Глава 263 Сокен Исида
— О? Капитан Куроцучи, а кто вам сказал, что на меня не наложена ограничивающая печать? — весело спросил Айлин.
— Вы высвободили слишком сильное для других капитанов духовное давление. Вы хотите сказать, что это – ваше подавленное духовное давление, капитан Айлин?
Маюри Куроцучи впилась взглядом в Айлина. Этот человек когда-то без особых усилий победил его, а теперь он вмешался в его планы и лишил его ценного подопытного...
Хлоп, хлоп, хлоп!
— Капитан Куроцучи, у вас поистине замечательное зрение, — сказал Айлин, хлопая в ладоши в притворном восхищении. — Вы первый человек, который понял, что на мне лежит ограничивающая печать.
С этими словами он небрежно приподнял свое шихакушо, обнажив черную эмблему Одиннадцатого отряда на левой стороне груди.
При виде эмблемы глаза Куроцучи чуть не вылезли из орбит.
— Это… это невозможно!
Духовное давление, которое только что высвободил Айлин, могло соперничать с реацу капитана, высвободившего Банкай. И это с ограничивающей печатью?!
Насколько сильным он был без печати?
Увидев изумленное выражение лица Куроцучи, Айлин ухмыльнулся.
— Почему это невозможно, капитан Куроцучи? Я – сильнейший шинигами Сейрейтея. Не распространяйте на меня свои стандарты. Я стою на высоте, недоступной вашему пониманию.
Айлин пренебрежительно махнул Куроцучи, затем переключил свое внимание на Сокена Исиду, который теперь был обладателем густой седой шевелюры.
— Давно не виделись, старый друг. Если я правильно помню, ты Сокен Исида, не так ли?
— Да, капитан Айлин. Я Сокен Исида.
Сокен почтительно стоял перед Айлином, как и более двухсот лет назад.
Однако тогда он был маленьким мальчиком, мечтавшим восстановить славу квинси. Но, узнав от Айлина о причине, по которой шинигами уничтожили квинси, он отказался от этой мечты и подписал мирный договор с шинигами.
Таким образом, в глазах шинигами он стал последним квинси.
Затем он женился и у него родился сын. Но он хранил их существование в тайне от шинигами.
Поскольку Сокен не хотел раскрывать существование других квинси, Айлин не видел причин идти против его воли. Он знал, что Урю Исида наблюдает за ними неподалеку, но решил не обращать на него внимания.
— Ты можешь рассказать мне, что здесь произошло, Сокен? — спросил он.
— Капитан Айлин, дело вот в чем. Согласно соглашению между квинси и шинигами, я, не имею права уничтожать пустых, когда они появляются в мире живых. Однако я имею права потянуть время до прибытия шинигами.
— Но на этот раз на меня напало более дюжины пустых. Я сопротивлялся почти полчаса, но ни один шинигами не пришел мне на помощь. Опасаясь, что что-то случилось с дежурными шинигами, я воспользовался устройством, которое вы мне дали.
Хотя Айлин уже знал, что произошло, он терпеливо выслушал объяснения Сокена. Как только старик замолчал, Айлин перевел взгляд на Куроцучи.
— Капитан Куроцучи, если я не ошибаюсь, в учебную программу Академии включено содержание мирного договора между квинси и шинигами. Только не говорите мне, что никто из вас, из более чем дюжины шинигами Двенадцатого отряда, не знает об этом договоре.
— Капитан Айлин, на что вы намекаете? Вы обвиняете моих людей в том, что они не пришли на помощь квинси?
Хотя его действия действительно можно было расценить как самовольное нарушение договора, Куроцучи отказывался это признавать. Он полагал, что пока у Айлина не будет конкретных доказательств, главнокомандующий Ямамото не станет наказывать его.
Все-таки шинигами для него были важнее квинси.
— Если у вас есть доказательства того, что я нарушил договор, я настоятельно призываю вас сообщить об этом главнокомандующему Ямамото и дать ему наказать меня, вместо того чтобы выдвигать необоснованные обвинения.
