки, как у недвижно висевшего Свитка коварных духов имя босса над полотном вспыхнуло зловещим ало-кровавым светом!
Мифический монстр пробудился!
Вот только его полоса здоровья не налилась красным — она просто испарилась. Едва босс активировался, шкала жизней исчезла без следа!
В следующую секунду, пока паникующие игроки врассыпную уносили ноги, из глубины распахнувшегося свитка вырвался женский смех. Он был настолько чарующим и сладким, что, казалось, проникал в кости. Эхо этого смеха мгновенно накрыло территорию в радиусе десяти километров!
Всякий, кто слышал этот голос, ощущал невольный прилив мурашек по коже. Слишком соблазнительно, слишком сладостно… Этот звук туманил разум, пробуждал нездоровое желание бросить все и найти обладательницу этого божественного голоса.
И в то же мгновение катастрофа накрыла всех.
И тех, кто замешкался, и тех, кто успел отбежать на пару километров — в опасной зоне десятикилометрового радиуса все еще оставались тысячи людей.
Смех прорезал пространство, и напор чужеродной магии сковал тела игроков.
Больше двухсот человек прямо на бегу окаменели, потеряв способность сделать хотя бы шаг!
Не успели несчастные осознать весь ужас положения и попытаться применить навыки снятия контроля, как их фигуры превратились в столпы призрачного света. Свиток коварных духов жадно втянул их в себя!
Когда последний лучик света скрылся внутри полотна, над Свитком всплыли крупные цифры: 249 !
Все двести сорок девять человек испарились без следа. Их профили стали недоступны для связи, а в списках друзей у знакомых их имена мгновенно окрасились в темно-серый цвет — точно так же, как у тех, кого Цинь Фэн отправлял в Обитель Суда.
Впрочем, затянула не всех. Помимо пленников свитка, вокруг в радиусе десяти километров находились еще тысячи игроков, которые в шоке наблюдали за происходящим.
— Что за чертовщина?!
— А-а-а! Бин-го! Моего Бин-го затягивает внутрь!!
— Господи, моего парня тоже заграбастали!
— Сволочи! Зачем вы утащили мою Линлин?! Заберите лучше меня!
Среди толпы началась паника. Люди осознавали, что монстр вырвал из реального мира самых близких им людей!
Другие же, кого чаша сия миновала, от ужаса потеряли дар речи и, не оглядываясь, пустились наутек…
***
— Эксперт, беда! Какой-то урод активировал босса прямо на месте!
Цинь Фэн как раз позвал Гуйлин и собирался выдвигаться, когда от Ваньни Вэйюй пришло срочное послание.
Эта новость застала его врасплох:
— Я же ясно предупредил, что демонстрация чувств пробудит эту тварь. Какой идиот решил посмеяться со Смертью?
Ваньни Вэйюй лишь горько вздохнула в ответ:
— В том-то и дело… Узнав условие, этот псих сделал это специально…
Вкратце выслушав ее рассказ, Цинь Фэн наконец понял, в чем дело.