— Капитан Куроцучи, кажется, вы забыли, что именно я способствовал заключению этого договора. Ваше решение нарушить договор прямо у меня на глазах является не только нарушением правил, но и предательством моего доверия. И, капитан Куроцучи, возможно, вы что-то неправильно поняли? Я, Айлин, не подчиняюсь главнокомандующему Ямамото.
С этими словами Айлин исчез во вспышке Сюнпо и появился позади Куроцучи. В руке он держал отрубленную руку.
На землю капала кровь.
— А-а-а!
Куроцучи громко закричал, и все поняли, что его правая рука была отрублена по плечо.
Он в ужасе уставился на Айлина. Куроцучи покрылся холодным потом.
Он и представить себе не мог, что Айлин осмелится напасть на него.
— Капитан Куроцучи, на этот раз я вынес предупреждение только потому, что Сокен Исида цел и невредим. Но если что-то подобное повторится, я привлеку вас к ответственности. Если вы этого не хотите, молитесь, чтобы Сокен Исида умер от старости.
— А теперь убирайтесь с глаз моих!
— Черт тебя подери!
Униженный и разъяренный, Куроцучи свирепо посмотрел на Айлина, затем, достав свой занпакто, открыл Сенкаймон и повел своих дрожащих подчиненных в Сейрейтей.
Несомненно, Куроцучи будет ценным бойцом во время Тысячелетней кровавой войны.
Но до этого еще далеко.
До того, как он усвоит урок Урю Исиды и по-настоящему полюбит свое творение, Немури, Маюри Куроцучи будет оставаться беспринципным и жестоким человеком, которые не остановится ни перед чем ради достижения своих целей.
Чтобы обеспечить лояльность своих подчиненных, он даже имплантировал в их тела духовные бомбы. Только после того, как Нему неоднократно защитила его от вреда и заслужила его любовь, Куроцучи стал менее безжалостным и даже начал проявлять некоторое подобие человечности.
В настоящее время, похоже, он создал только Шестую Нему.
Он еще не приступил к созданию Седьмой Нему.
На протяжении всей истории все члены Двенадцатого отряда испытывали жгучее желание создавать что-то новое.
Как будто главная цель их жизни – это превзойти своих предшественников.
Куроцучи, в конце концов, создал Восьмую Нему – чудо, превзошедшее даже изобретения Кисуке Урахары. Однако, какими бы великими ни были его будущие достижения, Айлин не потерпит, чтобы кто-то нарушал договор, заключению которого способствовал он лично.
После того, как он увидел, как Куроцучи ушел, Айлин сжег его отрубленную руку.
Затем он повернулся к Сокену Исиде.
— Капитан Айлин, благодарю вас. Если бы не вы, род квинси оборвался бы на мне. — Сокен низко поклонился, его смирение поразило даже Урю, который никогда не видел своего деда таким покорным.
— Прекрати, Сокен. Ты можешь одурачить других шинигами, но только не меня. Я знаю, что в мире живых есть и другие квинси. Впрочем, меня не волнует их количество. Что меня действительно волнует, так это твое здоровье. Похоже, тебе осталось жить всего три или четыре года. Если ты хочешь передать свои знания другим, сделай это уже сейчас. Не смей ни о чем сожалеть на смертном одре.
Сокен был ошеломлен.
Заявление Айлина о том, что его не волнует количество квинси, заставило старика подумать о сыне и внуке. Наверняка он говорил о них, верно?
Что касается заявления Айлина о том, что ему осталось жить всего три или четыре года, то Сокен не удивился. Он прожил долгую жизнь благодаря своей духовной силе.
Но настало время покинуть этот мир.
Чего Сокен не понимал, так это того, что Айлин говорил не о его естественной смерти.
Через три или четыре года Яхве, прародитель квинси, придет в сознание и инициирует Аусвелен, чтобы восстановить свою силу.
Сокен, с его нынешней силой, не сможет этого избежать.
— Я все понял, капитан Айлин.
Сокен спокойно воспринял новость о своей скорой смерти.
— Хорошо. Я рад, что ты все понял. Хотя сейчас я пришел на помощь, этот человек так просто не сдастся. Не пытайся больше противостоять пустым самостоятельно. Пускай в ход все свои силы квинси. В конце концов, сегодня капитан Куроцучи практически аннулировал договор. Поэтому не сдерживайся.